Вперёд в СССР! (СИ)
— Почему у них маски разного цвета? — вставил я.
— Зависит от офицерского чина, — ответила майор. — Красная у тысячника, жёлтая у сотника, белая у десятника. У солдат маски чёрные.
— Довольно уродливые рожи, кстати, — сказал я. — В смысле — маски. Напоминают самурайские.
— Не без этого, — согласилась Соколова. — Такова традиция орков, мы не стали в неё влезать. Просто теперь маски делаются из прочного материала, выдерживающего прямое попадание пули. Вернёмся к общим сведениям, — слайд сменился другим, содержащим схемы и графики. Девушка вооружилась лазерной указкой, и по экрану запрыгала красная точка. — Развивается скотоводство и сельское хозяйство, аграрные технологии, добыча ископаемых, тяжёлая и лёгкая промышленности. Можешь сам увидеть, что всё это в зачаточном состоянии, но темпы хорошие. Даже удалось приспособить часть земель под сельскохозяйственные угодья с помощью искусственного орошения, но это процессы долгие, сложные и дорогие. Так что гратхи сильно зависят от наших поставок продовольствия. И это хорошо, как ты понимаешь. Тут торопиться как раз некуда.
— А что насчёт энергетики? — спросил я.
— Силу атома мы оркам не раскрываем, — ответила Соколова. — Не доросли. Строятся плотины, железные дороги, даже авиация присутствует.
— А одарённые? — спросил я. — Как с ними дела обстоят?
— Имеются, — кивнула Соколова. — Они называются шаманами. Очень уважаемые в среде орков товарищи. Авторитеты. Вот как раз с ними и приходится договариваться в первую очередь. И это не всегда легко. Одарённые не сильно рады тому, что приходится делиться влиянием, которым они пользовались до прихода советского человека и изменения политического и социального строя, — майор вдруг выключила проектор и положила пульт на стол. — Обзорной лекции, пожалуй, хватит на сегодня. Давай познакомимся с нашим сотрудником, который будет готовить тебя к общению с тамошними жителями.
С этими словами Соколова подошла к двери, открыла её и отступила, впуская в аудиторию… высокого и поджарого гратха!
Вернее — что я понял уже через пару секунд — чернокожую женщину с красными волосами, одетую в форму сотрудника КГБ! И она, безо всякого сомнения, принадлежала к расе орков.
Глава 23
Я постарался скрыть удивление. Правда, не уверен, что получилось.
— Знакомьтесь, — сказала Соколова. — Товарищ Кадахмира Д’Азхра, товарищ Владлен Громов.
Женщина-гратх была выше меня на голову. Не знаю, считалась ли она высокой в своём мире, но мне пришлось задрать подбородок, когда она подошла и протянула огромную ладонь.
Мою, однако, сжала совсем легонько. Видимо, опасалась, что причинит боль. И вполне могла бы, я думаю.
— Товарищ Д’Азхра будет инструктировать тебя, как вести себя в её мире, — сказала Соколова. — Раскроет нюансы, чтобы ты быстрее вливался в общество гратхов и не облажался.
— Наши культуры не так уж сильно отличаются, — проговорила женщина-орк с лёгким акцентом. Судя по нему, она уже давно жила в СССР. — Уверена, ты быстро всё усвоишь, товарищ Громов.
— Очень на это надеюсь, — улыбнулся я.
Кадахмира в ответ не улыбнулась. Даже слегка приподняла брови, словно моя реакция её удивила.
— Оставлю вас, — сказала Соколова и вышла, плотно притворив за собой дверь.
Орочиха села и кивком предложила сделать то же самое мне. Я развернул стул так, чтобы быть к ней лицом.
— Тебя, наверное, удивляет, что я работаю на ваше КГБ, — проговорила Кадахмира.
— Да не особо, — слукавил я. — Вы одарённая?
— Нет. И мы не обращаемся к одному человеку «вы». Когда отправишься в мой мир, не делай так. Это странно. Я и тут-то до сих пор не привыкла, когда говорить «вы», а когда «ты». Слишком много нюансов. Так что решила даже не пытаться. К счастью, меня извиняет то, что я не отсюда.
— Хорошо, товарищ Д’Азхра. Постараюсь запомнить.
Орочиха кивнула.
— Для начала пройдёмся по общим местам, так сказать, — говор у неё был немного гортанный и раскатистый. Голос гораздо ниже, чем у человеческих женщин. К этому мне ещё предстояло привыкнуть. — Особой системы нет, но я тут набросала, что в голову пришло. В основном, касательно различий социального общения, — с этими словами моя собеседница открыла небольшой блокнот. — Ну, вот, например, что касается цветов. У нас они появились недавно. Большая их часть. Все эти розы, тюльпаны и так далее завезли от вас. Дарить их не очень принято, но иногда случается. Перенимаем традиции потихоньку. Главное — никаких жёлтых. И вообще, ничего жёлтого лучше не дарить. У нас это цвет траура. Кто-нибудь может решить, что ты желаешь ему смерти.
Я кивнул.
— Принято.
— Может, запишешь? — взглянула на меня Кадахмира.
— Запомню. У меня хорошая память.
— Ну, как знаешь. Так, что там дальше… А, вот насчёт зубов. Видишь, какие острые? — моя собеседница раздвинула толстые губы, чтобы продемонстрировать два ряда треугольных резцов. — Некоторые люди думают, что мы с такими и рождаемся, но на самом деле, их спиливают по достижении совершеннолетия. Мы верим, что после смерти придётся побороться за место в лучшем мире со злыми духами, так что не удивляйся, когда увидишь такое.
— У вас есть религия? — спросил я.
— Понимаю твой вопрос, — кивнула орочиха. — Мы, конечно, стараемся от неё избавляться. Вы нам разъяснили, что это лишь способ правящих классов управлять низшими, но не все традиции уходят сразу. Мы в процессе, так сказать. Некоторые уже зубы не спиливают, но это зависит от семьи. Моя вот не такая прогрессивная была. Едем дальше. Если тебя куда-нибудь пригласят — а тебя точно пригласят, если я правильно поняла, для чего тебя готовят — то непременно нужно опоздать. Хотя бы немного. Это хороший тон. Приходить вовремя невежливо, а заранее вообще неприемлемо.
— Даже на важные мероприятия? — уточнил я на всякий случай.
— Особенно на них. Опоздание равно эффектное появление. Надо знать себе цену. Конечно, время зависит от твоего статуса. Тебе рекомендую придерживаться стандартных пяти минут.
В таком духе мы общались в течение почти часа, а затем пришла Соколова и объявила, что мне пора возвращаться в академию.
— Но занятия с товарищем Д’Азхрой у вас теперь будут регулярными, — предупредила она. — Так что придётся тебе ездить сюда довольно часто. Имей это в виду.
— Может, мне тогда стоит обзавестись собственной машиной? — закинул я удочку. — Чтобы вам не приходилось каждый раз за мной приезжать.
— Это входит в мои обязанности, — ответила куратор. — К тому же, кто тебе будет порталы открывать?
— Согласен и на аэромобиль.
Соколова усмехнулась.
— Губа не дура. Ладно, я подумаю. Если что-то решу, поговорю с начальством. Но ничего не обещаю. Всё, поехали.
* * *Обучение у Потаповой и прочие увлекательные события привели к тому, что я на некоторое время забыл о растущем питомце. Накачав зародыш энергией, причём разноплановой, улёгся спать и проснулся от сигнала будильника. Несколько минут лежал, пытаясь сообразить, где я и что здесь делаю. Ночью в голове творился какой-то сумбур. Снилась уехавшая в Америку дочь, затем — драка с эмиссаром, в результате которой я очутился здесь. А ещё мерещилось, что кто-то за мной следит. Не в этом мире, а… на грани.
Можно сказать, на стыке двух реальностей.
Обозвав себя параноиком, сбросил одеяло, решительно встал и вышел на балкон, чтобы подышать свежим воздухом и настроиться на новый день.
Не сразу понял, что рядом кто-то есть.
А когда понял, осторожно повернул голову.
Чупакабра сидел на перилах, свесив вниз лапки. Нормальные хомяки так себя не ведут. И глаза у них красным не светятся. Да и размером домашние грызуны поскромнее будут.
— Ты что творишь⁈ — возмутился я. — Могут заметить!
— Да и похрен, — голос у хомяка был утробный, словно я разговаривал с монстром из компьютерной игры. — Разве ты не рад меня видеть?