Wild Cat (СИ)

— Святые глюоны! Айши облажался с расчетами прочности марочной стали для тиглей, но ошибиться дважды с затравочным стержнем?! Макаки справились бы с этим заданием лучше! О, демоны пещер и рудников, дайте же мне нормальных помощников, а не этих верблюжат!
Я использовал максимум знаний по оперативной мимике, чтобы не улыбнуться. Комичность ситуации усиливалась измазанным в саже личиком раздосадованного ученого. Я осторожно обнял его, одетого в простой лабораторный халат в пятнах и дырах, прожженных крепкими кислотами, и прощупал еще детский серый комбинезон на лямках. Какой он удивительный… и крошечный. Я сел на корточки, чтобы он свободно встал на пол, не спрыгивая с меня.
  
— Сэр, в кабинете есть раненые?
— Пусть сдохнут, если не от испуга, то от стыда, — воинственно ответил ученый, расстегнул дырявый халат, сбросил и потоптал. — Когда воскреснут, все подметут и починят. Пойдем отсюда, мальчик мой, займемся твоим насущным хлебом. Забудь о моих подчиненных, им платят за адреналин, выделившийся из одного места. Пусть наводят порядок. И если не успеют за полчаса… — он блеснул глазами, по-кошачьи оранжевыми, — ultimo ratio regis.
— Что, простите?
— Последний довод королей. Выгоню на кухню, чистить и драить порченную химическую посуду, а хуже этой работы только устроиться утилизатором в машинном цехе. Но уволиться — ни-ни. Увольняться никто не хочет, хотя некоторых я просил, даже умолял, стоял над душой и разве что не писал в администрацию, требуя избавить меня от вредоносных потоков их умственной отсталости и кретинизма, — он выстреливал слова пулеметными очередями, мне было не потягаться. Да и никому, пожалуй. Идя по тускло освещенному коридору, я осторожно окинул взглядом его миниатюрную фигуру. Он жестикулировал, доставал из многочисленных карманов сложенные бумаги с рецептами и формулами, читал и перечитывал, ругался, прятал обратно и кидал на меня ответные взгляды, одобрительные и даже восхищенные. Почему?
— Я не представился, — смущенно выдавил я, вклинившись в паузу, когда он замолчал.
— Незачем, незачем, ты Винсент Стюарт или Стюарт Винсент, племяш той противной лисицы Нэнси Ван Дер Грот, которую я по редчайшей неосмотрительности взял на работу лет восемь назад и, странно, ни разу не пожалел. Идем, идем, мы уже почти в моем технобудуаре, пришли, я позабочусь о тебе не хуже моего приятеля Бакстера, а он, прошу заметить, патологоанатом, это, знаешь ли, дорогого стоит в вопросе спасения славных ребят от дурно пахнущих неприятностей.
— Простите, но мне нужен Аморес, возможно, я неправильно запомнил имя… — я попятился, когда он пригласительным жестом втащил меня в странную комнату, напоминавшую застенок.
— Ну и зачем тебе Мори, скажи на милость? — проворчал коротышка добродушно. — Он хирург общего направления, бесспорно талантливый, аккуратный и рукастый, сволочь такая, но я — гений, инженер, состряпавший половину вещей, с которыми ты вырос, включая атмосферу Марса. Я и сам прекрасно вытащу твой ржавый чип. Кстати, я же — его автор и конструктор, дизайн заказал у малыша Ксавьера. Ты что, удивлен?
— Вы — Мастер. Тот самый… — я рассмотрел его еще раз, не веря глазам. Мастер Метаморфоз, Солнечный Мальчик, Хэллиорнакс, чей запоминающийся витиеватый почерк был на бутылочке с моим успокоительным. Мастер, распоряжающийся тысячным штатом, заводом, алмазной шахтой, двумя небоскребами и целой красной планетой, с ласковым детским лицом, поклонник Боба Марли с дредами, хоть и без трехцветной шапочки. Он широко улыбался, следя за зигзагами мыслей в моих зрачках.
— Приятно быть тем самым. Мы на лабораторном этаже, детка, в моих суверенных владениях, добро пожаловать. Давай-ка сядь, я вколю тебе местное обезболивающее, — Хэлл ногой толкнул ко мне легкую каталку, помесь операционного стола с кушеткой и электрическим стулом.
Я сел с опаской, втайне надеясь, что он не привяжет меня за ступни и кисти фиксирующими ремнями, но он привязал. Поцокал языком и впрыснул мне в шею прохладную жидкость.
— Не бойся. Это обычная мера безопасности, она убережет тебя от случайного мышечного сокращения, падения и возможного увечья. Я влезу сейчас в твой мозговой центр, с величайшей осторожностью, но гарантий, что я ничего не задену инструментами — нет. Не шевелись. Можешь разговаривать, это меня не отвлекает.
Он нажал на педаль под каталкой, отрегулировав высоту по своему росту, а я перебрал про себя все возможные вопросы.
— Скажите, Мастер, а что там… на этажах выше?
— Физических этажей на самом деле сто пятьдесят, — он помыл руки в асептическом растворе, там же прополоскал скальпель и маленькие щипчики. Приблизился и вдруг поцеловал меня в лоб. — Мы начинаем. Думай о Бальтазаре и слушай меня. Итак, высота хайер-билдинг ограничена почти в два с половиной раза. Это обусловлено высоким давлением на грунт и невозможностью сделать фундамент под нами глубже из-за вулканического происхождения острова и опасности затопления. Кроме того, на большой высоте существует угроза ветра, появления трещин в стенах, и особенно — в оконных стеклах. Поэтому двести верхних этажей вместе со шпилем были построены за одну ночь бригадой адских рабочих без использования земных материалов, из прочного инфернального камня, бетона и метаморфического стекла. Свойства адской материи таковы, что она плавно сминается с течением времени, имея достаточный коэффициент упругости, чтобы затем возвращаться в исходную форму без повреждений в структуре. При этом она дает возможность расширять пространство без учета реальных физических параметров помещений. Попросту говоря, метраж инфернальных этажей намного больше, чем кажется при взгляде на хайер-билдинг снаружи. Теперь о том, как попасть туда. В лифтах общего пользования ты не найдешь кнопки выше сто двадцатого этажа, если хочется выше — нужно вводить специальные комбинации цифр. Их знают твои шефы, ты скоро выучишь коды некоторых, необходимых для работы. Администрация вместе с президентом заседает на сто семнадцатом, это политический ход для регулярно проводимых в хайер-билдинг экскурсий. На сто двадцать втором, то есть на этаже, состоящем в режиме полусекретности, находится главная серверная, и сходятся все компьютерные узлы здания. Со сто сорок четвертого по сто сорок седьмой расположены второй и третий отделы моей лаборатории, куда имеет доступ несколько помощников, одно доверенное лицо, уполномоченное проводить каждый месяц санитарную проверку, и тридцать инженеров. Всю работу там выполняют механизмы, люди смешивают вручную только особо опасные или особо ценные вещества. Сто сорок девятый этаж — это так называемый срединный уровень безопасности, где «дикие кошки» собираются для прохождения полигонов, возможных только в стенах небоскреба. Оттуда идет единственный в своем роде лифт на крышу, минуя все остальные этажи, то есть из него нет других выходов, путь в один конец. Крыша — это верхний уровень безопасности, пункт наблюдения за угрозами с воздуха, на шпиле для этого закреплено соответствующее оборудование, включая камеры, метеозонды, сейсмографы, осциллографы и всякие прочие счетчики Гейгера. Начиная со сто пятидесятого этажа использование лифтов запрещено, их там и нет, для перемещения встроены специальные скользящие платформы, шутливо названные «жуками». Они работают по принципу поезда-монорельса, двигаясь как по вертикали, так и по горизонтали. Естественно, требуется пристегнуться и иметь здоровый вестибулярный аппарат. Проезд платный! Шучу. Сетка станций, охваченных жуками, обширна и обычными этажами называется с натяжкой, так как, я уже сказал, внутри хайер-билдинг столько места, что хватило построить целый город с пригородами. Например, учебный центр для Изменчивых, готовящихся для поступления в земные университеты, с тем, чтобы продолжить работу не у нас. Я это приветствую, шпионы нам нужны везде. Оборудована студия-трансформер для репетиций, съемок клипов и записи песен группы Ice Devil¹ и еще телецентр для вещания на наш боковой экран². Транслируем собственные аполитичные новости, шокирующие музыкальные клипы (я делаю их на заказ вместе с ледяными дьяволятами) и изредка критикуем различные экологические и благотворительные организации в сатирических скетчах. За что потом расплачиваемся участием во всяких унылых социальных программах. На трёхсотом уровне находится отдел выхода в свет готовой продукции, где мы формируем положительное мнение о себе в масс-медиа. Выше находятся подведомственные мне лаборатории, где тестируется всё подряд на предмет соответствия качеству, но я туда не заглядываю, получаю отчеты и нормально. На десяти последних этажах устроен центр спа-терапии и релаксации с многочисленными процедурами, включая интимные. Туда отправляют Изменчивых после тяжелых травм и долговременного лечения в больнице. Тебя тоже туда пошлют скоро, будешь расслабляться целый месяц и забудешь о своих злоключениях. А на крыше хайер-билдинг помимо технического хлама нашли место и построили шикарный подогреваемый бассейн с пиано-баром, достойно увенчивая в облаках мою гордость, высочайшее здание в мире. Ты побываешь и там, вдоволь накупаешься, — Хэлл притих на секунду и вышел из-за моей спины, показав миллиметровый золотой квадратик с алой точкой-капелькой — кнопкой. — Свободен, боец. Позволь поздравить от всей души с окончанием стажировки.