Генетический потенциал (СИ)

— Боже, что ты натворила? — До меня наконец дошло, что именно устроила норвежка. — Зачем⁈
— Они начали на меня охоту, — едва слышно прошептала она.
— Севастьянов?
— Да.
— Почему? Что ты сделала?
— Ничего. Я просто видела, как они выносили тело профессора.
— Ты же сказала, что он в тюрьме?
— Я не хотела, чтобы ты уходил. Узнав о его гибели, ты бы сразу побежал разбираться.
  
— Ты уверена, что это был он?
— Я видела его! — Нахмурив брови, она посмотрела на меня. — И уверена, что он был мёртв. С дыркой в черепе не живут.
— Дальше.
— А дальше они меня заметили и начали стрелять. Я сбежала. Со мной ещё несколько человек. Здесь остались связные…
— Связные? И как давно вы готовились к перевороту?
— Мы не готовились, просто… Они вынудили нас, как ты не понимаешь⁈
— Это какой-то пиздец! — Я уселся на пол, привалился спиной к стене и с силой провёл ладонями по лицу. — Через семь часов сюда прибудет вторая волна. Ты даже близко не представляешь, какие там твари.
— Мы её отразим.
— Вы⁈ Кто это — вы? Ты с канадцами⁈ И позволь поинтересоваться, каким образом вы это сделаете⁈
— Они тоже умеют воевать. Большинство из них — бывшие спецназовцы и прекрасно владеют оружием.
— Да мне насрать, кто они там: спецназовцы или обычные хуеплёты!
— Почему ты кричишь на меня? По-твоему, было бы лучше, если бы меня убили⁈
— Как ты не понимаешь? Нам не между собой нужно сражаться, а с тем дерьмом, которое непрерывно лезет на нашу базу! Ты сейчас помогаешь им уничтожать остатки человечества!
— Я просто хочу жить, что в этом плохого?
— Нужно было просто дождаться меня.
— И что бы ты сделал?
— Не знаю, но что-нибудь смог.
— Это твои люди убили Семецкого, а затем стреляли в меня. Они первыми начали. Так почему ты винишь во всём меня?
— Потому что не понимаю: зачем? Неужели не было другого выхода, кроме как устраивать резню?
— Может, и был, но думать об этом было некогда.
— Семецкий кое-что сказал мне, перед тем как пропала связь. Видео, которое нам показал полковник — подделка. Оно не с Земли, его смонтировали здесь.
— И почему я не удивлена?
— Думаю, поэтому Севастьянов приказал убить профессора. Кажется, стрельба стихла.
— Нас позовут, когда всё закончится.
— Или арестуют.
— Бух-бух-бух! — раздался тяжёлый стук в дверь, словно кто-то подслушивал наш разговор.
— Как думаешь, это твои или мои? — с ухмылкой спросил я и отправился к двери.
— Не открывай, — попросила Ада.
— Я не собираюсь прятаться здесь и дожидаться смерти, — отмахнулся я. — Однако дверь никак не отреагировала на моё появление, и я понял, что последняя фраза предназначалась совсем не мне. — Ада, разблокируй ворота.
— Нет. Они убьют нас.
— Ты ведь не можешь знать это наверняка. Или я чего-то не знаю?
Девушка некоторое время смотрела на меня немигающим взглядом, а затем произнесла:
— Покажи ему.
В зале за её спиной разноцветными огоньками заиграли голограммы, разогнав своим светом полумрак. Я выбрался из коридора и осмотрел территорию базы. Всюду царила разруха. Даже после атаки мутантов разрушений было в разы меньше. Из корабля валил густой чёрный дым, две баррикады, сложенные из мешков, наполненных грунтом, превратились в сплошное месиво. В центральную часть лагеря стягивали тела повстанцев, или как их нужно правильно называть?
Судя по военной форме и жестам, победили всё-таки наши, что, впрочем, не удивительно. Полковник, скорее всего, уже давно знал о готовящемся восстании, именно поэтому и не допускал Аду к информации, как и самих канадцев до оружия. Похоже, и Коробков был в курсе предстоящего мероприятия по смене власти. Очень уж резко он переобулся, когда я предложил защитить вспомогательный район базы силами иностранцев. А обороняться всегда легче, тем более если противник тебе известен.
— Открой ворота, — снова попросил девушку я. — Обещаю, что сделаю всё возможное, чтобы тебя защитить.
— Ты ничего не сможешь сделать.
— Они всё равно найдут способ вытащить нас отсюда.
— Нет, если мы продержимся до прихода волны.
— Ты в своём уме⁈ Там люди…
— Я тоже хочу жить.
— Они тебя не тронут.
— Откуда такая уверенность?
— У тебя профессия управляющего. Без тебя база не будет работать.
— Ты этого не знаешь.
— Да твою мать, Ада, разблокируй дверь! У нас нет времени на всё это дерьмо! Я не дам им убить тебя!
Девушка снова уставилась на меня, затем отвела глаза и провела рукой по воздуху, выставив перед собой ладонь. Дверь тут же отошла в сторону, и через порог шагнул железный воин. Мне даже подсказывать было не нужно, я знал, кто сейчас находится внутри.
— Руки в гору! — прогудел металлический голос.
— Коробков, ты? — на всякий случай уточнил я.
— Руки, Тень, больше повторять не стану. Ты знаешь, на что способно это оружие. Вас ведь потом неделю будут от стен отскребать.
— Так я безоружен, — усмехнулся я. — Она тоже.
— Мне что, по роже тебе дать, чтоб ты понял?
— Ладно, как скажешь, — не стал больше спорить я и задрал руки.
Коробков дождался, когда точно так же поступит норвежка, а затем пригласил бойцов. Те влетели внутрь, словно «маски-шоу» на захват особо опасных преступников. Я даже пикнуть не успел, как заработал ботинком под дых и уткнулся носом в каменный пол. Руки моментально сковали наручниками и для порядка сунули ещё раз по рёбрам. Последний удар был очень болезненным, внутри что-то хрустнуло, и я утратил возможность дышать. В глазах потемнело, но это не помешало мне узнать цербера, которого я выключил первым.
— Ну чё падаль, как тебе ощущения? — прошипел он мне на ухо. — Отдыхай пока, ещё увидимся.
— Жду — не дождусь, — сдавленным голосом ответил я о чём тут же пожалел.
Цербер держал меня за волосы и не упустил возможности придать ускорение голове, для гарантированной стыковки моей наглой рожи с полом. Снова что-то хрустнуло, хотя я прекрасно знал, что: нос.
— Отставить, Савельев! — металлическим голосом рявкнул капитан.
— Есть, — вальяжно ответил привратный охранник и наконец отвалил от меня.
* * *
Снова эта крохотная камера, в которой не то что пройтись, даже встать особо негде. Койка, мойка да толчок, чтоб нужду справить. Но мне ещё повезло оказаться в одиночке. Остальных любителей революции всем скопом затолкали в трюм. Аду не тронули, по крайней мере, пока. Ну или мне так сказали, чтоб не доставлял лишних хлопот. А ещё я был уверен, что меня скоро выпустят. Просто потому, что я действительно ни сном ни духом о готовящемся восстании.
П-хах, ну Танюха, конечно, тоже молодец. Она ведь знала, что в Аду стреляли и что та сбежала из лагеря, но лишь поязвила, так ничего толком и не сказав. Женщины. Когда у них дело доходит до конкуренции, им сам чёрт не брат. А ведь могла предупредить. Глядишь, и ситуация выглядела бы иначе. Хотя нет, ничего бы не изменилось.
— Дрыхнешь? — донёсся от двери голос Коробкова.
— Нет, — отозвался я.
— Спасибо за идею с пушками. Я подумал, что тебе будет интересно знать.
— Сработало?
— Ещё как. Странно, что мы сами до этого не дошли.
— Дошли бы, рано или поздно. Волна далеко?
— В полутора часах.
— Надеюсь, ты припёрся, чтоб меня выпустить?
— Разумеется, нет.
— Неужто про пулемёты поговорить? — Я приподнялся на локтях и посмотрел на Коробкова через крохотное оконце на двери.
— Скажи честно: ты знал?
— Короб, ты дурак? Вот ты сам как думаешь?
— Я уже не знаю, что думать.
— Что с ней будет?
— Большинство офицеров склоняется к тому, чтобы поставить её к стенке.
— А ты?
— А я тоже офицер.
— Вы же первые начали. Или скажешь, не так? За что Семецкого убили? Чтобы не рассказал о ваших тёмных делишках?
— Ты сейчас о чём?
— Ой, Короб, давай только без этой хуйни. Ты что, не знаешь, кто такой Семецкий? Или не в курсе, что видео с мутантом, которое нам Севастьянов показывал, полное фуфло?