Вперёд в СССР! (СИ)
— Золотая медаль, — догадалась Алайская.
Ботаничка кивнула.
На груди у Киры красовался жёлтый значок ментора.
— А что за Дар? — поинтересовалась Грекова.
После незначительной паузы Кира ответила:
— Неспящая.
Вот тут все притихли. Не то чтобы Дар был самым крутым, но ведь именно таким навыком, как я слышал, обладает генеральный секретарь ЦК КПСС. Неспящие никогда не погружаются в сон, не нуждаются в отдыхе, мыслят и обучаются круглосуточно. Поэтому эти ребята умнее обычных людей. Ну, или у них больше знаний. Это великолепные стратеги и аналитики, они нередко занимают руководящие посты. Действующий чемпион мира по шахматам — тоже неспящий. И тоже родом из СССР.
Все понимали, куда метит Кира.
С таким образованием — это ещё один кандидат в партийную элиту. Не сейчас и даже не завтра. Но в будущем. А ещё от Алайской полыхнуло ревностью. Пополам с завистью. Впрочем, могло и показаться.
Да, интересная группа подобралась.
— А правда, что неспящие могут перегрузить мозг при интенсивном обучении и слететь с катушек? — гаденько улыбнулся Вишняков.
— Городская легенда, — фыркнула Кира. — Нет ни одного научного доказательства этой теории. А вот процент успешных людей среди неспящих довольно высок. Девяносто четыре целых семь десятых.
Алайская взяла себя в руки и неожиданно поддержала Киру:
— Подтверждаю. Я знаю нескольких неспящих из высших эшелонов власти.
— Кто б сомневался! — фыркнула Грекова.
— Предлагаю закончить этот спор, — Пак сам подошёл к неспящей и отдал коробку с планшетом. — Я должен вас ознакомить с ходом обучения. И, поверьте, это в ваших интересах, товарищи курсанты.
Народ притих.
Кира уселась в кресло. От этой девушки исходила спокойная уверенность. А ещё — понимание того, что каждый шаг просчитан на годы вперёд.
— Псионический факультет, — вновь заговорил Борис Антонович, — преследует две цели. Первая — развить ваши способности по максимуму, провести через спектр до высших рангов. Вторая цель — подготовить агентов, способных успешно противодействовать империалистам и капиталистам всех мастей. Не важно, в какой вселенной. Понимаете, о чём я?
Вопрос был риторическим.
Нас готовили к внедрению в альтернативные социумы, тут и к гадалке не ходи.
— Мы набираем талантливых менторов постоянно, — Борис Антонович пробежался пальцами по настольной клавиатуре, меняя окна на голографическом экране. — И страна не может ждать, пока пройдут летние каникулы. Да и путь у каждого из вас индивидуален. Распакуйте планшеты.
Аудитория наполнилась шуршанием.
Курсанты начали вскрывать коробки.
Я присоединился к этому увлекательному занятию и достал гаджет, которым пользовался и в своём мире. Разница в том, что это устройство было тоньше и тяжелее. Рамка вообще отсутствовала, а на обратной стороне корпуса обнаружился логотип завода «Рубин».
— Включите, — потребовал маршрутизатор.
— И как нам это сделать? — уточнил Булкин. Мой новый приятель успел прощупать весь корпус, приложить палец к центру, похлопать в ладони, но ни один из этих способов не принёс результата. — Тут даже кнопок нет.
— Потому что эти устройства имеют псионическую основу, — наставительно произнёс Пак. — Они улавливают преобразованное вашей ментальной сетью остаточное излучение. Прямая идентификация.
— Что это значит? — не поняла Грекова.
— Подержите планшет в руках десять секунд, — ответил Пак. — Он активируется сам.
Когда устройство заработало, на сенсорном дисплее высветилась знакомая эмблема со щитом и мечом. Я прикоснулся к щиту, и эмблему сменил шестиугольник, разбитый на ячейки с функциональными зонами. Такой вот аналог привычного интерфейса.
— Здесь вы будете вести переписку с куратором, получать задания и оценки, анализировать свои успехи, изучать теоретические дисциплины.
— Разве у нас не будет лекций? — удивилась Полина Мясникова.
— Никаких лекций, — отрезал маршрутизатор. — Изучение теоретических основ лежит на вашей совести. Промежуточные зачёты проводиться будут, но основной упор в академии делается на практику.
— И как же нам всё это учить, если планшеты нельзя забирать с собой? — задал логичный вопрос Хмуров.
— Никто и не говорил, что вы будете жить дома, — улыбнулся Пак. — На время учёбы вы перебираетесь сюда, в студенческий городок академии. Навещать родных можно, для этого отводятся выходные.
— Как интересно! — воскликнула Клара Лисник. — Удивительный опыт, товарищи. А совмещать обучение с основной работой мы сможем?
— Зависит от ваших договорённостей с куратором, — последовал холодный ответ.
— Вы всё время говорите о кураторах, — заметила Алайская. — Кто они?
— Специалисты вашего профиля, — уклончиво ответил Пак. — С аналогичным Даром. График, как я уже говорил, у вас индивидуальный, но помните: чем больше времени вы проведёте на наших полигонах, тем быстрее продвинетесь вверх по спектру. И тем быстрее начнёте продвигаться по службе, приносить пользу Родине.
Сказав это, маршрутизатор взглянул на часы.
— Вводное занятие завершено, товарищи. У вас есть немного времени на отдых, потом придут первые задания на планшеты.
— А съездить за вещами домой можно? — уточнила Алайская.
— Вечером, — Пак сделал какие-то пометки с клавиатуры и свернул голограмму. — Если, конечно, до него доживёте.
Глава 12
Кореец встал и, не попрощавшись, вышел из аудитории. На неопределённое время мы остались предоставлены самим себе.
— Ну, и как вам наш маршрутизатор? — обведя остальных студентов взглядом, спросила Алайская. — Душнила, похоже.
— У него работа такая, — холодно отозвалась Грекова, поправляя волосы. — Что ты хотела? Чтобы он с нами шутки-прибаутки шутил?
Блондинка скривилась.
— Нет, конечно! Но немного душевности не помешало бы.
— Скорее всего, нас будут постепенно отсеивать, — сказала Шувалова. — По результатам испытаний. Так что не вижу причин, чтобы товарищ Пак сентиментальничал.
— Мне лично наплевать, какой он там человек, — пробасил Хмуров, нервно почёсывая квадратный подбородок. — Но что это он ляпнул про «если доживёте», а? — и амбал обвёл всех напряжённым взглядом. — Какие ж испытания нам придётся проходить — вот, что меня интересует! Я лично сюда не для того, чтобы помирать, припёрся!
— Ну, это он преувеличил, наверное, — робко заметила Лисник. — Вряд ли они прямо смертельные. Так ведь? — она почему-то адресовала свой вопрос Шуваловой.
Неспящая пожала плечами.
— Понятия не имею. Я не ясновидящая, знаешь ли.
— А, ну да, конечно. Извини, — неуверенно улыбнулась Клара. — Просто подумала, вдруг у тебя есть на этот счёт какие-то мысли. В общем, прости.
— С чего у неё должны быть озарения? — вскинулась Алайская, сверля неспящую ревнивым взглядом. — Думаешь, она умнее нас всех?
Вопрос окончательно смутил Клару, и она растерянно захлопала ресницами.
— Да какая разница, что там за испытания? — подал голос Мясников, похрустывая костяшками. — Пройдём! Подумаешь.
— Конечно, пройдём! — оптимистично улыбнулась Клара. — И я лично уверена, что нам ничего не грозит. Надо надеяться на лучшее.
— Надейся-надейся! — буркнул Хмуров. — Так и помрёшь с дурацкой улыбкой на физиономии! А я вот сомневаюсь, что Пак пошутил. Не похож он на комика.
— Я не сказала, что он пошутил, — отозвалась Лисник. — Просто преувеличил. Чтобы настроить нас на серьёзный лад.
Грекова поднялась со своего места, потянулась, выставив грудь. Зевнула.
— Ладно, можно сколько угодно трепаться и строить предположения, но сидеть тут смысла точно нет. Так что вы, как хотите, а я собираюсь отдохнуть. Думаю, силы нам скоро понадобятся.
Она направилась к выходу, покачивая бёдрами.
— Кстати, согласен, — кивнул Вишняков, вскакивая со стула. — Нечего тут жопы отсиживать. Надо прогуляться.
И он пустился догонять брюнетку.