Ревизор: возвращение в СССР 35 (СИ)

– Ну да, если решили скрыть это от Захарова и Бортко, то возможности в отношении наказания напортачившего главного инженера у нас достаточно небольшие… – согласился я. – Фактически остается только договариваться с ним.
– Получается, что так, – неохотно согласился Сатчан.
– Ну тогда зови его куда-нибудь на прогулку и высказывай ему все. И что категорически не терпишь вранья, и что болтливая жена может его в тюрьму привести. Пусть как-то вразумит ее, что это не игры, а все серьезно до одури. Чтобы она, в свою очередь, попыталась образумить свою двоюродную сестру. И оштрафуй его. Только не дай ему ни в коем случае почувствовать, что ты боишься, что об этом Бортко узнает. Напротив, говори с ним так, словно одолжение делаешь, что Бортко об этом не скажешь, если он сам молчать будет. Вздохни так и скажи, что если информация об этом наверх уйдет, то ты ему ничем помочь уже не сможешь… Все будет тогда очень плохо. Чтобы он чувствовал, что тебе очень обязан.
  
– Ага… – выслушав меня, закивал тезка, – дело говоришь! Так и сделаю.
– И будем надеяться, что он исправится…
– Ну, так-то, как к главному инженеру, у меня к нему претензий нет. – задумчиво сказал Сатчан, уже не такой злой, как в начале нашего разговора. Так, успокоился немного. Надо попытаться по поводу Ахмада удочку закинуть...
– И у меня тоже к тебе вопрос есть. У меня отчим из-за своей честности страдает. Новая работа ему нужна.
Рассказал Сатчану про «Серп и молот», про то, как там воруют как не в себя, и что мой отчим, который за честность и справедливость, во все это никак не вписывается. Он наморщил лоб и сказал:
– Ну так, а что сделать? Раз такое отношение, то к нам ему тоже нельзя…
– Да это понятное дело. Если ему не нравится, когда с завода воруют, то ему и не понравится, когда на заводе дополнительную продукцию сверх плана тайком производят… Я про тестя твоего подумал. Можно его прямо так и спросить – нужен ли ему в министерство заведомо честный человек? Я не знаю точно, как там дела устроены, но надеюсь, что там взятки моему отчиму никто совать не будет. Ну или есть там какой-то отдел, по крайней мере, где это не принято…
– А, это без проблем, переговорю, конечно. Тем более ты прав, съедят его на такой должности с таким отношением на этом заводе, подставят.
– А, и чуть не забыл… – сказал я, – предлагают на работе в Кремле посодействовать в получении участка под дачу. Причем могут поддержать почти в любом кооперативе… Может, есть идеи, куда мне стоит попроситься, с учетом моего направления?
– Давай, я подумаю и вечерком тебе перезвоню по этому поводу, хорошо? – сказал Сатчан, – а по отчиму твоему уже как с тестем пересекусь, тут в ближайшее время ничего не обещаю.
– Да ладно, тут особой спешки нет.
На этом разговор закончили, и я поехал на первую лекцию.
***
Москва, Лубянка. 
Выйдя из кабинета Вавилова, генерал Кудряшов однозначно понял, что старого друга он потерял… И более того, похоже, что на ровном месте получил врага. Планировал, если что, согласиться с потерей Третьякова, лишь бы сохранить дружбу. Но такого выбора старый друг ему не дал. Сразу перешел в атаку. Проверка, значит… Причем сразу настроенная негативно. Рвущаяся отчитаться перед зампредом комитета об обнаруженных недостатках. Перед ним замаячил выход на пенсию, если что-то нароют… А, как известно, кто ищет, тот всегда найдет.
Что же делать? Командировку он себе выбил на три дня, так что время есть, чтобы что-то попытаться придумать. Теперь Третьяковым жертвовать никак нельзя. Надо придумать, как его использовать, чтобы сохранить свою должность в Саратове… Похоже, нужно сначала успокоиться, а потом порыться в старой записной книжке… Ему нужно узнать, есть ли у Вавилова влиятельные враги. Хотя в чем вопрос – конечно же есть, тем более, раз он так начал рубить шашкой, что и своих уже задевает… Но важно не ошибиться, и пойти за информацией точно к тому, кто Вавилова терпеть не может. А то если Коле донесут, что он с такой просьбой приходил…
***
Москва, Торгово-промышленная палата. 
Едва освободившись от дел, Андриянов сразу набрал начальницу Галии. Он решил ничего особо не выдумывать и использовать ту же схему, что и с Болгарией, чтобы узнать даты поездки съемочной группы в Сочи и Ялту. Раз схема работает, значит ее и задействуем, – размышлял Андриянов, набирая номер.
– Ольга Вениаминовна, хорошо, что смог вас так рано застать, – обрадованно сказал он, услышав голос Морозовой в трубке.
– Здравствуйте, Антон Григорьевич, – приветливо ответила Морозова. – Чем могу помочь?
– У нас снова возникла необходимость в помощи вашего отдела. Я же правильно помню, что ваша сотрудница, Галия, едет скоро в Сочи и Ялту?
– Да, все верно, – подтвердила Морозова, припомнив, что он уже интересовался поездкой Галии недели две назад. Но тогда ему было что-то нужно от ее сотрудницы в Болгарии.
– Мы бы хотели, чтобы она привезла кое-какие материалы для Торгово-промышленной палаты. Подскажите, пожалуйста, точные даты ее командировки, и в каких гостиницах Ялты и Сочи она будет останавливаться, – произнес Андриянов, внутренне слегка напрягшись и надеясь, что вопрос звучит естественно и логично.
Морозова очень удивилась просьбе и немного насторожилась. Причем здесь снова Галия? – подумала она обеспокоенно. – И с каких пор Торгово-промышленной палате нужны наши сотрудники для передачи документов? Сотрудничество-сотрудничеством, конечно, но странно все это. Похожий запрос от Андриянова, когда Галия в Болгарию ехала, насколько она узнала от Галии перед самой поездкой, так и закончился ничем. Ничего ее из Торгово-промышленной палаты так и не попросили сделать…
– Антон Григорьевич, давайте, я вам перезвоню через пару минут, – предложила она Андриянову, чтобы взять паузу и сообразить, что происходит, – уточню информацию по гостиницам, наизусть не помню, – пояснила она.
– Конечно, Ольга Вениаминовна, я у себя на работе. Жду вашего звонка, – сказал обрадованный Андриянов.
Он ведь уже не первый раз именно про Галию спрашивает, – задумалась Морозова, положив трубку. – Что-то мне совсем это не нравится. А ведь ходили разговоры о нем, когда мы у них стажировку проходили, – вспомнила она, – что он на женщин красивых падок. Неужели он на нашу Галию нацелился? – осознала Морозова с возмущением. – Девочка умница, замужем, деток двое маленьких. Вот мерзавец! Что же делать? – лихорадочно соображала она. – Не давать информацию? Нельзя, зло затаит, да и у кого-то другого выведать хитростью сможет. Да и вдруг я ошиблась? Может, и правда форс-мажор у них? – засомневалась Морозова.
Внезапно у Ольги Вениаминовны появилась идея, как проверить Андриянова и как проучить, если она догадалась обо всем правильно. Устрою тебе сейчас проверочку, – ухмыльнулась она и с предвкушающей улыбкой набрала номер Андриянова. Тот поднял трубку после первого гудка.
– Нашла, Антон Григорьевич, – сообщила Морозова деловито. – Но, возможно, не понадобится информация. Я вспомнила, что начальница соседнего отдела через неделю в Сочи отдыхать поедет. Может, с ней документы передадите?
– Боюсь, так не получится, – начал отнекиваться Андриянов, мысленно кляня инициативную бабу, – документы позже будут готовы, прямо сейчас их еще нет.
– Так ей можно их и поездом попозже передать, – предложила Морозова с энтузиазмом.
– Нам так не подходит, – сказал Андриянов со вздохом. – Мы поездами серьезные документы не передаем. Нужен надежный человек.
– Ну, вам виднее, – сказала Морозова, окончательно уверившись, что собеседник лжет. Не подходит, значит, ему никто, кроме Галии… Все с тобой ясно, кобель! – Тогда записывайте информацию.
Она продиктовала Андриянову данные, поменяв местами даты поездок в Сочи и Ялту и для верности назвала другие гостиницы, чтоб уж точно никаких случайных встреч у Андриянова с Галией не могло произойти. Выслушав многословную благодарность Андриянова, Ольга Вениаминовна положила трубку и довольно потерла руки. Фиг тебе, а не наша девочка, кобель торгово-промышленный, – мстительно улыбнулась она. – Наплел с три короба. Ждать две недели они не могут. Что за чушь? Галия раньше и не вернется никак из Сочи…