Приключение Мрирта в Подземье (СИ)

– А что с нами? – спросила Мантир, беспокоясь, что их опять «не заметят».
– Хорошо проявите себя в захвате крепости Одноглазого Тхакла, останетесь в ней на тех же правах, что и Хармар. Получишь звание лейтенанта. Ваша банда превратится в один из отрядов, участвующий в рейдах на общих основаниях.
Таким образом, Татрит одновременно заставила подростков понервничать, указала на их место, проявила милость, пообещала сделать должником и создала противовес для дальнейших взаимоотношений с разбойниками. А заодно предусмотрела способ, которым при необходимости будет прореживать их ряды и контролировать доход. Рейды ведь бывают разные. Отказ от участия в них, означает мятеж.
– Не боишься подавиться, с таким-то аппетитом? – то ли похвалила, то ли предупредила её Датри.
– Подождём, увидим, – Татрит показала хищный оскал.
Поскольку я остался без купленных у дворфа товаров, некогда было искать, куда их положили разбежавшиеся слуги Дангала, соблазнительное предложение ограбить Тхакла пересилило моё нежелание участвовать в чужих авантюрах. Кроме того, лучше этих беспокойных дроу собрать в каком-то одном месте, под чьим-нибудь строгим присмотром и ответственностью, нежели позволить им разойтись по пещерам и творить там, не пойми что. Это в моих же интересах. А то или тёмный культ организуют, или очередных демонов призовут, или войну с дуэгарами начнут прямо у меня на пороге.
Кроме того, чем быстрее отсюда уберутся эти разбойники, тем быстрее смогу вернуться и забрать свои вещи. И не только свои. Яды на меня не действуют. По этой причине я не слишком переживал о потере приобретённых товаров. Дворф, спасший самое ценное, мешочек с деньгами, уже скрылся в неизвестном направлении, благоразумно не став дожидаться просьб “поделиться”. Когда и где он появится в следующий раз, неизвестно.
Когда перед спасшимися из крепости Кровожада дроу появилась чёткая цель, они тут же воодушевились, выразили готовность следовать приказам своих командиров. Никто не стал на виду у всех искать виноватых в случившемся, выдвигать обвинения, что-то требовать или громко выражать несогласие с чем-либо. Если бы среди нас кто-то хотел умереть, он бы остался в крепости. Оплакивать погибших у дроу тоже было не принято. Это не значит, что о моём подвиге забыли, совсем нет, его очень даже запомнили.
Первые часы нашего путешествия по относительно безопасным пещерам прошло без происшествий. Эта область уже была вычищена от монстров и хорошо известна местным разбойникам. Единственной проблемой стало полное отсутствие съестных припасов. Хотя мы достаточно выносливы и неприхотливы, можем долгое время обходиться без еды и воды, но у всего есть предел. На случай если в крепости Одноглаза кладовые окажутся недостаточно полными, вряд ли он рассчитывал на такое количество едоков, о запасах продовольствия требовалось позаботиться заранее. Да и мало ли что может случиться, вдруг штурм придётся отменить, поэтому на одном из перекрёстков мы свернули к пещерам миконидов, расе разумных, прямоходящих грибов.
Наш путь освещали светящиеся сферы, созданные заклинанием светлячка. Поскольку ману приходилось экономить, их яркость была невелика. Кроме того, не так много разбойников владели этим заклинанием, из-за чего часть растянувшегося длинной змейкой отряда шла в темноте, полагаясь на ночное зрение и слух. Не испытывая из-за этого неудобств, так как темнота для нас не являлась неизведанной или враждебной средой. Она наша родная стихия. Наша помощница и учитель.
Большинство дроу шли молча, погружённые в свои мысли, не нарушая привычного покоя пещер. Всё нужное было сказано ещё у крепости. Особых поводов для разговоров не имелось. Новых событий не происходило. Мои сородичи, разбившись на группы, стараясь держаться поближе к товарищам, без напоминаний соблюдали своё место в походном строю. Не разбегались, не поднимали шума, не отвлекали занятых делом, не жаловались на тяготы пути. Даже дети вели себя неотличимо от серьёзных в походе взрослых. Если разговоры и велись, то короткие, чаще всего по делу и на пониженных тонах.
  
Наверное, со стороны это зрелищем выглядело довольно пугающим, когда во тьме, словно неясные, зловещие тени, бесшумно двигались вооружённые дроу, в одинаковой одежде, с одинаковыми выражениями лиц, сливающиеся с окружающей средой благодаря своему обсидиановому цвету кожи. Они явно не являлись тем, с чем хотелось бы внезапно столкнуться в подземельях.
Во время этого похода Датри всё время держалась рядом со мной, наблюдая за бойцами Татрит. Точно так же, как и Мантир наблюдала за ней, не упуская ни одной возможности наладить отношения с багровой ведьмой. Благодаря её расспросам, я за несколько часов узнал о мастере меча больше, чем за три последних цикла. На вопрос, какие между нами отношения, своевольная мечница заявила, что мы члены одной команды. Когда это успели собрать команду и почему я в этом не участвовал?
– Какую роль в вашей команде выполняет Убийца драконов? – уважительным тоном поинтересовалась девушка, по биологическому возрасту, а не внешности, немногим младше меня.
Датри замешкалась с ответом, не зная, что выбрать: охотника, разведчика, убийцу или штурмовика.
– Роль чудовища, – обрадованно объявила багровая ведьма, найдя изящное решение этого затруднения.
– И… что делает это чудовище? – удивилась Мантир, вновь поставив Датри перед сложным выбором.
– Убивает тех, кто задаёт глупые вопросы. Прямо, как у тебя. Больше не доставай меня, наглая девчонка. Возвращайся к своим подопечным. Мне не нужна ваша охрана. Если сёстры об этом узнают, засмеют.
– Но, госпожа Татрит, может…
– Не может, – недовольно перебила, сразу же уточнив. – Не сейчас. Мы выяснили то, что хотели и пока этот вопрос закрыт. Мы друг другу всё ещё нужны. На столь открытое и пренебрежительное убийство в спину равного себе ни один аристократ Тхалдрилрана никогда не пойдёт, иначе закончит тем же. Наши законы суровы, но справедливы. Не хочешь подвергнуться наказанию, не попадайся.
– Но законы города распространяются только на его границы, – напомнила Мантир.
– И что, это как-то должно помешать мне казнить преступника за его пределами? – тихо рассмеялась мастер меча.
В очередной раз прогнав Мантир, она мне пожаловалась.
– Вот же привязалась. Не собираюсь я нянчиться с её детишками.
Искоса посмотрев на Датри, промолчал, соглашаясь с каждым словом.
Через некоторое время мы дошли до поджидающих нас разбойников в маскировочных плащах, отправленных исследовать пещеры миконидов. Немного непривычно было полагаться в этом отношении на других. Когда я добровольно вызвался пойти в разведку, да ещё в одиночку, Датри настояла, чтобы этим занялись бойцы лейтенанта Хармара, а мы просто шли в первых рядах колонны и ничего не делали, подражая Татрит.
– Сколько их? – подойдя ближе, услышали голос аристократки, уже расспрашивающей разведчиков.
– Две грибницы. В одной два девятка миконидов, в другой двадцать три. Короля грибов мы не заметили. Во главе каждой грибницы, по старейшине.
В другой ситуации четыре с лишним десятка этих грибов заставили бы разбойников избегать с ними встречи, чтобы не стать удобрением для питательной плесени, но нас слишком много. Скорее мы съедим их, чем они съедят нас. Хотя я уже долго не пользовался трансформацией, но никто не знает, что нас ждёт через час, смену или цикл, поэтому не стоит отказываться от топлива для преобразований.
– Я приму участие в нападении на один из грибных кругов, – тут же объявил. – За это возьму половину туловища старейшины.
В старейшине самая высокая концентрация ценных веществ. Это же практически ходячая таблица редких элементов, которая, если её рассердить, с удовольствием сделает тебя своей частью.
– У нас нет специальной настойки, антидотов, масок, – перечислил лейтенант Хармар, предупреждая, что сбор грибов будет опасным занятием. – Стрелы их не возьмут. Можно спалить миконидов боевой магией, но зачем нам то, что от них останется? Если ещё что-то останется. Лучший способ заготовки этих грибов, порубить их на куски. Только сложность в том, что они наиболее опасны как раз в ближнем бою.