Курск 1943: Величайшая битва Второй мировой войны

Показательно, что в военном дневнике 4-й танковой дивизии ничего не говорится об ошибках, небрежности и неудачах. Майор фон Коссель, который в течение этого дня дважды на решающих участках подвел немцев, погиб в бою 22 июля 1943 года. Спустя месяц он был посмертно награжден дубовыми листьями к Рыцарскому кресту за «участие в операции “Цитадель“» [182]. Солдаты 33-го танково-гренадерского полка восприняли бы это как насмешку.
  
У командования 9-й армии после неудач 10 июля возникло явное разочарование: «Несмотря на приведение в порядок и перегруппировку атакующих сил, несмотря на мобилизацию всех доступных артиллерийских ресурсов, несмотря на концентрированное применение авиации, не удалось в главном достичь поставленных целей наступления. <..> Нельзя закрывать глаза на тот неприятный факт, что немецкое наступление в настоящее время застопорилось» [183]. Когда 11 июля Модель узнал, что высота 253,5 поздним вечером 10 июля вновь была потеряна, ему стало ясно, что дальнейшие атаки XLVII танкового корпуса на советские укрепления между Теплым и Ольховаткою бесперспективны и что 9-й армии не удастся осуществить прорыв до Курска. Поэтому теперь были необходимы небольшие удары с локальными целями наступления, для нанесения противнику большого ущерба при минимизации собственных потерь. Модель планировал нанести первый удар силами XLVI танкового корпуса. Корпус был усилен еще не принимавшими участия в сражениях частями 12-й танковой дивизии, 4-й и 20-й танковыми дивизиями, а также введенной в действие 36-й пехотной дивизией. Наступление корпуса было запланировано на 14 июля в направлении Никольского. Однако до этого дело не дошло, поскольку 12 июля Красная Армия начала собственное наступление на фронтовом выступе в районе Орла. Поэтому 9-я армия была вынуждена прекратить все дальнейшие наступательные операции и вернуться на исходные позиции по состоянию на 5 июля. Потери, понесенные в течение недели тяжелых боев, были высоки: 3869 солдат было убито, 17 510 ранено и 882 пропали без вести. Этим суммарным потерям личного состава в 22 201 человек, по официальным советским данным, противопоставлены потери Центрального фронта в 33 897 человек, из них 15 336 убитых и 18 561 раненых. Различные критически настроенные русские историки исходят из того, что эти цифры слишком малы и потери Центрального фронта во время оборонительной фазы с 5 по 11 июля 1943 года составили в действительности 63 000 или даже 92 600 человек.
Потери 9-й армии в танках во время проведения операции «Цитадель» оценить нелегко, поскольку не имеется достаточного количества документов того времени. Офицер связи ОКХ при штабе 9-й армии докладывал 17 июля 1943 года, что 9-я армия в ходе проведения операции «Цитадель» безвозвратно потеряла 87 танков, штурмовых орудий, штурмовых танков и тяжелых истребителей танков «Фердинанд». Эта цифра, как суммарное количество потерь, представляется слишком низкой, поскольку здесь не учтены легкие и командирские танки, истребители танков «Мардер» и самоходные орудия. Отсутствуют также и машины, которые позднее были списаны в безвозвратные потери. Например, 656-й полк тяжелых истребителей танков, согласно докладу в ОКХ, потерял 19 «Фердинандов». После возврата немцев на исходные позиции советские войска обнаружили в районе боев у Понырей 21 уничтоженный или поврежденный «Фердинанд». Кроме того, 656-й полк потерял как минимум еще 3 танка типа Т-III, которые были ему переданы для наступления на Курск. Также и эти потери не нашли отражение в докладе ОКХ.
По отчету ОКХ, 4-я танковая дивизия во время «Цитадели» потеряла 6 танков в качестве безвозвратных потерь, а согласно справке о состоянии танкового парка, сохранившейся в документах дивизии, указано 14 танков. В 18-й танковой дивизии, по отчету ОКХ, потеряно 11 танков, а по документам дивизии — 13. Еще три танка получили настолько сильные повреждения, что их для ремонта отправили на восстановление на завод в Магдебург. По остальным танковым соединениям 9-й армии, к сожалению, не имеется документов, по которым можно восстановить цифры потерь. С учетом этого суммарные безвозвратные потери 9-й армии во время проведения операции «Цитадель» можно только оценить: они должны находиться в районе около 120 танков и САУ.
Части советского Центрального фронта, согласно докладу от 19 июля полковника Дмитрия Заева, заместителя начальника штаба бронетанковых и механизированных войск Красной Армии, в период с 5 по 15 июля потеряли в общей сложности 651 танк (без учета САУ), из них 526 — в качестве безвозвратных потерь. Эти цифры отражают, видимо, только те танки, которые были потеряны в оборонительной фазе с 5 по 11 июля. Они почти полностью совпадают с расчетами русского историка Бориса Соколова: не зная о существовании доклада Заева, Соколов оценил общие безвозвратные потери Центрального фронта на оборонительной фазе операции в 530 танков и 28 САУ.
Полных данных о потерях самолетов на советской стороне пока не имеется, поскольку нет цифр по 15-й воздушной армии и ПВО Курска. Вынесшая основную тяжесть сражений 16-я воздушная армия в период с 5 по 11 июля потеряла 439 истребителей, штурмовиков и бомбардировщиков, из них 323 в воздушных боях, 57 от зенитной артиллерии и 11 машин вследствие аварий и несчастных случаев. Еще 48 самолетов были так сильно повреждены, что их впоследствии также списали в безвозвратные потери. Здесь еще надо добавить самолеты связи и самолеты разведки. Общее количество потерь 16-й воздушной армии можно оценить в цифру около 450 машин, а суммарные безвозвратные потери советской авиации на северном участке Курской дуги — около 500. При этом 1 — я немецкая авиадивизия за тот же период времени безвозвратно списала только 66 самолетов, разрушенных от огня противника, несчастных случаев и зенитной артиллерией, включая и самолеты, получившие повреждения, делающие бессмысленным их ремонт. По этим цифрам очевидна та огромная цена, которую заплатила Красная Армия за победу на северном участке Курской дуги. Частое повторение пренебрежительных оценок многочисленных авторов о том, что немецкие войска с севера смогли продвинуться в глубь советской обороны лишь на 10–15 км, не может затмить тот факт, что им тем не менее удалось нанести советским войскам потери, многократно превышающие их собственные и дойти до третьего оборонительного пояса. То, что армия Моделя при этом захватила лишь небольшую территорию, не в последнюю очередь объясняется тем, что советские оборонительные линии на севере от Курска по сравнению с южным участком были расположены гораздо ближе друг к другу.
  
«Оборонительная система невиданных до сего дня масштабов» [184]. — Наступление армейской группы
 
«Кемпф» восточнее Белгорода
 
С юга, из района Белгорода, 5 июля 1943 года пять немецких корпусов группы армий «Юг» Манштейна начали наступление на Курск. Главный удар наносила 4-я танковая армия под командованием генерал-полковника Германа Гота. В его подчинении находились LII армейский корпус генерала Ойгена Отта, LXVIII танковый корпус генерала Отто фон Кнобельсдорфа и II танковый корпус СС обергруппенфюрера СС Пауля Хауссера. Восточнее 4-й танковой армии наступала армейская группа Кемпфа в составе двух корпусов: III танкового корпуса под командованием генерала Германа Брайта и корпуса «Раус» под командованием генерала Эрхарда Рауса. III танковый корпус Брайта должен был прикрывать правый фланг 4-й танковой армии, двигаясь на восток, с тем чтобы дивизии Гота могли сконцентрироваться на прорыв в северном направлении. В распоряжении командования III танкового корпуса для проведения наступления находились четыре дивизии. На левом фланге (с запада), опираясь на правый фланг II танкового корпуса СС, атаковала 6-я танковая дивизия. Справа от нее начали продвижение вперед 168-я пехотная, 19-я и 7-я танковые дивизии. Защиту правого фланга III танкового корпуса осуществлял корпус «Раус» в составе 106-й и 320-й пехотных дивизий.