Неверный. Свободный роман (СИ)

Почему же мой пульс ускоряется просто от одной мысли…
Взгляд тянет вернуться на широкие плечи мужчины и его мощную шею с толстой серебряной цепочкой.
Колонка. Музыка…
Буду готовить.
Отвлекусь.
— Пообещай, что…
— Что? — отзывается.
— Что если тебе не понравится, как я приготовлю… Это все равно зачтется.
— Ты уж постарайся. Иначе придется съесть тебя… — бросает очередной убийственно жаркий взгляд и снова возвращается к работе.
С салатом мне более-менее удалось справиться, но потом я какого-то черта решила взять куриные ножки вместо филе и разрезать их вдоль кости.
Но вместо куриной ножки острое лезвие вонзается в мой палец.
— Аааа!
Тот самый момент когда понимаешь, что невольно кромсаешь себя, но… уже слишком поздно.
Ножи острые…
— Расул… — оборачиваюсь со слезами. — У тебя… У тебя есть аптечка?
А где он?
Только что сидел здесь, но теперь его нет…
Он в соседней комнате, говорит по телефону. И как назло, порез очень глубокий. Мне кажется, я себе полпальца отрезала…
Хватаю одно бумажное полотенце за другим, прижимая. Они быстро намокают.
— Ты что здесь устроила?!
— Мой палец… Я отрезала себе палец.
Расул дергает меня за локоть, быстро отбирает у меня очередное окровавленное бумажное полотенце.
— Где?
— Что?
— Твой отрезанный палец. Не вижу.
— Ааа…
Если это шутка, то очень неудачная. Так же как идея Расула взять… мой палец и втянуть его в своей жутко горячий рот.
Он просто берет его, посасывая, лаская языком ранку, и прижимает… меня к столешнице.
 Глава 13 
Глава 13
Александра
Губы Расула обхватывают мой палец, посасывая. Его язык скользит вверх-вниз, порхает, собирая кровь. Он не просто слизывает ее, но будто смакует и при этом мой палец то погружается в горячий рот пошляка, то выскальзывает из него и снова…
Ооооо…
Мое тело натягивается струной.
Страх, напряжение, нервы натянуты, а эти движения, чмокающие звуки и странные ощущения рождают во мне вихрь эмоций, которых не было раньше. Меня бомбит импульсами.
Жар скользит от его полных, влажных губ, проникает мне под кожу, в кровь, впрыскивается пьянящим ядом.
Мне горячо…
Слишком горячо от того, как он лижет и сосет мой палец, берет его даже глубже,чем необходимо.
Дыхание прерывается. Я не знаю, куда себя девать, и как отрицать реакцию собственного тела.
Щеки полыхают румянцем, я часто дышу, дрожу от мужского напора, а когда Расул двигает бедрами, толкаясь эрекцией в низ моего живота, с трудом сдерживаю стон. Прикусываю нижнюю губу.
Голова плывет…
Мысли пляшут.
Эмоции рвутся.
Мне в своем теле становится так тесно и невыносимо, что слезинки из глаз стекают по щекам.
— Отпусти… — прошу. — Уже все хорошо. Просто дай… бинт. Марлю… Пластырь.
Он кивает и прижимается еще теснее.
Еще ближе. Теперь я почти распластана на столе.
Расул продолжает смотреть мне в глаза, дыша часто-часто. Толчок…
Писк вырывается у меня изо рта.
Резкий взмах рукой.
Я прикрываю ресницы, не в силах выдержать взгляд Расула.
Что-то гремит.
Мой палец уже не во рту этого негодяя, но до сих пор пульсирует.
Через миг раненую кожу немного обжигает, на рану опускается пластырь, который Расул быстро фиксирует.
— Спаси… — начинаю и заканчиваю в его рот последний слог. — Бо.
О черт…
Так и знала, что это плохо кончится.
Плюс он держал глаза открытыми дольше меня. Я видела это прежде, чем опустила ресницы, не в силах смотреть в его дикие, голодные глаза.
Губы Расула смыкаются на моих, посасывая, язык стремительно проникает в рот, разнося отдаленный металлический привкус.
Привкус моей крови…
Дрожь проносится вдоль позвоночника следом за его пальцами, опустившимися до самой попы. Он прижимает меня к столешнице еще настойчивее, целует грубее, настойчивее!
 
Аааах…
Горячий, властный, требовательный.
Хотела бы я быть ледышкой, которая не таяла от такого напора. Но напротив, его дикость и необузданное упрямство рождают во мне бурю, и эта буря стремится вырваться наружу.
Меня колотит от желания ответить на его неистовый поцелуй.
Глаза закатываются под закрытыми веками от удовольствия, когда он начинает сосать мой язык, втягивая его в свой рот и выталкивая, снова втягивая, посасывая самый кончик.
Не выдержав, я громко стону в голос, слыша эхо своего стона в горячем рту.
— Да…
Расул отрывается от поцелуй и смотрит на меня с чарующими и пугающими искорками в темных глазах.
— Все еще хочешь молоть чушь про то, что между мужчиной и женщиной есть дружба?
— Я бы… могла доказать, что это так. Могла бы…
— Если ты не кончишь, так уж и быть, поверю. Но… — он самоуверенно обводит меня взглядом. — Ты обильно и сладко кончишь, Сашенька.
Я ерзаю. Его член, пульсирующий у самого низа живота, усиливает ощущения.
— Ты же голоден.
— Да. И я поем… Сначала я поем это… — снова набрасывается на мой рот и продавливает корпусом мою грудь.
Мне приходится отклониться назад, сдавшись под его напором.
Пульс бьется в горле.
Поцелуй становится ненасытным, безжалостным.
Пальцы мужчины сминают меня между ног через тонкие трусики и спортивные брюки. Аааах, какие сильные и цепкие у него пальцы. Жесткий хват, властный, ммм…
— Сладко. Горячо… Я херею с того, как здесь горячо, — жмакает пальцами.
Смотрит на меня победно, быстро справляясь со шнурком на штанах.
— Нет-нет… Я не шутила. Не шутила насчет девственности, аааа… — стону, когда он бесцеремонно ныряет в трусики. — Кляянуууусь…
— Ты все равно кончишь! Можно и без проникновения, в курсе? — кусает за подбородок и целует, поедая меня по краю челюсти. — Суууука, какая отзывчивая… Влажные завитушки, пиздец, ты течешь.. Пушистая пися… Вся мокрая. Вся-вся… До самой…
Он вздергивает мой подбородок, замирая на миг. Я тоже застываю, наблюдая, как раздуваются его ноздри, а рот выпускает громкие выдохи.
Потом Расул фиксирует мое лицо именно так и начинает быстро и жестко двигать пальцами у меня между ног.
Его пальцы сминают клитор, толкаются дальше, обводят влажную дырочку, сминая, и снова скользят выше, к пульсирующей точке.
Сильно надавливает и массируем.
— Рас… Расууул… — меня потряхивает от огня, который во мне разжигают его касания.
Такой неукротимый наплыв, приливает жаркими языками огня.
Его пальцы словно лижут меня, настойчиво и быстро.
Больше не в силах даже позвать его по имени, часто и коротко дышу, стоны срываются на короткие всхлипы. Тело сжимается в судорогах.
— Давай!
Расул звонко шлепает меня по обнаженной плоти, я понимаю, что шлепок звучит влажно, и капельки смазки оседают на внутренней стороне бедер.
Еще один шлепок, он смыкает пальцы и пощипывает, доводя быстрыми движениями до грани.
Я пытаюсь отстраниться, не получается.
Слепну…
Ничего не вижу, перед глазами проносятся вспышками темные звезды.
Внезапное удовольствие покусывает всюду, лишает благоразумия.
Варюсь в ощущениях, как в сладком кипящем сиропе.
— Теперь дай мне…
Он прижимается ко мне, тесно толкаясь бедрами, и резко разворачивает лицом к столешнице.
— Сожми бедра крепче… Перекрести ноги и сдави их… — командует.
 Глава 14 
Глава 14
Александра
Перед лицом маячит стол, тело разламывает жаром и валом похоти. Горячее тело мужчины вжимается в мое. Пищу с протестом, но это не помогает. Одной рукой Расул держит меня за бедра, хлопает по заднице и кусает за затылок, шипя.