Аберфорт (СИ)

Я прервал её монолог поцелуем в щёку, — Я понял, мам. — Я обнял её за талию. — Спасибо… Спасибо, что сказала мне это…
— Знай, Аберфорт, я ценю тебя и ценю то, что пытаешься быть опорой, которой так сильно не хватает мне и твоей сестре. — На этом моменте захотелось прослезиться, но, взяв себя в кулак, я сдержался.
  
Я кивнул и, быстро развернувшись, вызвал «Ночного рыцаря», махнув матери рукой и улыбнувшись ей, прежде чем магический автобус унёс меня с порога дома на скорости около пяти махов.
Я был около паба «Дырявый котёл» уже через пару минут, что было просто умопомрачительно быстро. К сожалению, того же самого о комфорте я сказать не могу, ведь внутри я чувствовал себя так, словно меня хорошо так перегрузили.
Я просто зашёл в паб, а там уже попросил случайного волшебника помочь с проходом, что он без высказывания недовольства очень быстро сделал. Пара тычков палочкой, и вуаля — проход открыт.
Косой переулок предстал передо мной, как обычно, немного косым. Хех, сейчас было бы прикольно посмотреть на то, как англичане бы понимали наш великий. Вот, например: «На косе косой, косой косой, косой косой косил покос».
Ладно, пора бы уже обзавестись знаменитым инструментом, который так хотел себе каждый ребёнок, сначала при прочтении книг, а затем и за просмотром фильмов.
Поход до Олливандера был… относительно быстрым. Ничего не изменилось в этом месте за несколько лет, что меня здесь не было. Мда, для человека современного такое просто странно, особенно в местах, где живёт много людей. Особенно в районах, где идёт активная торговля всем на свете. И хоть в самом переулке живёт очень маленький процент населения, но это главная, мать его, улица, где каждый волшебник островов хотел бы иметь свой магазин. Но, к сожалению или к счастью, сейчас я в консервативном обществе, что не мешает этому обществу пользоваться автобусом, который ездит быстрее, чем летают одни из самых быстрых самолётов XXI века.
Видимо, если брать в пример книги и фильмы, волшебники просто не успели разогнаться. Ведь они всегда были немного запоздавшими, а учитывая период холодной войны и после, новые технологии появлялись словно грибы после дождя. Это для обычного человека было терпимо, так как поколения менялись очень стремительно, особенно учитывая две самые масштабные войны в истории за период менее чем в 30 лет. А здесь волшебники у руля — старые маразматики под сотню и больше лет. И это я вам скажу, ещё не рассыпающиеся в прах деды, а относительно здоровые взрослые мужчины. А когда такие стариканы у руля, то и прогресс будет захудалый, ведь в отличие от своих собратьев магглов, у тех-то сила недюжинная, и поставить на колени взыгравшегося мальца — как пальцем об асфальт.
Хотя и непонятно, как они вообще могут составлять конкуренцию простому маггловскому обществу. Там-то индустриализация, век пара всё дала, а здесь — ручное производство всего и вся. И где им взять станки, которые будут руны магией чертить? Если честно, то и сам представить такого не представляю, как, но, может быть, такое и возможно.
Всё, хватит размышлений, пора бы уже быть выбранным куском дерева, который будет меня то ли холить и лелеять, то ли люто ненавидеть, то ли будет как сварливая жена — постоянно что-то требовать.
Вздохнув поглубже, я сделал шаг вперёд, преодолевая порог магазина, который в скором времени подберёт для меня подходящий инструмент для волшебства. В отличие от других детей, я уже доподлинно знал, что палочка, мягко говоря, не слишком универсальный инструмент. Да, магия малых масштабов и тонких чар выходит знатная, но масштабная и по-настоящему величественная магия делается с более достойными концентраторами, а здесь — просто веточка с волосочком.
Волшебники могут говорить всё что угодно о палочках или других концентраторах, но правда до нельзя банальна. Палочки позволяют производить тонкие манипуляции, словно шпагой. Ведь именно шпага ставит ловкость и точность своего мастера в главные черты для битвы. Кольцо-концентратор, с другой стороны, самое быстрое, что можно найти для сотворения чар. Конечно, чары не будут очень мощными и не будут производить тонких манипуляций. Посох, как сам по себе громоздкий и не слишком поворотливый, так и магия от посоха будет не сильно хорошо поддаваться тонким манипуляциям, но вот сила самой магии будет больше. А вообще, любую вещь можно сделать концентратором, главное — найти материалы, а остальное — за малым.
Как только я вошёл в магазин всем известного изготовителя палочек, мне в нос сразу ударило стариной. Не той, что воняет затхлостью, а более благородной. Да, именно благородной — запах у старинных жилищ, хозяева которых продолжают заботиться о своём пристанище.
— Здравствуйте, дорогой клиент! — с огоньком встретил меня мастер изготовления волшебных палочек. — Добро пожаловать в лавку Волшебных Палочек! А видимо, пришли присмотреть палочку для себя, молодой человек?
Он немного прищурился, а затем воскликнул, — Постойте! Кого я вижу! Вы тот маленький человек, что пришли с молодым Альбусом!
Я заторможено кивнул, подтверждая утверждение мастера.
— Позвольте… позвольте представиться: я Гербольд Октавиус Олливандер, один из лучших производителей волшебных палочек в мире! Но вы, наверное, и так это знаете. Да… помню, помню: эбеновая древесина, двенадцать дюймов, сердцевина — перо феникса. Именно эта палочка выбрала вашего родственника.
Я просто стоял на месте и снова кивнул, подтверждая утверждение собеседника, но после подумал, что пора и мне представиться, — Дамблдор, Аберфорт Дамблдор.
— Да-да-да, молодой человек, чего ж вы встали, словно софа в клетке?Проходите, смелее, проходите. Давайте уже приступим к этому знаменательному моменту подбора вам палочки! — Гербольд быстро перескочил через свой беспорядок и вновь взглянул на меня.
— Да-да, вижу, вы взволнованы. Это так замечательно — дарить новым волшебникам их друга, ведь за каждой палочкой стоит по-настоящему великое путешествие, достойное своего рассказа!
А вот это меня немного задело, — Это не так, — спокойно ответил я, но внутри поднималось раздражение. С чего я вообще влезаю в спор с этим человеком? Наверное, просто хотел выплеснуть немного негатива на окружающих. Слишком много в себе держать не способствует здоровой голове. Дошел до того, что хотел просто прикусить свой непослушный язык.
— О-о-о, молодой человек, не стоит так говорить и думать, ведь каждое путешествие волшебника имеет свои взлёты и падения, каждое путешествие достойно своего рассказа, — продолжал вещать чудик. Да, именно чудик. Человек увлечённый и никак иначе. Я ни в коем случае не отрицаю его мастерства в профессии изготовления волшебного инструмента. Но есть одно «но»: такие люди, что посвящают всю свою жизнь одному делу, полностью в него погружаясь, забывают, что такое реальная жизнь во всех её гранях проявления.
  
Они забывают, что не каждому суждено прожить свою жизнь и оставить после себя след. Да о чём вообще говорить, если только единицы смогут выйти в люди, а остальные просто проживут свою жизнь как серая масса. А многие и того хуже — просто загнутся под стремительным прогрессом, не оставив после себя и упоминания.