Я? Дельта! (СИ)
— Неплохо, неплохо. — Майор покивал удовлетворённо, глядя на то, как Торн, уже изготовив оружие к стрельбе, замер, направив ствол в сторону мишеней. — Ошибок нет, но шевелишься ты как выпотрошенная скумбрия на сковороде. Подвижность есть, а смысла — нет. Точнее надо быть!
— Исправлюсь, майор. — Торн не стал оправдываться, сочтя это неуместным. Офицер же, удовлетворённо кивнув, коснулся панели у одной из стенок стрельбища.
— Прекрасно. Сейчас я запущу стандартную программу. Задача — поражение ростовых целей с максимальной скоростью и точностью. На всё про всё три обоймы. Итоговая оценка складывается из числа условно-уничтоженных мишеней и остатков боезапаса. Задача ясна?
— Так точно, майор. — Торн вскинул «Гадюку» к плечу, припав глазом к коллиматорному прицелу и щёлкнув рычажком предохранителя. Следом он перевёл оружие в режим автоматического огня, втянув носом прохладный, трудам вентиляции вопреки пахнущий порохом воздух стрельбища.
— И… начали!
В своей жизни Торну часто доводилось держать в руках огнестрельное оружие, и не все разы приходились сугубо на стрельбища для кандидатов на поступление в ООБ. Он посещал тиры и частные полигоны, даже умудрился взять несколько уроков у отставного «безопасника», немало почерпнув из этих встреч. Потому примитивный отстрел мишеней не вызвал у парня ни малейших проблем, и финальным результатом стали уверенные девяносто очков и остаток в половину последней обоймы.
— Цели поражены, майор.
— А ты не преувеличивал. — Мужчина хмыкнул, сверившись с данными на неведомо откуда взявшемся в его руках планшете. — Результат выдающийся, так что я могу доверить тебе «Гадюку». Пойдём, выдам тебе боекомплект, и устроим…
Майор резко замолчал, нахмурившись, а после приложив ладонь к ободку коммуникатора на своей голове.
— Майор Бозов слушает. Да, проверяю новоприбывшего. Нет, навыки имеются, сейчас выдаю боеприпасы. Срочно? Вас понял. — Скривившись, офицер стремительно двинулся к выходу со стрельбища, даже не отдав Торну никаких команд касательно приведения оружия в условно-безопасное, походное состояние. Но тот и сам это сделал, отстегнув полупустую обойму и освободив ствол от досланного патрона. Всё лишнее он в темпе вальса вернул в кейс, застегнув тот, подхватив свободной рукой и двинувшись следом за майором. Мужчина явно торопился, и обернулся лишь у самого выхода, скользнув взглядом по «Гадюке» и кейсу. — За мной. Получишь боекомплект, и я сдам тебя на руки офицеру, к группе которого ты будешь временно приписан. Определили время выдвижения, так что задерживаться больше не можем. Не подведи, других гражданских там с тобой не будет.
— Вас понял, майор. — Торн если и удивился, то виду не понял, справедливо рассудив, что даже вооружённого, необученного человека не станут ставить в строй без крайней на то необходимости. А его самого явно оценили выше среднего, только и всего.
И всё же тревога, опустившаяся на плечи, была густой и почти осязаемой. Но Торн всё так же высоко держал голову, понимая: вот она, та работа, к которой он стремился.
И если он провалится сейчас, то второго шанса уже никогда не будет…
Глава 4
— Нас подняли по тревоге, дроиды снова на пороге… тьфу, вашу ж бабушку!.. — Торн отстранился от стены и, мысленно костеря себя на все лады, потёр ушибленное плечо. Но долго он так не простоял, почти сразу продолжив своё неуверенное шествие по коридору. Почему неуверенное? По объективной, блин, причине!
Торн казался себе возвращающимся с гор и забрёдшим в метро лыжником, потому как даже не самое габаритное оружие и минимально укомплектованная, по-военному минималистичная и функциональная сумка за спиной ощущались слишком явно. А уж выпирающий во все стороны пояс, пара надутых карманов с медикаментами на бёдрах и сама броня картину органично завершали, делая из парня того, кем он на самом деле и являлся — нелепого, с претензией на какие-то навыки гражданского в броне.
Нет, будь у Торна свободный час, и он бы пообвыкся со снаряжением. Побегал бы, попрыгал, подвигался, да и привык, начав чувствовать себя куда как увереннее. Вот только времени не было, и даже майор по итогу задал направление для дальнейшего движения, после чего умотал по своим срочным делам.
Умотал, оставив гражданское лицо посреди опорника в гордом одиночестве, среди петляющих коридоров и заблокированных биометрией дверей. Потеряться тут было сложно, но даже эти краткие минуты для Торна растянулись в разы, прогнувшись под мельтешащими в голове мыслями самого разного толка.
«Золотое дитя», ноктюрны, которых тут сейчас не могло быть, необычная готовность военных каждому первому выдавать оружие после беглого прогона «по вершкам», благодарность доктора, который вряд ли лично видел, что происходило вне стен совсем недавно — всё это нещадно давило на перегруженные мозги.
Торн буквально чуял что-то неправильное, но никак не мог взять в толк, что же именно это было. И это его раздражало, мешая сосредоточиться на делах насущных…
— Явился, не запылился! Ты там по дороге привал устроил, что ли? — Первым, что сделал при виде его старший среди десятка вооружённых бойцов в броне, стало именно это возмущённое восклицание. — Давай-давай, натягивай шлем и готовься внимать. Не глухой? Ну и отлично…
Элементы шлема выехали из ворота комбеза и быстро сомкнулись перед глазами, отрезав Торна от окружающего мира. Но прошла секунда, шлем оброс внешней защитой, и забрало не только стало с одной стороны прозрачным, но и расцвело яркими красками дополненной реальности: подключился интерфейс шлема, подсвечивающий союзников и даже подписывающий, кто есть кто.
По оружию информация пока не транслировалась, так как для этого требовалось держать то в руках, перчатками касаясь в изобилии присутствующих на хватких поверхностях «Гадюки» контактных площадок.
— Значит так, парень, слушай сюда. Я — Сеньор, командир «Дельты», группы, в которую тебя и определили то ли по несчастливой случайности, то ли по досадному совпадению. Идём мы в арьергарде, сразу за броневиками с гражданскими, и составляем часть внешней, по совместительству — единственной линии обороны. Это значит, что если что — помочь нам окромя соседей будет некому, так что в твоих интересах слушать всеми имеющимися ушами и смотреть всеми глазами, тщательно мониторя обстановку вокруг. Кивни, если понял.
Торн кивнул.
— Отлично. Возмущений нет? Не передумал играть в солдатиков? Что ж, хорошо. — А по тону казалось, что не очень-то и хорошо. — Твоё место в группе — сразу за Чайкой и перед Гробом. Задача у тебя простая: выполнять все мои приказы, даже если тебе покажется, что я несу чушь. По ноктюрнам на дистанции не стреляем, заметив выживших не орём и вообще лишний раз не шумим. Наша задача — прорваться, а не зачистить территорию. Вопросы?
— Вопросов нет. — Уж что-что, а разбираться в людях Торн умел. Потому для него не составило труда понять, что Сеньор, как он сам назвался, не столько недоволен, сколько обеспокоен присутствием в отряде ненадёжного звена.
И парень не мог его в этом упрекнуть, так как сам в похожей ситуации вёл бы себя аналогично. А то и вовсе послал бы гражданского в грузовичок, что б не отсвечивал и сидел там до поры, не мешая профессионалам выполнять свою работу.
В общем-то, «безопасники» так бы наверняка и поступили бы, будь у них чуть больше времени, и не торопись они поскорее выдвинуться на соединение с союзниками на большем расстоянии от эпицентра. Ну а суматоха и хаос традиционно были надёжными спутниками неразберихи, в которой и недокурсанта могли определить на внешний периметр, предварительно вручив оружие.
— Ты ещё можешь отказаться и вернуться к остальным гражданским. Нет? Тогда будешь Зелёным, не в обиду, но к тебе этот позывной прилип заранее. Устраивает?
— Устраивает. — Попытки найти повод отправить его к остальному «мирняку» Торна даже забавляли.
— И последнее. Бозов сообщил, что ты из особо упорных кандидатов на поступление в ООБ, и кое-что в нашем деле понимаешь. Но я всё же кое-что спрошу. Стрелять умеешь?