Послушание и наказание (СИ)

И Александру, и Декарту явно доставляло удовольствие располагать такой немного показательной властью над нами, и я отмечала, что мне это тоже нравится.
В этом не было наигранности. Скорее это больше походило на то, что мальчишки во дворе хвастают друг перед другом у кого игрушка лучше, и кто лучше с ней обращается. Но мне нравилось быть этой игрушкой. Нравилось привносить хоть небольшую, но гордость в настроение моего Хозяина.
Однако в целом, мужчины все же обсуждали какие-то свои дела, а мы с Луной не решались нарушить их разговоры.
Как оказалось, Страм и Луна сегодня должны были появиться на еще одном деловом ужине в честь открытия какого-то проекта Александра. Поэтому провести с Луной вечер мне бы так и не удалось, но мужчины условились «выгулять» нас в выходные. И как Александр не уговаривал Декарта поехать вместе с ним, но Декарт настойчиво стоял на своем.
Для меня же все это время было пропитано сладким мучением. Я больше не чувствовала унижения или обиды на своего Хозяина. Но чувствовала бешеное возбуждение. Я не могла нормально есть, пить, даже сидеть. Я все время ерзала и пыталась найти хоть какое-то положение на коленях моего Хозяина, когда бы предмет во мне хоть немного уменьшил свое воздействие. Но дело было не в предмете, а в моем Хозяине, который заставлял меня гореть от желания к нему.
Я постоянно искала его взгляд, украдкой ловила его выдохи и мысленно умоляла его касаться меня снова и снова.
Когда же ужин был закончен, а Александр и Луна попрощались с нами, я вновь жалобно взглянула на моего Хозяина, а он улыбнулся мне уголками губ.
– Иди в игровую и жди меня, как я тебя научил, – тягучим голосом приказал он.
Если бы я могла, то я бы пулей понеслась в ту комнату, но предмет все же требовал от меня осторожности.
Оказавшись в комнате, я увидела на кровати свою маску, которую Декарт снял с меня час назад. Решив играть на тысячу процентов, как мне посоветовала Луна, я быстро надела на себя маску и наконец села, в ожидании моего Хозяина.
Секунды текли томительно долго, я за это время изгрызла себе все губы, но наконец Декарт вошел в комнату и встал позади меня.
– Я доволен твоим поведением, – сообщил он, мягко наматывая мои волосы на кулак. – Сегодня вечером ты была полностью такой, как мне хотелось.
Я изнывала от желания, поэтому принялась тереться головой о ногу Декарта.
– Умничка, – вновь похвалил меня он. – Разденься, а я пока возьму кое-что.
Я нетерпеливо принялась снимать с себя одежду, уже не стесняясь своей наготы. Когда же я закончила я взглянула на Декарта. Он уже сидел на кровати, широко расставив ноги. Указательным пальцем он подозвал меня к себе и указал сесть у его ног.
Я доползла до него на четвереньках и устроилась рядом.
– Ляг на спинку, – приказал он. – Ноги согни в коленях и расставь пошире. Руками возьмись за свои волосы и вытяни их в хвост. Ты ни на секунду не должна отпускать свое волосы, поняла меня?
Я кивнула, умоляя моего Хозяина взглядом приступить к действиям.
Мужчина вытащил длинную гибкую палочку, обмотанную кожаной лентой, с удобной ручкой на одном конце и пушистеньким комочком шерсти на другом. Декарт спустился ко мне вниз и сел удобнее. А затем медленно провел пушистым комочком по моему лицу.
Я облизнула пересохшие губы, не сводя взгляд с желтых глаз моего Хозяина.
Пушистый комочек спустился ниже, обводя мне шею и ключицы, а после дошел до груди. В этот же момент, Декарт коснулся моей промежности и вдавил внутрь тот самый предмет.
Я застонала, выгибаясь дугой и подставляя ласкам свое тело. Руками я сильнее натянула себе волосы, получая при этом еще большее удовольствие.
Декарт ласкал мои вершинки мехом, пока сам вновь принялся вводить и выводить из меня предмет, растягивая меня круговыми движениями.
Мое тело пронзила дрожь от перевозбуждения, и я захныкала:
– Пожалуйста… я больше не могу… пожалуйста…
– На кровать, – коротко приказал Декарт.
Ничего не соображая, я взобралась на кровать и легла точно так же, как и была на полу. Мужчина тем временем снял с себя одежду и навис надо мной.
 
– Мой котенок, – прорычал он, – я так тебя хочу, что нежным сегодня не буду. Прими меня такого.
Мужчина резко вытащил из меня предмет, а второй рукой схватил меня за ошейник. Потонув в его взгляде, я заранее на все согласилась и предоставила свое тело для нашего общего удовольствия…
  
Глава 38
 
Мужчина навалился на меня всей грудью, выбив воздух из моих легких. Его звериная страсть читалась в каждом движении, во взгляде и даже просачивалась аурой через его кожу. Казалось, что он меня сейчас скорее сожрет заживо – еще трепыхающуюся, а не, как обещал, доставит удовольствие.
– Этим вечером ты была такой послушной… – Декарт стянул ошейник, и я почувствовала удушье. Но я даже испугаться не успела, как он уже ослабил хватку. – Ты должна быть такой всегда, понятно?
Я сдавленно выдохнула и кивнула. Мне было очень тяжело: я не могла сделать даже половинный вдох, но мне безумно нравилась тяжесть тела моего Хозяина.
Как с ним хорошо!
– Держи себя за волосы, – приказал Декарт, и я крепче стянула себе хвост.
Мужчина больно сдавил мне челюсть, чтобы я приоткрыла рот, а затем набросился с поцелуем. Одной рукой он «наступил» на мой хвост, пока второй продолжать временами тянуть меня за ошейник то поднимая чуть выше к себе, то вновь вжимая меня в пушистое покрывало.
Волосы приятно тянули мне кожу головы, заставляя меня превращаться в безвольную добычу. Это движение парализовывало, обездвиживало и лишало всякого желания сопротивляться.
Мужчина вновь притянул меня к себе, жадно овладевая моим ртом, пока сам резко толкнулся в меня бедрами. Так он властно, но без слов приказал мне раздвинуть ноги и поскорее принять его. Все его действия были немного рваными, нетерпеливыми, голодными.
И как я ни желала моего Хозяина, но он хотел именно задавить меня своей властью, а потом взять силой.
– Хочу тебя, – рычал он, спустившись губами к моей груди, но продолжая держать меня за ошейник. – Хочу-хочу-хочу!
Из сексуально тягучего голос Декарта превратился в жесткий и хищный.
Второй рукой он перешел с волос на тело: то впиваясь в него пальцами до синяков, то наступая мне всей ладонью на ребра, живот, а затем и бедра, чтобы сильнее их раздвинуть.
Крепко прижав меня рукой к кровати, словно дикий зверь прижимает к земле долгожданный кусок мяса, Декарт вошел в меня, вырвав из меня жалобный стон.
По мне словно стадо бизонов промчалась!
Мужчина вышел из меня, грубо зализал языком мою затвердевшую вершинку, а затем снова вошел.
Закрыв глаза от удовольствия, я старалась не двигаться в руках моего Хозяина, пока он не насладиться хотя бы своими первыми толчками.
Его сила завораживала. Его мощь подчиняла. Его авторитет был непоколебим.
Я захныкала, когда Декарт снова вышел из меня и вобрал в рот мою маленькую грудь.
– Кто это тут у меня хнычет? – процедил он сквозь зубы и вошел в меня опять. – Моя маленькая самочка? Которая изнывала полтора часа от желания? Которая весь вечер умоляла взять ее? Именно так: грубо, неистово, без права на голос?
Я закивала как заведенная, наслаждаясь такой дикой близостью с моим Хозяином.
– Еще, – зашипел он. – Хочу тебя такую маленькую и беспомощную.
Декарт принялся вбиваться в меня, надавливая мне на ребра ладонью, второй он по-прежнему тянул меня за ошейник, и вместе с этим тянулись мои волосы. Мужчины раз за разом выбивал мои сдавленные стоны, а я все охотнее подставляла ему себя.
Жажда отдаться этому мужчине целиком переполняла меня через край. Принимая его в себя из раза в раз, я сжималась внутри, желая этим хоть ненадолго задержать его в себе.
Мне хотелось кричать имя моего Хозяина, но Декарт так сильно «топтал» меня, что единственный звук, который я иногда могла издать – это приглушенный свист легких.