Я? Дельта! (СИ)

— Я и не прошу. Тайна заказчика и товарищей, даже бывших, свята. — Мужчина качнул головой. — Что планируешь дальше?
— Отлучиться на некоторое время, взяв у тебя контакты для «внешнего мира». Если не получится пересечься тут, то я сам вас потом найду. — Торн сделал небольшую паузу, как бы собираясь с мыслями. — Но я планирую всё-таки вернуться в течение суток.
— Твоё право, Дельта. Контакты я тебе, конечно, дам — надо же будет как-то разобраться с финансовым вопросом после, а выйти на тебя, я так понимаю, будет непросто. — Пайз ненавязчивым кивком указал на самого Торна, замотанного в тряпки с головы до пят, очевидно намекая на скрываемую парнем внешность. — Мы не планируем уходить как минимум сутки. Ноктюрнов несмотря на «визгунов» всё ещё многовато, да и патрули безопасников нужно срисовать, раз уж они показались тут…
  
— Сутки — это хорошо. Передашь, чтобы меня выпустили и не палили, если что? Постараюсь обернуться по-быстрому.
— Такой приказ уже отдан, так что можешь смело выходить и приходить, когда хочешь. — Торну показалось, что Пайз слегка преувеличивает. То ли голос у него дрогнул, то ли изменил своё звучание, но ощущение это было мимолётным, едва уловимым. Мужчина чирканул что-то на одном из листков бумаги, протянув тот парню: — Адрес и остальное. Там, если что, сможешь связаться со мной.
— Учту. — Бумажка перекочевала из руки в руку. — Тогда — до встречи?..
— До встречи. Не пропадай, Дельта.
— И не собирался…
 Глава 16 
Торн выдохнул лишь после того, как временный штаб рейдеров остался позади, а он сам порядком напетлял среди зданий, запутывая следы и гарантируя, что за ним точно нет слежки. Причём не обязательно людей Пайза, ведь в нокт-области можно было встретиться и с другими группами преступников.
И куда менее щепетильными в вопросах морали — тоже.
Да и ООБ могли присутствовать поблизости не только лишь в виде дронов: кто знает, какие силы уже добрались досюда, и какие цели они преследуют? Может, это очередная облава на рейдеров, и безопасники целенаправленно ищут тут людей, чтобы как-то «оправдаться» за посредственные темпы зачистки свежей нокт-области? Люди ведь будут требовать найти виновных после того, как правительство отчитается о никакущих процентах выживших. Всегда отчитывается, и всегда устраивает показательную «рубку голов»: на памяти Торна просто не было иного, но охватит взглядом ситуацию в целом ему не хватило мозгов.
Пребывая в такого рода тяжких раздумьях, Торн нырнул в один из приглянувшихся ему подъездов, поднявшись на пятый, самый верхний этаж. И уже там он выбрал наиболее целую квартиру, у входной двери которой уцелел засов. Обычная, ничем не примечательная «двушка», достаточно компактная, чтобы её легко и быстро было прошерстить на предмет наличия сюрпризов… и их внутри ожидаемо не оказалось. Что ноктюрнам делать в пустом жилище спустя почти две недели? То-то и оно.
Дальше Торн действовал по составленному загодя плану: запер дверь, зашторил все окна…
И взялся за куда более основательный осмотр своего временного пристанища вопреки тому, что организм требовал сна. И требовал отчаянно: веки понемногу наливались свинцом, а находящаяся в непосредственной близости кровать оттягивала на себя все мысли.
Но Торн сопротивлялся желанию завалиться в койку и отключиться, потому как намеревался сначала подкрепиться. Да, голода он пока не испытывал, но был уверен: это явление временное. А просыпаться истощённым — это то ещё удовольствие даже для человека.
А для мутанта — машины смерти, который, так-то, должен требовать калорий соразмерно возможностям? То-то и оно.
К счастью, воспетая в легендах запасливость соотечественников не дала осечку и в этот раз, и парень почти сразу, едва зайдя на кухню, наткнулся на запас мясных консервов. Тушёнка и паштет, не просроченные и, вероятно, даже не совсем заражённые: консервная банка на то и консервная, что надёжно изолировала содержимое ото внешнего воздействия.
Конечно, ноктэон сам по себе имел неприятное свойство накапливаться в чём угодно, но для этого ему требовалось время. Даже для тушёнки.
«Правда, мне-то, наверное, всё равно. Я сам как чистый его сгусток…». — Торн, закинув в рот огромный шмат тушёнки, нахмурился, когда в голове промелькнула незваная мысль. — «У людей Пайза должны быть анализаторы, причём самые разные. И для них я должен выглядеть как некто невероятно сильно фонящий… Чёрт. А что будет во внешнем мире, где ноктэона почти нет?..».
Поедая банку за банкой, Торн и сам не заметил, как начал откровенно клевать носом. А в какой-то момент, проглотив очередной шмат мяса, моргнул… и подпрыгнул под потолок, чувствительно приложившись лбом о стол. Бешено заозиравшись, парень чертыхнулся, поднял с пола пустую банку и перебрался-таки на кровать.
«И всё-таки, это не простая усталость». — Успел подумать Торн перед тем, как отключиться… и одновременно с этим остаться в сознании.
В течение нескольких часов, что проносились мимо в десятки и сотни раз быстрее, чем должно быть, он воспринимал всё пространство вокруг. Слышал звуки, ощущал вибрации, чуял запахи — всё для того, чтобы среагировать на появление незваного гостя. Но вот мысли если и появлялись, то лишь изредка, и в ста процентах случаев ускользали, избегая всяких попыток их «подумать».
А ещё Торн физически ощущал, как в нём что-то меняется. Начиная с чего-то в грудной клетке, и заканчивая, в основном, руками. Основные изменения коснулись ладоней и пальцев, так что некогда человек, едва придя в себя, тут же выпустил когти.
Они и раньше, стоило заметить, не были просто когтями, какие имелись у каждого первого ноктюрна. То же ало-рыжее свечение — это буквально повышение температуры режущей кромки до каких-то абсурдных значений. Как при этом не варилась плоть и не возникал дискомфорт оставалось для Торна загадкой, но что было — то было.
К той же категории вопросов относилось и остальное, вроде «а откуда такая сила и крепость в теле человеческих габаритов?». Даже морфы порой вытворяли вещи, которые без бригады учёных объяснить было невозможно.
А ноктюрны и супермутанты… ну, тут всё и так понятно.
Торн сгибал и разгибал массивные когти, глядя на причудливые переливы режущей кромки. Никаких ярких цветов: всего лишь поблескивающая металлом поверхность и чернота с алыми вкраплениями, струящаяся по тончайшим бороздам, образовавшим в когтях причудливые узоры. Небольшое усилие мышц — и похожая на желе жидкость выглядывает наружу, чтобы невезучей жертве легче было обзавестись помимо страшных ран ещё и кислотными ожогами.
Ради интереса Торн сходил на кухню, решив проверить эффективность нового «инструмента» на консервных банках. И знаете что? Эффект, конечно, уступал таковому у поглощённого ноктюрна, но всё ещё оставался весьма существенным.
Учитывая сам характер механизма доставки кислоты до жертвы, дрянь, вгрызающаяся даже в металл — это аргумент серьёзный.
Не «оригинальная» кислота, пожирающая даже бетон, конечно, но тоже ничего.
— И это должно быть очень больно… — Некогда человек лишь хмыкнул, озвучив высказанную Зверем мысль. — Правда, ноктюрны не то, чтобы обращали на боль сильное внимание. Разумные, разве что…
А вот эта мысль Торну очень понравилась: почему бы и не избрать в качестве своей первоочерёдной цели поиск и уничтожение других разумных ноктюрнов? Учитывая тот факт, что дорога в ООБ ему закрыта просто из-за его нынешней сути, с местью пока всё не так ясно, а иных сравнимых мечт он не имел?..
  
Вдосталь наигравшись с когтями, Торн оставил позади захламлённую кухню, выбравшись сначала в подъезд, а после и на улицу. Оттягивать возвращение к рейдерам он не собирался, раз уж тело восстановилось и аж подрагивало от жажды действия.
Как и тогда, когда он только очнулся на крыше, его переполняла сырая и требующая выхода мощь, а поблизости так кстати бродило некоторое количество ноктюрнов…
В общем и целом Торн вполне мог их просто обойти. Подождать немного и тихонько просочиться мимо бессистемно бродящих вокруг мутантов, окольными путями вернувшись к временной базе рейдеров… но он не захотел. Предложил сам себе слегка размяться, и себе же дал на это действо добро.