Кодекс Костей (СИ)

— Слушай сюда, ублюдок. Сейчас ты подпишешь отказную от рода в нашу пользу, а потом мы отправим тебя в Иркутск. Но уже не бароном, а простолюдином. Я же предупреждал, что условия будут хуже. — стряпчий сбросил маску вежливости и вёл себя как тот, кем и являлся. Обычным гопником из подворотни.
— У меня встречное предложение, господа. Не пойти ли вам в задницу? 
— Иван, похоже наш клиент не до конца понимает в каком положении оказался. — покачал головой хлыщ, а бугай пробасил.
  
— Будешь дерзить, малой, прострелю колено.
— Ну раз колено, тогда держи. — одной рукой я всадил костяную иглу ему в колено, а второй, кинжал в горло. Не пожелавший умирать сразу, здоровяк захрипел разрезом и дважды выстрелил. Пули больно ударили по рёбрам, но доспех не пробили. Пришлось добавить в область сердца, да и то, только со второго раза, обычная игла сломалась о какую-то внутреннюю защиту. Пришлось создавать ещё одну, усиленную. 
Сидевший спереди Владислав Петрович шокированно застыл. В его глазах плескался ужас, ведь он никогда в своей жизни не встречал настолько жесткого отпора. Нет, бывало клиенты не шли на “сотрудничество” и даже пытались сопротивляться. Но в таких случаях Иван справлялся быстро и непринуждённо. Зачастую с некоторыми увечьями несогласных. 
Однако в этот раз, легко и непринуждённо расправились с ним самим. Да ещё как — магией под действием подавляющих браслетов.
— Ну что, Владик, поговорим? — кровожадно ухмыльнулся хлыщу.
— Н. Не, не надо! — взвизгнул прилизанный и попытался выскочить из машины. От спешки, он зацепился ногой за порог и растянулся на грязноватой мостовой.
— Ты далеко? — участливо поинтересовался у него, присев рядом.
— С-сгинь! Уйди! — у мужика похоже случилась истерика. Он лежал на земле, кричал, размахивал и руками, пока не начал издавать совсем уж нечленораздельные звуки. Апогеем, стала мокрая лужа, расползавшаяся из под него. 
Поняв, что пациент скорее мёртв, чем жив, махнул на него рукой и отправился в сторону более обжитых мест. Пока добрался до мест более подходящих для князя, прошло почти два часа, а я сломал ограничители. Оказалось, они не очень хорошо защищены от концентрированной энергии смерти. Рассвет сменился полноценным утром, а брюхо пожелало жареных рябчиков, с французской булкой. Свернул в первый подходящий ресторан со звучным название: Пѣкарня Купца Дрѣйка. Незамедлительно ввалившись внутрь, я обнаружил миловидную барышню столь увлечённо читавшую дамский роман, что даже не обратившую на меня внимания. Ради интереса я присмотрелся к обложке. Имя авторши мне ничего не говорило. С разворота смотрел смуглый, мускулистый парень в окружении множества восточных красавиц с газовыми платками на головах, а подписано всё было как Али-Баба и сорок наложниц. От того как девушка начало томно вздыхать, моё любопытство возросло чуть ли не до небес. Подкравшись, я извернулся подсмотреть в книгу, а, едва увидев иллюстрацию, не смог не прокомментировать.
— Как большой специалист по анатомии гуманоидов, ответственно вам заявляю — Али не баба, Али — конь! — девушка от неожиданности взвизгнула и резко распрямившись, ударила мне лбом в нос. Она хотела было высказать всё что думает, даже набрала воздуха, но осеклась, когда увидела печатку с капибарой на руке, которой я ощупывал пострадавшую часть тела. 
— Ох, простите князь, вы подкрались незаметно. — начала оправдываться незнакомка. Тут её взгляд упал на раскрытый переплёт книги и её лицо залило устой краской. Быстро спрятав столь компрометирующий предмет, она поправила причёску, но начала стыдливо бегать взглядом по сторонам.
— Что вы, что вы. Я сам виноват, что подкрался к вам. Как вас зовут, красавица?
— Анастасия. — барышня робко улыбнулась на мой простенький комплимент.
— Подскажите, Анастасия, чем вы можете покормить такого голодного меня?
Пока девушка расписывала ассортимент, весьма обширный, кстати, я ей любовался. Невысокая, с небольшой, но высокой грудью, тонкой талией и толстенной русой косой, она не менее увлечённо, чем когда читала дамский роман, рассказывала чем может меня попотчевать.
— Тогда давайте кулебяку, пирожков с осетриной и пару круассанов к чаю. — определился я.
— Сию секунду, господин. — Настя скрылась в соседнем помещении, стрельнув в меня глазками. Когда она вернулась с заказанным и разложила на столе, я поинтересовался.
— Скажите Анастасия, что вы делаете после работы? 
Девушка сделала вид что задумалась, стрельнула в меня глазками ещё раз и заявила, что работает до семи. 
— Ежели изволите, можете меня проводить. — ещё и вид сделала, ни дать ни взять — императрица. Однако отходила от моего столика призывно повиливая бёдрами.
Я же, понаблюдав столь приятную взору картину, принялся завтракать. Стоило отдать должное повару. Всё было так вкусно, что едва удалось отговорить себя от добавки. От бросаемых в мою сторону жарких взглядов из-за книжки, которую Анастасия продолжила читать, круассан в горло не лез. Поднявшись из-за стола, я перевернул табличку на двери в положение “закрыто” и решительно пошёл в сторону подсобки, возле которой уже переминалась девушка.
Покинув столь гостеприимное заведение, я задался, вопросом — что делать дальше? Не идти же в усадьбу Шуйских и устраивать там резню. Во первых, силёнок не хватит, во вторых, гвардейцы в стороне стоять не станут. Так, за размышлениями, я неспешно прогуливался по набережной. Над головой покрикивали чайки, с Невы приятно тянуло прохладой, а с неба пригревало солнышко. 
— Жизнь прекрасна! — не удержавшись, выкрикнул я во всю мощь лёгких. Ответом мне был громкий всплеск и отборный мат со стороны проплывавшей мимо баржи. Окончательно подняв настроение мелкой шалостью, я поспешил в банк. Личных средств оставалось всего ничего, а на счетах рода наверняка что-то, да оставалось. 
Обстановка в денежном учреждении царила почти такой же, как и в геральдическом приказе. Роскошь, услужливые сотрудники в форменных одеждах и обилие кабинетов для высоких гостей. Меня встретил немолодой господин с поседевшими косичками на висках и в очках с тонкой золотой оправой. Узнав о цели моего визита, он попросил меня подождать, и, буквально через минуту, проводил в хранилище. Ожидаемо, спустились в подвал и пошли вдоль ряда массивных стальных дверей, украшенных родовыми гербами. Ради интереса, поискал знакомые. Разумеется, первым делом врагов. Олень Шуйских красовался на самой большой двери, больше напоминающей ворота. А вот наша Капибара оказалась едва ли не в самой дальней, и бедной, части. Содержимое хранилища поражало. В первую очередь, своей пустотой. Сундучок с монетами в одном углу и несколько листов гербовой бумаги, в другой. Вот и всё. Я — нищий! 
— Какая досада. — кажется я сказал это вслух.
— К сожалению, достояние вашего рода сильно сократилось в последние годы. В основном, при непосредственном участии предыдущего главы, разумеется. — просветил меня банковский служащий. 
— И как же?
— Карточные долги. — пожал плечами мужчина. 
Я хмыкнул и стал осматривать документы. В столице недвижимости, разумеется, не обнаружилось. Зато у меня есть крупное поместье относительно неподалёку. Ещё и деревенька какая-то, заодно. Жабино, кажется.
Другая купчая едва не заставила меня заржать. Так вот куда меня хотели спровадить Шуйские. В моё же поместье под Иркутском. Правда постоянных жителей там не значилось. Только охотничьи артели. И… всё. Дворцы, заводы, пароходы ушли за “карточные долги”. Хорошо хоть вовремя догадался зайти и проверить. Служащий, тем временем, всё заметнее нервничал. Даже пару раз попытался заикнуться об ограниченном времени посещения хранилища, за что удостоился гневного взгляда. Едва в проходе послышались шаги, он юркнул было к выходу, но, давно ожидавший подставы, я не дал ему сбежать.
— Это нападение на служащего! Гвардейцы вас убью-у-ут. — завыл клерк, взмывая под потолок, подхваченный выросшей оттуда костяной рукой.
— Если скажешь, кто там, то доживёшь до разбирательства.