Дом на Уотч-Хилл (ЛП)

Я услышала, как за пределами гардеробной, где я стояла и оценивала себя, за открытыми дверьми балкона Девлин позвал меня по имени.
Моя кровь кипела нервным волнением, я вышла из спальни, поспешила вниз по лестнице и сделала то, что хотела сделать с момента первой встречи с Девлином Блэкстоуном.
Пригласила его внутрь.
***
Кован состоял из ста шестидесяти девяти ведьм.
В «Тенях» присутствовало вдвое больше — охрана для принесения клятвы наследницы Кэмерон.
Мистер Бальфур ничего не оставлял на волю случая.
Воздух вибрировал силой, трещал от энергии, шипел магией, и я затаила дыхание, выскользнув из мерседеса и взяв Девлина за руку.
Часть меня хотела замереть, закрыть глаза, открыть свои чувства и нежиться в колоссальности окружавшей меня силы, как выразилась Эсте (и эта мысль опечалила меня; я бы никогда не поверила, что событие такой значимости произойдёт в моей жизни без присутствия моей лучшей подруги).
Другая часть почувствовала на мне взгляды, оценивающие, измеряющие, и я знала, что вопреки всем мерам для защиты наследников, одно-два гнилых яблока всё же попали в эту бочку. Я быстро двинулась к двери, пока рука Девлина лежала на моих плечах, и непроницаемые стены телохранителей всю дорогу окружали меня с обеих сторон.
— Любому, кто пожелает навредить тебе, придётся пробиться через меня, девушка, — сказал он мне на ухо. — Не бывать этому.
Я задрожала от его тона. То же самое я улавливала от Джесси: Девлин был мягко держащейся властью и угрозой. Подле меня был древний тёплый вампир-ведьмак, который мог обращаться бог весть во что, и это вызывало глубинное чувство защищённости. Я гадала, не поэтому ли Джунипер разрешила ему жить под гаражом за поместьем. С её силой она не нуждалась в телохранителях, но ей определённо спокойнее спалось по ночам от знания, что на здешней территории обитает столь мощный союзник. Бальфур был при ней днём, Девлин снаружи по ночам. Я тоже буду наслаждаться комфортом их присутствия.
Первый этаж пустовал, если не считать Леннокс и Джеймса, которые поспешили приветствовать меня.
— Сногсшибательно! — воскликнула Леннокс, улыбаясь. — Вы выглядите божественно в этом костюме, как я и думала.
Обменявшись любезностями (только со мной, не с Девлином; мне придётся поговорить с мистером Бальфуром об этом), Джеймс отвёл меня в сторонку, смахнул воображаемую соринку с лацкана моего костюма, и его глаза светились гордостью.
— Вы готовы? — тихо спросил он.
— Да, — я никогда в жизни не испытывала такой готовности к чему-либо.
— Сама церемония проста. Есть стоячий камень, привезённый Кэмеронами из Шотландии, и этим вечером его подняли из-под сцены. Я объявлю вас новой наследницей Кэмеронов перед Кованом и порежу вашу ладонь, которую вы потом прижмёте к камню. Когда вы завершите клятвы, факел в канделябре над сценой зажжётся. Сомневаюсь, что вы заметили это в тот вечер, когда танцевали с ними, но это единственный канделябр, в котором факел не горел. Это факел Кэмеронов, и он погас в момент, когда Джунипер скончалась. Церемония занимает считанные минуты. Мисс Кэмерон, вы понимаете, что на всю жизнь связываете себя обязательствами защищать клан Кэмерон, Кован и всех обитателей Дивинити?
Я ощутила внезапный холодок на затылке. Момент казался таким… таким… колоссальным и значимым, что ощущался почти… зловещим.
«У тебя по-прежнему нет доказательств. У тебя есть лишь чьи-то слова», — сказала Эсте.
«У тебя есть лишь чьи-то слова, у тебя есть лишь чьи-то слова», — снова и снова эхом повторялось в моём сознании.
Что, если она была права, беспокоясь за меня?
Возможно ли, что мне врали, ну, обо всём?
«Всё — выбор», — твердили мне все, включая книги. Даже Девлин.
Связывал ли выбор тебя обязательствами даже в том случае, если ты выбирала что-то, сама того не осознавая? Ну то есть, полная ясность должна быть частью свободы воли и выбора в кармическом смысле слова, не так ли?
Что, если в данный конкретный момент мне врали все, кроме женщины, которая врала мне всю жизнь?
  
В этом заключалась моя дилемма.
Я напряжённо изучала мистера Бальфура и осознала, что отчасти причиной моих опасений было то, что я своими нормальными, неведьмовскими чувствами улавливала его опасение.
— Что вас беспокоит?
— Это первая и, я молюсь, единственная церемония принесения клятвы, за которой я буду надзирать, — ответил мистер Бальфур. — Такое бывает раз в жизни, и это целиком и полностью моя ответственность. Если что-то пойдёт не так, ответственность возложат на меня.
— Как что-то может пойти не так?
— Понятия не имею, — тяжело произнёс он, — и у меня слишком богатое воображение. Я не смогу дышать спокойно, пока факел не загорится.
«Я тоже», — мрачно подумала я.
В чём заключался мой страх?
Ну… что, если Кэмероны на самом деле дом тёмных ведьм? А я, тупенькая, наивная Зо, которой легко солгать, пропустила бесчисленные тревожные сигналы, не смогла разобраться, пока не присягну им саму свою душу?
Тогда зачем, возразила я самой себе, ковен в моём сне, напоминавшем некий осознанный транс, просил некое ужасающее существо искупать мой свет в блаженной тьме?
«Ну блин, — саркастично подумала я, — может, потому что им нужно было обратить меня во тьму, чтобы возглавить их тёмный Кован. Врубись уже в тему, Зо».
— Боюсь, у вас не менее богатое воображение, — сухо сказал мистер Бальфур. — У вас всё на лице написано. Что ваша подруга Эсте рассказывала вам о нас, о линии Кэмеронов?
— Только хорошее, — призналась я.
— Мы можем отложить церемонию, пока вы не почувствуете себя увереннее, — мягко предложил он.
И всё же вновь я уловила ощущение… вещей… которых он страшился. Насчёт сегодняшнего вечера.
— Вы чего-то мне недоговариваете?
— Я многого вам не говорил. Пока что. Время ещё не пришло. Но не волнуйтесь, я не допущу, чтобы вам был нанесён какой-либо вред, мисс Кэмерон. Уверяю вам, что все мои поступки совершались для того, чтобы уберечь вас. Защитить вас. Удостовериться, что вы займёте полагающееся вам по праву место лидера одного из самых светлых, самых истинных, самых почётных Кованов в мире.
Его слова отдавались звоном, который моё нутро определяло как правду.
Если меня можно так легко обмануть, что ж… как я могла жить, если это правда? В какой-то момент мне придётся совершить прыжок веры. Довериться себе, своему сердцу, своим инстинктам. Или провести всю жизнь, боясь вновь поверить чему-либо или кому-либо, и всё потому, что моя мать и лучшая подруга так долго врали мне, что заставили меня бояться верить себе и своей способности оценивать характер людей и ситуации.
Я всё же доверяла своим инстинктам.
Я не позволю маме и Эсте и их страхам отнять у меня это. Я испытывала нервозность, не более, да и кто бы не нервничал на моём месте? Расправив плечи, я с твёрдой уверенностью сказала:
— Я готова это сделать. Идёмте.
Просияв, мистер Бальфур предложил мне опереться на его локоть и сопроводил меня вверх по лестнице.
 Глава 25 
 Алисдейр 
Я как всегда подслушиваю, невидимый и незамеченный, и я отчаянно остро осознаю, что сегодня происходит, и что паутина лжи простирается даже глубже, чем ледяная расщелина, расколовшая кухонный пол.
Так много мотивов, так много игроков, и все они ведут борьбу за что? Ещё больше силы и власти? Зачем? Сила и власть — это не то, из чего складывается достойная жизнь. Её можно обрести, лишь поддавшись Воле Пути, грандиозным замыслам вселенной, в которых мы лишь крохотные, близорукие, эгоистичные участники.
Берегись, юная Кайлех! Беги! Сеть вокруг тебя стремительно смыкается.
И всё же впервые с момента твоего прибытия я испытываю проблеск надежды.
Я больше не уверен, что именно мой враг тебя устранит.