Василиса (СИ)

Васька взял трубку.
- Алё.
- Что за вопросы? – Пробасил Вован из динамика. Не знай Васька, что на проводе типичный астеник, он бы обсикался.
- Нуу... знаешь... – Вася пытался сформулировать свой запрос, пока тишина в трубе терпеливо его дожидалась. – Я думал, что мы с Юрцом заебись ладим. Но он сосался с той чикулей, а я, Я! Он же мне картоху жарил!
На мгновение воцарилось молчание.
- Твой Юрец – половозрелый самец, который не способен пока что контролировать свои желания. – Сказал наконец Вовчик. – Ему может и нравится проводить с тобой время, может быть, он даже влюблён – картошка же! – но потрахушки для него сейчас важнее, чем отношения.
- Это не отношения.
- А че тогда ты на него взъелся из-за этой девахи?
- Ну... – Васька откинулся на диван, взглядом проверяя, закрыта ли дверь. С Вованом было приятно разговаривать. – Может, мне с ним тогда переспать?
- А тебе оно надо?
Васька нахмурил брови, запуская шестерёнки. Понять, о чём вещает Вован, было сложно.
- В смысле?
- Ты действительно хочешь, чтобы он тебя трахал или просто подстраиваешься, чтобы ему было удобнее?
- Мммм... – Завибрировал Вася. – Ну мне интересно. Но вообще меня всё устраивает.
- Тогда че ты себе мозги ебёшь. Пусть тебе картошку жарит, а припихивает кому-то другому.
- Ммммм. Вован.
- Да?
- А когда начинаешь контролировать свои желания?
- У всех по разному. – Вован делает паузу, и Васька понимает, что мужчина формулирует мысль. – Кто-то с самого начала пубертата спокойный, как стариковский хер, кто-то всю жизнь только еблёй и дышит.
- А ты когда начал контролировать?
- Не так давно.
- А почему?
- Почему что?
- Почему только недавно. Я, конечно, читал на википедии, что подростковый возраст – это до двадцати пяти, но это ж пиздец долго. Так можно и от СПИДа помереть.
Вован хохотнул.
- Ты про презервативы вообще слышал, пацан?
- Да бля, ну конечно! – Васька закатил глаза и прицокнул языком. – Но я не об этом! Отвечай давай!
- Ты почему такой наглый пиздюк, а? Недавно, потому что до этого не видел смысла себя особо держать в рамках. Но вообще секс перестал быть смыслом моего существования лет в двадцать.
- Из-за гормонов?
- Наверное. Но скорее оттого, что просто влюбился.
- Оооо. – Вася аж подскочил с кровати. – И как это было?
- Да так себе. – Меланхолично ответил Вован. – Она предпочла бету. Было обидно.
- А че не так с бетами?
- Да в принципе ничего. Но я в тогда считал, что альфы – венец творения.
Васька громко фыркнул.
- Омеги – венец творения! – Заржал он. – Мы можем и рожать, и оплодотворять!
- Тоже верно. – Дипломатично согласился Вовчик. – Ты во сколько ложишься спать?
- В три – четыре, а че?
- Я завтра утром улетаю в эмэска на две недели, хочешь покатать по городу? Я тебя за руль посажу.
Васька сжал телефон в руке и закусил губу. Его? За руль? За руль бэхи???? Он протяжно застонал.
- Ты надо мной издеваешься? Кто меня в такое время за порог пустит? – Проныл Васька в телефон.
Вовчик тихо рассмеялся.
- И правда. Забыл, что ты ещё школоло.
Васька снова застонал. Обычно его бесило напоминания о том, что он недостаточно взрослый, но в устах Вовчика это не звучало как-то надменно. С подъёбом, да, но без снисхождения, и обижаться не тянуло, если только из принципа.
- Не ной. Приеду – дам покатать.
- Не врёшь?
- Нет.
- Тогда я тебе покажу, где у нас можно поесть шаву и не обдристаться. Правда, это на другом конце города.
- Хорошо. – Васе нравилось, что Вовчик такой покладистый, было в этом что-то будоражащее, словно он, Васька, принцесса из башни, а Вовчик его обхаживает и выполняет тупые капризы.
====== Часть 2 ======
Вовчик почти ничего не писал несколько дней, хотя Васька исправно посылал ему тупые мемы с говно-тематикой и разные фотки. Васька любил делать фотки. Иногда, например, он шёл мимо арматуры, и думал о том, что арматура эта прекрасно впишется в промышленный дизайн города или пустырь, в котором скрипела одинокая, покинутая качелька и старое колесо, или же заброшенный барак, на котором расцветал узор граффити. Васька любил атмосферность, но атмосферность постмодернистскую, хотя иногда мог запечатлеть и близких себе людей. В его телефоне иногда мелькали лица Алины, уже крепко обосновавшейся в их пацанской компании, со счастливой улыбкой, смеющейся над чьей-то шуткой, на фоне старого погибающего Никиткиного кактуса. Или Юрки, с высунутым языком, пытающегося победить Пашку в мортал комбат...
 
В конце концов, ещё через несколько дней, Вовчик посоветовал завести фото-блог в инсте. Васька так и не понял – это оттого, что он Вовчика подзаебал своими шедеврами или они ему реально зашли?
С Юркой они вернулись к тому, на чём остановились. Про отсос Юрец не напоминал, а уж Васька тем более. Не то чтобы Ваське было слабо подойти и ткнуть ширинкой Юрцу в его красивый еблет, но что-то останавливало: он понимал, что после секса, даже орального, отношения уже не будут прежними, а значит, придётся либо давать, либо прощаться и испытывать неловкость в компании друзей.
Он продолжал периодически таскаться к Юрцу в гости, ел его кулинарные шедевры – “главное, как следует прожарить, с прожаркой любое говно – деликатес” – делал с ним уроки, играл в приставку и смотрел кинчик.
Как на зло, первые летние деньки, что, в общем-то, на Урале не редкость, выдались холоднее, чем май, грянули грозы, дождики и пиздецовый ветер, что Васька аж замотался в шарф поверх куртки и натянул шапку-гондонку, которая ему не шла, но все равно ронял сопли, пугая всех своим ноздревым потопом, потому что куртка – чёрная кожанка, типа как бы вообще-то байкерская – нихуя не грела, да ещё и с шарфом смотрелась, как говно. Но запереться дома у Некита, Пахи, Алины или Юрца было незя, точнее можно, но нужно было ходить сдавать внутренние экзамены, и от холода спасал только футбик да бокс.
К слову, на боксе Ваську по началу приняли довольно странно.
Тренер оказался мужик лет сорока – сорока пяти, бета с небольшим пузоном, низенький, но коренастый и крепкий. Он посмотрел на Ваську, пощупал плечи, ноги и, кажется, остался вполне доволен.
- Гнёшься хорошо?
- Семь лет балета. – Заявил Васька снисходительно.
- Отлично, только в плие не уходи.
С ним занимались ещё трое ребят, два альфы – Джем и Ваня и бета – Лёха.
- Палыч сказал, тебя Володя приволок. – Заявил Джем, изогнув кустистую чёрную бровь, когда церемония знакомства в раздевалке была пройдена. Оба уха у него были сломаны и казались маленькими, инопланетными, но в остальном парень был симпатичный. – Вы трахаетесь?
- Ты чё, ёбнулся? – Возмутился Васька, забывая о том, что этот альфа может так ему еблет начистить, как Ваське и не снилось. – Он же старикан!
Джем подозрительно прищурился, но Ваське особо дела не было до того, верят ему или нет.
- Он мой кореш. – Заявил Вася, петушась перед альфами, которые были явно и сильнее, и выше и, видимо, ещё не вломили ему пизды только потому, что Васька – омега, хоть и пацан. – А вы его откуда знаете?
- Да твой “кореш” вечно чото с Палычем мутит. – Ответил Лёха, затягивая шнурки на кросах. – Мешки какие-то ему таскает.
- Мешки? С трупами шоли? – Васька заржал.
- Может, и с трупами. – Лёха меланхолично пожал плечами. – Большие мешки.
- Ладно, омежка. – Прервал его Джем, разминая бычью шею. – Переодевайся быстрее и пошли, покажем тебе, как поклонников разъёбывать.
- Да я и без вас справлялся неплохо. – Фыркнул Вася, надевая кросы.
- Ну-ну. – Скептически произнёс Джем и вышел из раздевалки.
На трене его, конечно же, разъебали по полной, но Васька не унывал. Он же в первый раз, верно? Верно. А эти трое – чуть ли не чемпионы чего-то там. Васька зато гибкий и ёбнуть в челюсть из любого положения может, и прыткий ещё, ловкий.