Достучаться до Небес (СИ)

Спустился Хариус на десяток километров по Оби, провёл ТО. И, со следующего дня принялся, под руководством акустиков искать путь в обход. И неважно было: между частью островов Хариус просто не протиснулся бы, даже если про отмели не говорить. Шершни подлючие на каком-то из островов нашлись, вырубались в поле пугалки, но по борту и надстройкам знатно побарабанили. Крокодил откуда-то выплыл, сволочь кожаная!
Причём в островах, на мелководье, Хариус не повертится. Но тут и без бомбард справились: ПСЗДецы просто засыпали чешуйчастую сволочь тоннами свинца. Шкуру не пробили, но это было и не нужно. Просто утопили крокодилину на дно, нагрузив размазанным по чешуе свинцом. А там, на дне, раки до него доберуться. Он прочный, но раки цепи корабельные перекусывают, гады клешнястые.
В общем, не без неприятностей, но искали обходной путь. И нашли — извилистый, кривой, в паре мест Хариус по дну дном скрёб, но нашли. Были даже предложения на колёса корабль поставить, но выходило скорее во вред: в куче мест Хариус с колёсами не проплывёт, а если на них — то и не факт, что по мокрому дну проедет.
Итак, вихляясь и мотаясь шёл Хариус между островами, почти в тридцати километрах от опорного пункта роботов. Ну и двигали с напряжением: вроде как всё нормально должно быть, но мало ли. И мало ли радостно случилось: в сотне метров от Хариуса, после соответствующего свиста, раздался взрыв. Хариус ветками и песком засыпало, ну и рёв Дмитрича:
— ЗАДНИЙ ХОД!!!
Ударил по ушам не слабее взрыва снаряда. Пока пятились кораблём, как раки какие позорные, несколько взрывов раздалось. К счастью — не мы взрывались. И ракетами интервенты стреляли, как радарщики доложили. Но в том месте, где мы были — их даже видно не было, не долетали.
Отошли на пару километров вниз по реке, у какого-то островка, практически песчаной косы, притормозили. И затеялось совещание, с всё тем же вечным вопросом: а делать-то что?
— Я вам, б…дь, не спи…днув говорю: по берегу мы пи…дюхать будем месяца два в объезд. Если, б…дь, никаких х…есосов там не будет! И эти мудаки железные х…ярить по нам не станут! — выдал экспертное заключение Петрович, на предложение “объехать дальним берегом”.
— А гарантий, что “не будут” — никаких. Самоходки на восемьдесят километров бьют, — экспертно высказалась Светка.
Ну, мы в уголке совещательной притулились, нас никто не гнал — чего ж не притулиться? Ну и мудрые мысли свои время от времени высказывали: чего ж не высказать, раз высказывается?
— Восемьдесят километров — это не вариант. Так мы год объезжать будем, а не пару месяцев, — констатировал Дмитрич. — Да и два месяца — слишком долго. Зимовать на Оби нам не стоит! Давайте думать, что делать. Василий?
— Чуть что, сразу Василий, — хмыкнул наёмник. — Не знаю, Дмитрич. Для начала — надо посмотреть, что там за форпост. Может, все роботы протухли, а там только самоходки?
— Ние…ать ты фантазёр! — восхитился Петрович.
— Какой есть, Петрович. У нас ни хера данных о форпосте нет, надо думать. Может, и справимся, снесём. Потому что других способов проплыть быстро — не вижу.
— Разведка, — кивнул Дмитрич.
— Разведка, — поморщился Василий. — По Сибири этой гребучей, в условиях, когда мы ни х…я не знаем, что в лесах! Но других вариантов не вижу. И наше дело, если уж честным быть, — признал он.
— Точно, не…уй жопы на казённых харчах отжирать! — высказался Петрович.
— Иди нах…й, Петрович, — добро пожелал Василий.
— Сам туда иди, мудак криворукий, — отвесил ответную любезность техник.
На этой мажорной ноте именно совещание завершилось — ни черта не понятно, чего совещаться? А вот обсуждение, как разведку проводить — началось. И Василий меня позвал — ну, тут понятно. Мы всё же — не пассажиры, а до Белоярска — часть вооружённых сил Хариуса. В общем-то, тоже наёмники, в определённом смысле, мысленно хмыкнул я, топая рядом с петровичем в казармы.
Но вообще, пока Хариус выбирался из извилистой жопы, куда с таким трудом забился, шли прикидки и обсуждение. Сказать “разведка” — просто. Но это по сибирским лесам, это раз. И ещё стрелять по нам могут, это два. Потребность в технике вставала ребром, а вот пройдёт ли она, ну и вообще — как и что будет?
 
— Василий, время есть? — уточнил я.
— Ну пока вихляем — есть, — хмыкнул командир наёмников. — А что хотел, Георгий?
— Да есть задумка одна, — честно признался я. — Надо бы посчитать. Я всё же технарь, Василий. Где-то час нужен.
— Час — посчитай, всё равно не раньше, чем через сутки, начнём, — махнул рукой Василий.
И направились мы к Вездетанку, я уже по пути задумчивый.
— Рассказывай, Жор, — потребовала Светка по пути.
— Вездетанк, — коротко ответил я.
— До первого попадание из гаубицы, Жор! — хмыкнула подруга.
— Фигушки до первого, — отрезал я.
— Хорошо, уговорил, второго. Это самоубийство, Жора.
— А через сибирские леса пару километров пешком — не самоубийство? — уточнил я.
— Тоже, но так по тебе не будут… хотя, — задумалась Светка.
— Про что догадалась? — заинтересовался я.
— Про угол наводки, — сообщила подруга. — Так, погоди, дай прикинуть. Ближе восьми сотен метров самоходки баллистическую траекторию не удержат. Только прямой наводкой.
— Которой не факт, что будет. Если они в окопе каком-нибудь. Но не в том дело, Свет, хотя и это фактор.
— А в чём?
— Наводка.
— Так радар же.
— Угу. И вот если покрыть Вездетанк слоем экранирующего полимера…
— То появится мёртвое пятно, в которое они радостно отстреляются!
— Где, Свет? — спускаясь, уточнил я.
— В лесу… Хм, в лесу. Ну ладно, допустим. А стрелять как? Те же животные, — уже в Вездетанке уселась она в кресло, сложив руки на груди.
— Лазеры.
— И высветититься на… хм.
— Угу. В чаще, — кивнул я. — Нечем лазеры фиксировать, никакой термодатчик не возьмёт сквозь сотни метров джунглей. Электромагнитного фона нет.
— В общем — даже интересно звучит, — признала подруга. — Но рисковано!
— Не-а, — довольно ответил я.
— А я говорю — рискованно!
— А я говорю — нет!
— Обоснуй!
— От обоснуихи слышу! — отпарировал я, а пока Светка хлопала клювиком и копила вредность на ответ, ответил нормально. — Свет, проектор электромагнитного щита. И тут твои знания пригодятся: что ты о боеприпасе этой мортиры знаешь? Вес, заряд, мощность?
— И высветишься с этим щитом… хотя шанс, конечно, — проворчала Светка. — А про снаряды эти я бы предпочла знать поменьше! Ладно, слушай, Жора.
Выслушал, записал. Полчаса сидели, считали. В общем — более чем неплохо выходило. У снарядов этих гибридный заряд: ударное кумулятивное ядро и обвязка осколочно-фугасная. Решение дурацкое, свойственное тупым империалистам, хотя в чём-то, в условиях десанта, на первое время годящееся: универсальностью.
Ну да ладно, посчитали со Светкой и Мопсом, прикинули. Выходило, что империалистический щит удержит десять империалистических снарядов на паре метров от брони Вездетанка. И… всё. В смысле, нет толку от этих снарядов. Ударное ядро просто шмякнет по броне и отскочит, тут нужно в упор. Про обвязку можно и не говорить. Нет, ну не камушками кидаться, конечно, но броня и каркас удержат.
Потом — десять минут генераторам надо, иначе сгорят. Ну, в общем, это не шанс выходил, а полноценная возможность и подстраховка. Если всё пойдёт не так с ЭМ-маскировкой. Это меня, хех, моя собственная на эти мысли натолкнула.
Прикинули, посчитали с полимером — губчатый, ничего сложного. Даже сами наварить сможем, но лучше пусть техники Петровича возяться.
И пошли к Василию с данными и идеей.
— Это интересно, — озвучил наёмник, просмотрев бумаги-расчёты. — А ракеты?
— Ракеты, Василий, протухли.
— И ты на это полагаешься, Георгий?
— Нет, конечно. У меня ПРО лазерное, — скромно погордился я.
— Ох, е…ать сколько у тебя атомных батарей-то стоит! — изумился Василий.
— Больше половины пространства, — признал я.