Скверная жизнь дракона. Книга четвертая (СИ)
— Ты получишь все ответы, Сиал. Не торопись, — спокойным голосом ответила Изулиса. — Я думала, что ты мёртв. И твои раны говорят, что я недалека от правды. Что у тебя на шее?
— Это? — я опустил голову, посмотрев на огромный кожаный свёрток. — Это мои вещи.
— Твои вещи? — удивилась Изулиса. В этот раз её голос прозвучал несколько сухо.
— Да. Я целый год провёл…
— Не торопись, Сиал. Ты всё успеешь рассказать. Сейчас тебе следует пройти ритуал воплощения и принять тело Кта’сат.
— Кта… А, да, воплотиться. Я сейчас, только это сниму, — я постарался культями поддеть лямку свёртка.
— Не торопись, тебе помогут.
После слов Изулисы правее меня что-то неожиданно зашевелилось. От стены отошли шесть фигур в чёрных безразмерных балахонах. Лица разумных покрывали глубокие морщины, острые короткие уши торчали из-под волос, а у одного из них вообще была лысина с короткой щетиной. Зрачки в глазах вертикальные. На серо-морковной и тёмно-серой коже лба у четырёх из них нарисовано нечто, похожее на глаз с вертикальным зрачком, сжимаемый зубастыми челюстями.
Эти шестеро разумных помогли мне. Молча подошли, молча и аккуратно сняли свёрток, положили рядом и вернулись к стене. Там были не только они, но и широкий стол и ещё один ящеролюд с такой же татуировкой, но в одеждах синего цвета и белой рубахой. На столе лежали какие-то кристаллы, бумага, подставки, перья, книги и две небольших шкатулки. Одна простая из светлого дерева, другая из тёмного с россыпью разноцветных камней.
— Спасибо, — я пробился в сознание к одному из ящеролюдов, но тот даже не пошевелился. Скорее всего, им запрещено разговаривать в присутствии драконов. Возможно, но эта наэлектризованная тишина в канале мыслеречи нервировала.
Мотнув головой и приготовившись к не самой приятной процедуре — я вдруг понял одну деталь. Следующий год я вновь проведу в облике ящеролюда: следовало потратить свободные очки. Лог…
Недолго думая, очки навыков я забросил в «Чувство магии», но с характеристиками всё было не так очевидно. С одной стороны — Магия и увеличенная мана, с другой стороны — Воля и связанный с ней «Возглас страха». Выбор пал Волю. Теперь там сто сорок пунктов и оставалось надеяться, что в будущем это поможет. Магию-то теперь повышать бессмысленно: я в безопасности, мне ничто не угрожает.
Я перевёл взгляд на Изулису, которая всё так же лежала в мерцающем кругу и смотрела в мой уцелевший глаз. Спокойно и медленно моргая, она словно ожидала, когда же её племянник соберётся с духом и прекратит терять время.
Внимание, Вы пытаетесь воспользоваться основным свойством достижение «Двуединый»
Внимание, Вы пытаетесь изменить форму Вашего тела
Желаете изменить форму Вашего тела?
И вновь трубка из боли и тёмной жидкой слизи, похожей на нефть. И вновь пустота, обратно. Боль. Вдох. Тело на карачках, едва справляется с мириадами нервных импульсов. Буквально три недели назад я был воплощён в теле ящеролюда, и всё равно забыл все чувства.
Внезапно всё закончилось. Боль пропала, кроме жара на груди и шеи: осквернённые шрамы пылали, но и это скоро пройдёт. Меня укачало. Я с силой зажмурился, отгоняя наваждение: не хватало упасть в обморок в столь ответственный час.
Постепенно тошнота и рябь в глазах прошли. Я облегчённо вздохнул и распрямил спину, всё так же сидя на коленях.
Изулиса теперь стояла в светящемся круге, ошарашенно смотря на меня.
«Вот значение твоих слов: „Мои вещи“.» — раздался голос тёти по мыслеречи, а мой взгляд застелило пеленой.
«Ну, да, мои.» — с удивлением констатировал я. Пока мы говорили, я ощутил странную отрешённость от собственного тела. Теперь понятны слова мамы о том, что разумные не приспособлены к мыслеречи: у них наполовину теряется контроль над собственным телом.
«Он такой же!» — яростный крик левее меня.
Сквозь подступившую пелену я провернул голову. И испугался.
Там, в глубине пещеры, где раньше никого не было — появился другой дракон. С рыжей кожей, исчерченной шрамами и куском оторванной плоти на морде. И ярость. Ярость в его глазах, он нёсся на меня. Он хотел разорвать меня!
Не понимая собственное тело — я попятился назад, пытаясь спастись. Между нами в пол пещеры ударился заряд зелёной магии, разорвавшийся с громким хлопком.
«Старейшины всё решили, Брантин.» — раздался возмущённый голос тёти.
« Он такой же!» — вновь заорал рыжий дракон.
« Старейшины всё…» — попыталась сказать Изулиса, но её перебили.
«Такой же. Такой же. Такой же.» — тысячи голосов ворвались в моё сознание по каналу мыслеречи. Меня окутал полумрак. Я перестал ощущать собственно тело. Даже не чувствовал, как билось сердце в груди. Лишь эти тысячи и тысячи голов. Они кричали одно и то же.
«Всё решено!» — раздался голос: ровный, спокойный, одинокий, преисполненный гордостью. Всё стихло. Вернулась наэлектризованная тишина. Тишина тысячи драконов, подсоединившихся к моему каналу мыслеречи.
Стоило голосам замолкнуть, как наваждение прошло и ко мне вернулось ощущение собственного тела. Пелена с глаз спала, и я вновь видел происходящее в пещере. Изулиса всё ещё стояла в светящемся кругу, а до рыжего дракона было не больше десяти метров. Недавно он хотел разорвать меня, а теперь преисполнился смирением, будто ничего не произошло.
Ящеролюды же смотрели на меня широко раскрытыми глазами, не веря в происходящее. Двух из них, без рисунков на лбу, трясло. Судя по овалу лица: парень и девушка. Парень крепко сжимал кулаки, а его челюсть едва подрагивала. В уголках глаз девушки поблёскивали мелкие капли.
— Збузя… — едва слышимо она попыталась что-то сказать и протянула в мою сторону руки. Но вдруг подпрыгнула, и замолкла. Все ящеролюды замолкли, успокоились и вновь стали похожи на статуи.
Я повернул голову и увидел, как Изулиса и рыжий дракон пристально смотрели на ящеролюдов. После они перевели взгляд на меня. И застыли на целую минуту.
«Если тебе не требуется ритуал, то следует подождать меня.»
Изулиса легла обратно в центр круга. Рыжий дракон молча развернулся и отправился на своё место.
Быстро, но с каким-то особым почтением ящеролюды забегали по пещере. Один с рисунком на лбу — направился ко мне с одеждой и обувью. Он молча помог мне встать и одеться. Безразмерные кожаные ботинки, практически слетавшие с ног, и такая же мантия. После — ящеролюд приложил к одежде руки. Стало тепло. То же самое он сделал с ботинками, и отошёл обратно к столу.
В это время ящеролюды подтащили к маленькому кругу стол, а на нём — постамент с отверстием в центре. Один из разумных принёс симметричный кристалл, какие мерцали на дальней полке. Вот только принесённый не мерцал, будто в нём отсутствовала лампочка или батарейка. Ящеролюд вставил кристалл в отверстие и прислонил руки к постаменту: на нём моргнули письмена. То же самое произошло со столешницей, и с каждой ножкой стола.
Параллельно в маленьким круге так же происходило действо. Один из ящеролюдов без рисунка действительно оказался девушкой: она разделась догола и шагнула в маленький круг. Стоило двум другим ящеролюдам с рисунками на лбах коснуться руками внешнего круга — как абсолютно всё тело девушки покрылось мерцающими зелёным цветом узорами, письменами и рунами. Парень, стоя неподвижно около стены, не моргая смотрел на происходящее в круге.
Девушка что-то проговорила, смотря в глаза Изулисе. Та явно ответила по мыслеречи — девушка низко поклонилась. И коротко посмотрела на меня взглядом, который я вряд ли смогу забыть. То ли с надеждой, то ли с состраданием, с жалостью, радостью, и какой-то верой во что-то неведомое. В её взгляде было много эмоций, но все они были положительными, добрыми.
Девушка легла в центр круга и, глубоко вздохнув, напряглась всем телом. Изулиса тоже легла и словно бы напрягла каждую мышцу. Двое ящеролюдов рядом с кругом заговорили. Малый круг ярко засиял. Девушку выгнуло, символы на коже загорелись красным цветом. Вдруг волна свечения пробежала по ножкам стола к постаменту. Кристалл стал моргать, набирать свечение. С каждой секундой оно становилось ярче, ярче.