Аберфорт (СИ)

Койот не стал уворачиваться. Его кожа покрылась странным, почти чешуйчатым наростом, и пламя лишь на мгновение облизнуло его, оставив ожоги, но не остановив, а лишь слегка замедлив.
— Чёрт… — Я стиснул зубы.
Зверь рванул ко мне. Его когти уже сверкали в воздухе, готовые разорвать меня на части. Я сосредоточился, направив всю прану в ноги, и в последний момент сделал кувырок вбок, избежав атаки. Удар разрезал воздух позади меня, оставив глубокую борозду на камне.
  
Теперь моя очередь.
Я выпрямился и направил палочку в зверя:
— Редукто!
Заклинание ударило точно в грудь, заставив его отшатнуться и только разозлив сильнее.
Он просто изматывал меня, играя в игру на выносливость. Если так пойдет и дальше, я буду тратить слишком много энергии на подавление яда, который мешал мне в бою. Если говорить кратко: если не закончить бой быстро, то, скорее всего, я окажусь в числе проигравших.
Язык прилип к нёбу, в горле стоял вкус крови и железа. Каждый вдох обжигал рёбра. Но хуже всего был взгляд этого твари — не злобы, нет. Почти что… презрения. Как будто он знал, что я уже проиграл, просто ещё не лёг в лужу собственных кишок. Может, так оно и было. Но если мне и суждено сдохнуть здесь, то хотя бы не на коленях и не одному, а вместе.
Мне нужно было не просто ударить, а сделать так, чтобы он больше не встал.
— Хочешь сразиться? — спросил я, облизывая окровавленные губы. — Тогда давай, нападай! Зачем ты сомневаешься? Нападай! — Я раздвинул руки, обнажая грудь. — Вот он я!
Он на мгновение застыл, словно окинув меня оценивающим взглядом, но в конце концов сорвался и рванул обезумев.
Тонкое, но острое лезвие быстро появилось у меня в руке. Я не хотел использовать это заклинание до последнего, да и вообще вся моя магия теней должна оставаться моей тайной, но мне пришлось. Я сделал ставку на то, что её использование просто не заметят; надеюсь, я не прогадал.
Его огромное тело навалилось на меня, а мой клинок легко прошил его шкуру. Клинок из эфира был только наполовину материален, но от того не менее остр и смертелен. Магия тьмы за мгновение проникла в его тело, начав с сердца, мгновенно выжигая всю жизнь из животного.
Койот завыл в предсмертной агонии, но в тот же момент открыл свою пасть, и из горла вырвался сгусток зеленого яда, направленного прямо в меня.
Я упал на спину, оттолкнув из последних сил его тело, быстро направил щит вверх:
— Протего!
Яд столкнулся с барьером, зашипел и начал разъедать его, будто кислота. Щит дрогнул, но выдержал.
Тело зверя рухнуло на залитый кровью камень, слабо подергиваясь. Он был мертв.
Я упал на колени, тяжело дыша. Толпа взорвалась оглушительными криками.
Жив. Я жив.
Крики сливались в рёв, будто стая гиен принюхивалась к свежей падали. Моей? Пока нет. Но их глаза уже делили моё тело на сувениры:
— Держите карманы шире, ублюдки, — огрызнулся я. Трясущимися руками, я вытер грязные руки. Прекрасно. Теперь все видят, что я еле на ногах стою. Но если кто-то и решит воспользоваться моментом — я все еще жажду глотка теплой крови.
Где-то в первых рядах дама в шелках ахнула и уронила веер, обрызганный, скорее всего, моей кровью. “Божечки, какой ужас!”, — вероятно, подумала она, тут же сунув руку мужуку за пояс, чтобы достать кошельк и поставить на мой следующий бой.
Глядя на эти орущие рожи, слюнявые от восторга и перемазанные в телесных соках, я вдруг понял: настоящие звери — не те, что рвут глотки на арене, а те, кто аплодирует этому, жуя канапе. И если ад существует — то он пахнет духами, порохом и дерьмом, а его главные черти носят шёлковые платья и кончают от перевозбуждения, когда кто-то умирает у них на глазах.
Тьфу…
 Глава 46 
Прошло немало времени, чтобы я смог привыкнуть к такой жизни. Сколько именно прошло? Я не знаю… Время потеряло всякий смысл, как только я лишился доступа к солнцу и любым возможностям его отслеживать. Дни сливались в один, не разделяясь на отдельные отрезки, а время словно спокойным беспрерывным водопадом продолжало течь вниз с холма.
После первого боя я свалился, словно лошадь после капли никотина. Меня бросало и в жар, и в холод, у меня был бред, мышцы скручивало и раскручивало, кости болели. Так я провалялся достаточно долго, пока наконец не очнулся от бреда и болей, что не давали даже просто думать, не то что активно шевелиться.
Магия и прана одержали победу в неравном бою против яда. Все мои заклинания по магии исцеления оказались полностью бесполезными и неспособными побороть яд, что очень стремительно пытался меня умертвить. Я выжил, а значит жизнь продолжается.
— Хсссс…. — Я услышал знакомое шипение одной занимательной змейки. Первый раз она появилась сразу после моего пробуждения при возвращении контроля над своим телом.
Оказывается, эта девчонка воровала мою еду, что немного меня смутило, но не сильно расстроило. Сначала я хотел просто прихлопнуть надоедливое животное, ведь не сразу понял, что передо мной человек.
— Привет, снова за едой? — Спросил я, позволив себе редкое для этого места выражение лица - улыбку.
— Хссс. — Снова зашипела она.
— Может хватит дурачиться и просто превратишься в человека? — Спросил я, слабо поглаживая переносицу носа, ведь разговаривать со змеями я пока не умел, а такого рода дискуссии не прельщали меня от слова совсем.
Спустя мгновение, на моих глазах змея начала превращаться в человека. Возможно моего возраста, а может немного старше. Уже спустя несколько томительных секунд трансформации, передо мной предстала симпатичная молодая девчушка азиатской внешности. У нее были густые черные волосы, впалые щеки от продолжительного голодания и умоляющие глаза.
— Сегодня опять не кормили? — Спросил я.
От нее я и узнал, что большинство бойцов питаются разве что силой космоса, а я здесь вообще на волшебных условиях. Мне было несложно отделить часть своего питания для этой девушки. Меня кормили словно на убой: большие порции хоть и не самой вкусной, но вполне съедобной еды, ежедневно доставлялись ко мне несколько раз в день.
Когда я отдал половину всей еды ей, она вдруг не стала принимать ее и вместо этого отдала все мне. Тогда и состоялся довольно занимательный разговор.
[Момент разговора]
— Держи, мне несложно с тобой поделиться. — Сказал я ей, разрывая булку напополам.
— Нет. — Робко тихим, еле слышным голосом отозвалась она. — Ты. Ешь. Тебе нужна сила, чтобы и дальше получать еду.
Решив не возражать, я быстро закончил треть всего, что было подготовлено для меня. Все это время она смотрела на меня голодными глазами, но от своих слов не отказалась.
Когда я съел треть, я быстро сделал вид, что больше в меня не влезет. Похлопав себя по животу, я спросил:
— Ух… Наелся. Я наверное все не съем, может поможешь мне?
Она поколебалась, но совсем недолго, прежде чем активно кивнуть головой и кинуться на оставшуюся еду, словно зверь на заветную жертву.
Ей понадобилось всего несколько секунд, чтобы доесть всю оставшеюся еду. Уже когда она проглотила все, я хотел поговорить и выяснить подробности, но у моей новой подруги были другие планы.
Закончив есть, она снова обратилась змеей и уползла в известном только ей направлении. А я так и остался сидеть в своей клетке. Откровенно говоря, я почувствовал себя обманутым и преданным. Разве сложно было даровать мне пару минут времени после того, как съела половину моего обеда?
С того момента она была моей частой гостьей, что навещала меня ради еды после многих боев. Да, бой был не один - их уже случилось больше двух десятков. Многие были проще пареной репы, но даже там секундное промедление и колебание ставило меня в смертельные ситуации. Яд, иллюзии, больные создания магов, а также удары в спину от поверженных, но недобитых противников. Все сладости человеческого порока, развратности, садизма и извращения были ежедневной “усладой” для моих глаз и ушей. Истощенные женщины, которых выводили на бой со мной, всячески пытались совращать, вызвать влечение, чтобы в одно мгновение перерезать мне глотку. Конечно, такие формы, особенно обтянутых скелетов, не вызывали у меня ничего, кроме отвращения.