Назад в СССР 2 (СИ)

Девчонки с интересом рассматривали меня. Одна из них представилась и представила свою подругу. Её разгоревшееся при посадке лицо прямо-таки притягивало к себе взгляды мужчин из соседних купе, точнее отсеков.
Дед достал из плаща газету «Советский Спорт», видимо, купленную на вокзале в киоске, и начал читать, облокотясь на столик. Он пытался вовлечь девушек в результаты Олимпиады, но девчонки смеясь ответили, что не разбираются в спорте.
— Ну а вы, молодой человек? Вы спортом занимаетесь?
Мне не хотелось рассказывать про свои боксерские тренировки и способности, поэтому я ответил ему, что я подводный пловец. У девчонок расширились глаза они стали смотреть на меня с еще
Темненькая почти захлопала в ладоши
Из соседнего отсека, из-за перегородки высунулась мужская голова
— А не тот ли ты пловец, который нырял с археологами и спас их? Смотрю похож, чё-то мор… — он осекся, — лицо знакомое.
Я улыбнулся в ответ. В его интонации не звучало презрения или высокомерия. Это был обычный деревенский мужик-колхозник, который так разговаривал.
— Нет. Не тот. Похож просто, я того знаю. Он постарше меня лет на пять.
Наш разговор привлек внимание других пассажиров. Я уже пожалел, что не рассказал про бокс. Оказывается, некоторые тоже меня узнали. Я даже стал причиной раздора между сорокалетней парой. Муж тихо выговаривал жене, но в вагоне все было слышно.
— Я же говорил тебе, что не он. А ты он, он!
Светленькая посмотрела на меня с прищуром и еще шире улыбнулась. Кажется она поняла.
По проходу перемещалась запыхавшаяся бабка с большими баулами в руках. Она остановилась у нашего отсека, посмотрела полуслепыми дальнозоркими глазами в свой билет, потом протянула его мне и спросила здесь ли ее место?
Я заглянул в прямоугольник сверил цифры с местом напротив.
— Здесь, бабушка. Ваше место боковое. Нижнее.
— Ой, спасибо, милок. Она вздыхая и пыхтя водрузила один из баулов на свободное боковое сиденье, — помоги мне, милок, закинуть котомочку наверх.
— Конечно, — я встал и приподнял баул. В «котомочке» было добрых двадцать с гаком килограмм. Как она дотащила? Во истину, слава русским женщинам!
— Ого. Кипричи? — пошутил я над баулом и поднял его наверх, на полку для багажа.
— Нет, милок. Вещички кое-какие и книги. Сын с невесткой в Москву переезжают — вот везу им. Тяжело?
Я понимающе кивнул.
— Нет, не тяжело, бабуль, — развернулся чтобы сесть и поймал на себе взгляд холодных мужских глаз.
Такая встреча в мои планы не входила.
  
Глава 6
 
* * *
Я сделал вид, что не узнал его. В соседнем отсеке, у меня за спиной сидел Шельма. Я сел на свое место.
Мне нужно обдумать свои действия, чтобы нейтрализовать его наверняка. Я был уверен в том, что он не денется на этот раз.
А Шельма точно узнал меня. Стопроцентно. Я понял это по его напряженному взгляду.
Странно, что я не заметил его у дверей вагона снаружи, когда стоял у подножки. Я, правда, не особо вглядывался в лица, но был уверен, что его физиономию я бы узнал из тысячи.
Даже не смотря на то, что он явно постарался изменить свою внешность.
Он теперь был загорелый, лысый и бородатый. Похожий на Саида из «Белого солнца пустыни». Такие же острые черты черты лица, прямой нос, темные глаза, нахмуренные брови и легкая трехдневная небритость.
Со стороны дверей с проводницей послышался шум и голоса. Боковым зрением я заметил, что по проходу в нашу сторону двигается цыган довольно крепкого сложения с густеющей бородой, в фетровой шляпе и широченных кирзовых сапогах.
Его чёрные штаны на поясе были увешаны цепочками и брелками. Наверно, амулеты от сглаза и порчи.
Он двигался с небольшой спортивной сумкой на плече, на которой были две надписи красным и синим: «USSR» и «СССР».
За ним, в проходе с трудом протискиваясь с мешками, закинутыми за спину, семенили два молодые цыганки с детьми.
Они все были похожи на небольшой табор.
— Ну и вагончик же нам попался, нечего сказать! — нахмурившись, заметила женщина,из соседнего отсека, спорившая с мужем обо мне.
 
Бородатый цыган, услышал эти слова, притормозил, свирепо зыркнул на неё, поводя кровяными белками, но ничего не ответил и стал протискиваться дальше.
Цыганки следовавшие за ним окинули женщину презрительным взглядом, что-то сказали о ней на своем на цыганском.
Табор расположился через два пассажирских отсека от нас, вернее, через два пассажирских отсека. Как только они разложили свою поклажу, по проходу с гиканьем и улюлюканьем пробежали чумазые цыганята.
Старшие цыгане не обращали на них ни малейшего внимания.
Громкоговоритель на вокзале оповестил пассажиров и провожающих о том, что наш поезд отправляется.
Локомотив загудел, дернулся и начал медленно набирать ход. Вагоны сначала заскрипели, потом со стуком и небольшими рывками потянулись за ним.
Один из цыганят, лет пяти от роду, подошел ко мне и схватил меня своим кулачком за указательный палец и ласково, растягивая слова попросил:
— Дай рубль.
Я улыбнулся ему
— Нет рубля, но есть печенье, будешь?
Цыганенок смотрел на меня своими большим черными глазами, хлопал ресницами и держал большой палец свободной руки во рту вместо соски.
Он вдруг отпустил мою руку, побежал вприпрыжку к старшим детям ошиваюшимся в проходах поблизости и что-то коротко сказал сестре, указывая пальцем в мою сторону. Она посмотрела на меня, кивнула и извлекла откуда-то из недр своей одежды монету.
Мальчуган схватив ее, так же вприпрыжку примчался ко мне обратно. Он протянул мне пятидесяти копеечную монету.
— На, — цыганенок смотрел мне в глаза, — у тебя нет рубля — возьми. У цыгана попросишь денег по честному — цыган всегда даст.
— О-о-о, — с улыбкой протянули девчонки напротив, наблюдавшие эту сцену, — если тебе цыгане дают денег, значит ты будешь счастливым.
Я очень удивился такой щедрости, но принял монету от ребенка.
— Спасибо. Ну-ка подожди, — я потянулся к своему багажу и вытащил в ответ из своей сумки фонарик, который стоил в спорт магазине три-двадцать и две пачки печенья — все, какие Ба, положила мне на дорогу с собой и вручил их мальчишке.
Он счастливый, рванул к своему отсеку с отцом и молодой матерью.
По лицу было трудно определить ее возраст, но мне казалось, что ей вряд ли больше восемнадцати лет. Я обратил внимание на ее яркие цветастые юбки и босые ноги. Я вспомнил, что где бы я не встречал цыган, их женщины очень часто ходили с босыми ступнями.
Цыганенок подбежал к своей матери и бухнул ей все добро на колени и вновь указал на меня пальцем. Она внимательно посмотрела в мою сторону избегая встречного взгляда, затем кивнула, что-то сказала ребенку и отвернулась.
Из-за перегородки вылезла косматая голова главы цыганского семейства. Он хотел увидеть о ком говорят мать и сын.
Я слегка кивнул ему, он ответил тем же и его бородатое лицо снова скрылось.
Поезд уже давно набрал ход и летел по путям, миновав окраины города. Я смотрел в окно. Сначала за ним мелькали столбы и степная трава, потом появились горы. Иногда поезд проезжал мимо деревень и полустанков с небольшими домиками и одинокими фонарями.
По вагону шла проводница и проверяла билеты, присаживаясь в каждом отсеке. Она смущала пассажиров своими габаритами, но сама нисколько не комплексовала по поводу своего избыточного веса.
— Бельё брать будете? — обратилась она к нашему отсеку, раскладывая коричневые прямоугольники в специальный футляр -органайзер для билетов. Все закивали в ответ.
— Белье, комплект — рубль. Возьми деньги, сходи в купе проводников, там моя напарница, — обратилась бабища ко мне, — возьмешь белье.
— А пошли вместе, предложила одна из моих попутчиц.
— А можно чайку, дочка?
— Кипяток бесплатно. Чай будет через час, — объявила нам проводница.
— Ой а у меня заварник есть и чай мы с собой взяли, ответила вторая, — давайте я тоже с вами схожу.