Меч Баа Ци (СИ)
— Кого ты там к нам в гости позвал, Трисмегас? — спросил Вахтер, пытаясь достать горло противника после обманного удара по ляжке. Халиф-Трисмегас ощерился хитрой улыбкой.
— Это же твоих рук дело, поганый Баа Ци!
И, улучив момент, врезал Вахтеру в нос свободной рукой. Тот только ругнулся, попытался ответить, но враг извернулся, пропуская мимо себя удар и кулака, и меча.
— Но если это евролошье убилось об границу цифрового поля, значит, это твое поле. Только ты его умеешь делать!
— А вот и нет! Это ты еще одно цифровое поле открыл!
Больше вопросов к Трисмегасу Вахтер не имел, потому заорал:
— Отдай мой меч, скотина!
— Хрен тебе! — был ответ.
Раздалась длинная пулеметная очередь, затем из переулка выскочил совершенно ошеломленный Раиль. Да так, словно за ним гнались все демоны Преисподней. Но сделать ему удалось лишь несколько шагов, а затем он рухнул на асфальт, как подкошенный. В его спине торчали стержни, до боли напоминающие арбалетные болты.
— Кто там? Что за монстры, Шаймони? — заорал Асламбек, попутно приказывая всем бойца приготовиться к атаке противника. Старый ученый лишь выпучил на него глаза, затем повернулся на перестук клинков, с изумлением увидев, что за его спиной идет яростная дуэль на мечах.
— Там самые страшные монстры Вселенной, — оскалился Халиф, проводя серию лихих ударов по противнику. Впрочем, клинок лишь прочертил пару линий в воздухе, Вахтер легко ушел от атаки, сразу же начав свою.
— Халиф, что происходит? — окрикнул Шаймони своего искусственного помощника.
— Это уже не Халиф! — вместо него ответил Вахтер. — Взломали твою цифровую шестерку! А я сейчас доломаю! Ххак!
Мощным выпадом Вахтер сумел достать грудь противника. Тот вскричал от боли, но удержался на ногах. Асламбек тоже их наконец заметил, приказав прекратить, иначе пристрелит обоих.
К лежащему Раилю аккуратно приблизился Бедуин, наклонился, проверяя — жив ли тот. Гул все нарастал и нарастал и вот на площадь из переулка выскочили первые всадники, целая кавалькада тяжеловооруженных рыцарей с большими черными щитами, в белых плащах и с роскошными красными плюмажами на шлемах с закрытыми забралами. Где-то в середине этого воинства гордо реяло золотое знамя.
На крышах изуродованных зданий привстали поджарые ловкие пехотинцы в средневековой одежде с арбалетами наизготовку. Как они там держались, не падая, на хлипкой кровле и тонких стенах — оставалось лишь удивляться. Причем, стрелки не просто балансировали, но и умудрялись активно работать: едва Асламбек приказал пулеметчикам открыть огонь по коннице, как арбалетчики разом спустили тетивы.
Асламбека спасли только обостренные рефлексы. Он махом ушел к земле, перекатился под джип, успев краем глаза заметить, как от мощных ударов арбалетных болтов отлетает прочь тело бойца за станковым пулеметом. Второй хотел спрятаться за щиток оружия, но кто-то из арбалетчиков сумел вонзить ему болт прямо в глаз через дырку в щитке как раз для прицела. И боец Асламбека кулем сполз на землю, заворотив ствол орудия прямо в небо.
Начальник охраны занял позицию под колесами джипа, дал длинную очередь по летящей в атаку кавалерии. Но пули очень неохотно вбивались в противника: вот один, словив пару автоматных выстрелов прямо в шлем, остановил коня, шатаясь, стащил шлем, с изумлением осмотрел места попадания, вновь надел, заорал какой-то клич и рванул еще быстрее прежнего. Бедуин, даже не пытаясь целиться, стрелял в надвигающуюся лаву из винтовки прямо с рук, на скорость: заржав, рухнул под одним из седоков конь, но передовой рыцарь быстро настиг снайпера и срубил одним молодецким ударом меча.
Асламбек впервые за долгие годы опасной боевой работы стушевался, не понимая, что делать в такой ситуации. Он был готов к атаке монстров, разных чудных зверей и тварей. Но отражать массированную атаку средневекового войска?
Асламбек повернулся к пленному, решив спросить у того, как у самого знающего, но лишь увидел, как тот резво убегает, делая зигзаги, обратно в особняк, под защиту стен. "Хороший ход", подумал Асламбек и решил последовать его примеру. Начальник охраны схватил за шиворот вконец охреневшего от происходящего Шаймони и потащил в особняк. За ним следовали остальные, кто просто бежал, некоторые по пути отстреливались. Эти смельчаки сразу падали, словив по нескольку арбалетных болтов. Мансур отстрелял весь боезаряд — практически без урона для тяжелой кавалерии, сразу переключился на арбалетчиков и даже сумел нескольких подстрелить, затем отбросил раскаленный и уже начавший плеваться автомат, схватил гранатомет — да только пока возился с выстрелом, первый же кавалерист снес его, с ходу вонзив длинное копье.
На входе в особняк Асламбек понял, что пленный не просто искал укрытие — он преследовал Халифа, отчего-то тоже вооруженного мечом. Вот человеческое воплощение программы резко обернулось, попытавшись неожиданным выпадом застать преследователя врасплох. Да только тот ловко ушел от клинка, сумев еще раз дотянуться до уже раненного в грудь противника. Вскрикнув, Халиф рухнул на дорогую кафельную плитку, заливая ее кровью. Вахтер мгновенно оказался на нем и схватил за ворот.
— Давай вариант форс-мажора! — заорал упавшему Вахтер. — Быстрее, пока мы в ежиков не превратились!
Асламбек запоздало удивился, каких еще ежиков имеет в виду незнакомец, но рядом с ним, захрипев, рухнул бежавший последним научный сотрудник, словив спиною сразу чуть ли не пятнадцать арбалетных болтов. Образ, так сказать, воочию. Салех Двапатрона активно лупил очередями по стрелкам, рискуя также превратиться в ежика, но ему пока везло.
Халиф смотрел мимо кричащего на него убийцы, скорее удивленно, нежели с ненавистью. И неожиданно куда, но меч в его руке пропал. Вахтер только выругался, поскольку уже протянул руку сцапать дорогой сердцу трофей. С другой стороны, раз исчез меч, то и Трисмегас покинул Халифа и теперь можно включить форс-мажорную программу. Пусть и не для уничтожения Трисмегаса, хрен с ним, сейчас бы от оравы сумасшедших косплейщиков Средневековья отбиться.
Вахтер обернулся к Шаймони.
— Скажи своему подручному, пусть запускает вариант форс-мажора, стоп-программу или как она у вас называется! Твой Халиф теперь снова сам по себе, Трисмегас покинул его мозги!
Шаймони, видимо, сам понял, что пленник здесь лучше всех понимает обстановку и не стал перечить, вдаваться в расспросы. Он присел рядом с Халифом, проскрипев тому в ухо:
— Халиф! Форс-мажор, Халиф! Запускай Кару!
Халиф еще некоторое время смотрел на своего шефа, распознавая команду. Потом улыбнулся уже мертвеющими губами и кивнул.
Особняк вздрогнул, словно от землетрясения. Послышалось испуганное ржание, заругались всадники, пытаясь утихомирить внезапно потерявших управление отлично муштрованных боевых коней.
Она появилась между сбежавшими в особняк работниками лаборатории и средневековым воинством, что отпрянуло прочь с воплями ужаса. Прямо в воздухе, так и зависнув метрах в двух над землею. Невысокая рыжеволосая девушка в черной рясе. Нежное лицо украшала наивная детская улыбка. Глаза же закрывала синяя повязка с золотыми орнаментами.
Замерла, вслушиваясь в происходящее. И, видимо, ожидая распоряжений от руководства лаборатории.
— Кара, — с облегчением выдохнул Шаймони. — Теперь им конец!
Глава 35. Магистр и Кара
— Прекратить стрельбу! — раздался зычный голос. Видимо, это был командир всего отряда средневекового воинства, что так внезапно высыпало на голову несчастной группе лабораторных ученых. — Мои доблестные кнехты, прошу вас соблюдать дистанцию перед этой ведьмой.
Арбалетчики послушно опустили свое смертоносное оружие, недоверчиво поглядывая на парящую в воздухе рыжую девицу в черной сутане. Конные рыцари также подчинились распоряжению, немного сдав назад.
Вахтер шумно выдохнул, попутно выдав длинное ругательство. Затем заявил, что ему пора валить и спокойно зашагал куда-то вглубь зала. Никто его не остановил и даже не оглянулся во след. И без него проблем хватало.