Няня против ведьмы (СИ)
— Эммм… А можно спросить… — не дождавшись ответа, я шёпотом спросила. — А где их родители?
— Это печальная история, которую в этом доме не любят вспоминать… — с грустью вздохнула Антония. — Брат мистера Роквелла погиб в авиакатастрофе со своей женой. Они были заядлыми путешественниками, и собирались покорить Эверест. Но попали в бурю, самолёт потерпел крушение, а их тела так и не нашли…
— Ужасно… Бедные дети… — вздыхаю я, хватаясь за сердце.
— Это случилось больше трёх лет назад. Хорошо, что у них есть дядя, который взял на себя все заботы. Но, при этом, без родительского присмотра они совсем отбились от рук. Просто с ними не будет… Учтите…
— У них такие красивые имена…
— О, имена, это отдельная история… — лицо Антонии приобретает мечтательное выражение, похоже, она и правда любит эту семью.
— Ух ты… Пожалуйста, расскажите… Я хочу узнать о них как можно больше…
— Их мать, Диана Роквелл, хотела иметь четверых детей… Они с мужем решили дать им имена с первыми буквами "L, O, V, E" (любовь). Но… — она сухо всхлипнула, и отвела глаза.
— "Е" — так и не родился…
— К сожалению… — вздохнула Антония, и вытерла слезинку в уголке глаза. — Надеюсь, вы найдёте с ними общий язык и задержитесь надолго… Они устали от постоянной смены нянь. Особенно Валери…
— Я думаю мы поладим… — оптимистично улыбнулась я.
— Не всё так просто, как может показаться на первый взгляд…
— Уверена, я справляюсь. И не в такие передряги попадала…
— Тогда успехов вам, с этой "передрягой", — подмигнула Антония.
ГЛАВА 4. ПЕРЕЕЗД
Не веря своему счастью, мчусь к себе на квартиру, даже время в пути пролетело незаметно, как и серые однотипные постройки Бруклина. Я так и не привыкла называть это унылое место домом. Мне всегда казалось, что я создана, как минимум, для таких домов, как у Роквелла. В идеале, я хотела бы жить в Сохо по соседству с Джрджем Клуни и Хейди Клум, но Верхний Ист-Сайд тоже сойдёт. С грустью вспоминаю огромный особняк Дэвисов в Монтоуке, и снова мысленно проклинаю Кэтрин.
Толкнув коленом хлипкую обшарпанную дверь квартиры, я прислушиваюсь. Тишина, похоже соседки уже нет дома, да и плевать, долгие прощания — лишние слёзы. Собираю свои немногочисленные пожитки, которые помещаются в десяток сумок и вызываю такси. Сердце радостно трепещет в предвкушении новых приключений. Наконец-то я верну себе сладкую жизнь… Манхеттен встречай!
Я не имела понятия каким образом, но была уверена, что у меня получится одолеть чёртово проклятие Кэтрин. Иначе, какой смысл вообще жить? Где-то в глубине души я понимала, что этот прилив оптимизма связан с моим симпатичным боссом, но признаваться до конца не хотелось. Ведь я была уверена, что Роквелл слишком мелкая рыба, но такая вкусная на вид. Ох, уж этот вынужденный целибат…
Загрузив вещи в багажник жёлтого такси, теперь я могла себе его позволить, я запрыгнула в машину.
— Трогай… — бодро приказала я, махнув рукой, чувствуя себя королевой, не меньше.
— Вы спортом занимаетесь, мэм? — с любопытством оглядывая меня, спросил таксист.
— Да, литр-болом, сынок… Поезжай скорее, опаздываю на тренировку…
Всё никак не могу привыкнуть, что мужики видят меня как бабку, которая гарцует по ступеням, гоняет на роликах, или лопает пузыри жвачки.
…
В дом меня впустила Антония, снова критично оглядев меня с ног до головы. Под её строгим взглядом у меня даже соски напряглись. Но мне было плевать, что она там думает, моя внешность и манера одеваться не её собачье дело.
Распаковка вещей заняла немало времени, часть пожитков пришлось так и оставить в пакетах, мне тупо не хватало места в комоде, а шкафа не было. На улице уже стемнело, я слышала как пришли дети, и молилась, чтобы они не нагрянули в мою конуру.
Управившись с благоустройством, я решила покурить напоследок. Никак не могла избавиться от этой пагубной, но такой живописной привычки. Драгоценная пачка пахла как ангельские подмышки, ноздри затрепетали от удовольствия. Выудив сигаретку из коробки, я накинула куртку, и по-тихому прошмыгнула на крыльцо. Что босс не видит, то его не обидит…
Подкурив, я сладко затянулась, дым обжог лёгкие терпкой горечью, в ушах приятно зашумело.
— Шшшшш… Ссссссс… — пела сигарета, а моя душа подпевала ей в унисон.
Я мечтательно прищурилась, глядя вдаль на огни большого города:
— Нью-Йорк… Лучше тебя, только ты…
— Согласен… — послышалось за спиной, это был Феррис.
Окурок выпал у меня из рук, и покатился по ступенькам, рассыпая искры.
— Вот… Блин… — выругалась я, нервно размахивая ладонью в попытках избавиться от дыма, висящего в воздухе. — Акм… Км… Аках… — я ещё и закашлялась от неожиданности. — Добрый вечер, босс… У меня эта, как её… Глаукома… Это лекарство…
Пылая от стыда и страха, я взглянула на него, и вздохнула с облегчением. Он устало улыбался, засунув руки в карманы брюк:
— Какое совпадение… У меня тоже. Но… Похоже, моё "лекарство" закончилось…
— Это… Фигово. Как же вы теперь… Будете смотреть на мир… Своими… Больными глазами… — я начала пороть полную чушь.
— Надеялся у вас найдется немного "лекарства" и для меня.
— Ой… Вы знаете, уже всё… Больше нет…. Простите… Это была последняя… — запричитала я, мне не было жалко, просто, а вдруг это такая проверка.
Босс глубоко вздохнул:
— Жаль… Можно я присяду?
— Какие вопросы, это ж ваш дом… — слегка хрюкнув, хихикнула я.
— И правда… — усмехнувшись, он сел рядом со мной на ступеньки.
— Пожалуйста, сделайте так, чтобы до ваших "лекарств" не добрались дети… — тихо сказал он.
— Эммм… Ладно, конечно…
— Вы необычная женщина. Я это сразу понял.
— В смысле? — удивилась я.
— Вы будто молодая девушка в зрелом теле…
— А вот это обидно было… — я поджала губы, и обхватила себя руками.
— Нет, что вы… Это комплимент.
— Не слишком удачный…
— В вас чувствуется энергия и жажда жизни, и честность…
— Это всё вы определили из ответов на три странных вопроса? — я иронично приподняла бровь.
— Два из них были для количества, — усмехнулся мужчина. — Если бы вы сказали, что любите детей, и что они чудесны, я бы не взял вас на эту должность… Кстати, ту книгу вы не читали…
— Хах… — неопределённо хмыкнула я.
— Думаете, что я псих? — он улыбнулся.
— Вроде того… — я пожала плечами.
— Мне важно, что человек понимает на что идёт, но имеет свои мотивы…
— Сказали бы сразу, что будет жилплощадь, я могла бы влепить им по паре затрещин… Ну для правдивости…
Мужчина рассмеялся:
— Иногда мне самому хочется это сделать… — он покачал головой.
— Антония рассказала про вашего брата и его жену, мне очень жаль…
— И мне… — Феррис вздохнул. — В один момент из лентяя и лоботряса мне пришлось превратиться в семьянина и наследника империи Роквеллов…
— Империи? — уточнила я, похоже, слишком уж заинтересованно.
— Ну это я для красоты сказал… Пришлось встать во главе правления компании брата. Я был так зол на него. Кто скажите на милость, с такой ответственностью, летит к чёрту на рога?
— Полный идиот… — вздохнула я.
— Вот и я так думаю… Не зря я вас нанял…
Мне не хотелось, чтобы этот разговор заканчивался, но на город опустилась вечерняя влажность с залива, и стало зябко. Я непроизвольно вздрогнула от налетевшего ветерка.
— Идёмте внутрь, — похоже, Феррис заметил, как я задрожала, какой чуткий мужчина. — Уже поздно. Вам рано вставать…
— Отстой…
— Согласен… Но я тоже встаю рано, так что страдать будете не в одиночку.
От одной мысли, что я буду спать под одной крышей с этим красавчиком кровь устремилась к клитору.
— Доброй ночи, миссис Уилсон, — устало сказал босс, поднимаясь по ступеням в свою комнату.
— И вам, Мистер Роквелл… — вздохнула я, наблюдая как красиво обтягивают задницу босса эти дорогущие брюки.