Ложь (СИ)

— Какие слова, принцесса, — прошептал почти в мои губы.
— С кем поведешься, — с лукавой улыбкой ответила я за миг до того, как его губы нежно приникли к моим.
Наши дни
— Потанцуй со мной, — пристроив на пустующее кресло красивый букет белых пионов, Дерек подал мне руку. Изящество этого жеста и всей его позы портило выражение злорадства на лице.
М-да уж! Теперь-то точно вся компания в сборе. От этого стало ужасно смешно.
— Идем, — вложив свою руку в его, я не поддалась нагребающему истеричному хохоту. Поймала взгляд Оли и едва заметно покачала головой.
— Вот, значит, как. Не рассказала никому, — нарочно касаясь губами уха прошептал Дерек. — А вроде так серьезно настроена была.
— Кто сказал, что не рассказала?
— Тогда бы твои родители не стали так мило здороваться со мной, — усмехнулся мужчина. — Значит не все потеряно, м?
— Значит, я не хотела портить сестре праздник, — и танец под ту самую песню, но в другое время и с нелюбимым мужчиной не такая и большая плата за отсутствие скандала на выпускном.
То, как Дерек очевидно сник словно бальзам на душу. Впрочем, он быстро собрался. Настолько, что даже ни на секунду с шага не сбился, продолжая ловко вести меня в танце. Уж что, а танцевал Дерек отлично.
— И все-таки…
— И все-таки, спасибо, что явился именно сейчас. Спасибо за намерение испортить выпускной Оле.
Может он ответил что-то, а может промолчал. Я не заметила, поскольку встретилась взглядом с полыхающими огнем аквамариновыми глазами, обведенными темными кругами. На бледном, почти меловом лице мужчины те казались огромными и прожигали насквозь.
Если бы не Дерек, я бы застыла на месте. Но он, будто ощутив мое замешательство, резко развернул меня и сам оказался лицом к Артему.
— О, так он здесь.
— Кто? — просипела я.
— Тот, о ком ты думала всякий раз закрывая глаза в нашей постели.
— В нашей постели я думала только о том, чтоб ненароком не уснуть в процессе, — с елейной улыбкой пропела я.
Взяла себя в руки. Быстро. Так, как умела уже давно.
— Привет, Вика. Извини, мы так и не успели поздороваться в начале вечера, — низкий и чуть хрипловатый голос.
Из тех, слыша которые казалось, что шелк скользит по коже. Вниз по спине вдоль позвоночника, потом вновь вверх. Нежно, едва касаясь, а все равно становилось жарко. Я обернулась и уперлась взглядом в гневно сжатые губы. А потом вновь встретилась с его глазами.
— Да, не успели. Привет, Артем. Познакомься, это мой муж Дерек. Дерек — Артем, мой школьный друг.
Музыка уже смолкла. Все принялись разбредаться на свои места.
— Приятно познакомиться, — Дерек протянул руку, и Артем ее пожал. Так, что она аж побелела. К чести Дерека он и виду не подал. Только глаза отвел, не выдержав взгляда в упор.
С чего это Артем вообще? Что, думал я после него навсегда одна останусь? Злость, разгорающуюся от этих мыслей, тушило осознание что все же помнит.
Он помнит меня…
— Скоро продолжат, идемте сядем. О, привет, Дерек. Я тебя не заметила, — прощебетала Оля и подставила ему щеку для поцелуя. Это вынудило Артема разжать медвежью хватку и отступить на шаг.
— Привет, красавица. Поздравляю с выпускным, — включился он.
— Познакомься, это Влад.
И снова рукопожатие, только уже самое обычное. А потом Дерек с широкой улыбкой извинился и отправился за букетом.
— Мы пойдем сядем. Я была рада тебя видеть, Артем, — проговорила я пересохшими губами.
Оля взяла меня за руку и повела прочь. Дерек подарил ей букет и девушка беззаботно поблагодарила. А я все силы тратила на то, чтоб не смотреть… Вообще никуда кроме сцены.
— Доченька, все в порядке? — шепотом осведомилась мама.
— Конечно, — улыбнулась я.
Прощальная речь и аплодисменты. А дальше они отправятся в клуб, после — встречать рассвет. Предвосхитив Олин вопрос шепотом заверила ее, что все хорошо, и она едет со всеми. Девушка согласилась очень неохотно. Только когда за ними с Владом закрылась дверь лимузина, я вздохнула с облегчением.
 
— И что ни слова благодарности за то, что прикрыл тебя перед бывшим?
— Дерек, он бывший уже больше девяти лет. Не очень удачный вариант выбора виноватого не находишь?
— Я смог тебя любить семь…
— Ага, и трахался с бывшей именно по этой причине.
— Ой, вот они, — к нам подошли мама с папой.
— Ну, что, ребята, поехали праздновать? — нарочито радостно, чтоб получше скрыть грусть, спросил папа. — Кстати, Дерек, ты ведь не заказывал номер, а? Поживете у нас, заодно и…
— Это не будет удобно, пап, — я посмотрела ему в глаза. — Потому, что мы разводимся.
  
Глава 7
 
Я была благодарна родителям за то, с каким пониманием они отнеслись к ситуации. Сама бы уж точно обиделась. Хотя, они возможно тоже, просто виду не подали. Мама плакала вместе со мной. Вот только она оплакивала разрушенный дочкин брак, а я — то как их расстроила и… И еще много чего исключая, собственно, развод.
Папа ругался такими словами, которых как я думала он и знать не знает. Но вместо предполагаемого «мужского разговора» принялся звонить адвокату. На встречу с тем мы отправились следующим утром не смотря на выходной.
С Валерием Кириллович, так звали адвоката, мы как коллеги довольно быстро обсудили детали и обрисовали плачевную картину. «Но не безнадежную, учтите». Учитывая его репутацию, да и свои знания, я верила, что это так.
Дерек донимал звонками, являлся для бессмысленных бесед. С папой в том числе и это едва не закончилось дракой. И моего папу, оказывается, можно вывести настолько.
Начавшаяся первая рабочая неделя давала спасительную запару. А прятаться за подобным от любых мыслей у меня получалось великолепно. Вот только ночью работы не было, а сон не шел. Бороться с воспоминаниями, осаждающими мозг словно сильная армия измученный блокадой город, становилось все труднее. Из-за того, что новая встреча освежила каждое из них…
Однажды за ужином мы с Олей сообщили о ее планах касательно учебы. Или мы с ней хорошо подготовились, или на родителей уж слишком повлияла новость о моем разводе или то и другое вместе, но они приняли ее решение.
В субботу мы поехали на кладбище проведать могилы бабушки с дедушкой. Те умерли, когда мне было девять лет. Вначале бабушка, а всего неделю спустя дед. Не смог без нее. Ведь они прожили души в душу шестьдесят лет. И сейчас легко вызвать в памяти картинку, как они держались за руки. Любовь этих людей и прожитая ими долгая и счастливая жизнь делали светлой мамину скорбь. А меня — тогда маленькую девочку, потом юную девушку заставляли мечтать о такой же. Еще в то время я верила: люди, которых мы любили, и которые любили нас становятся после смерти нашими ангелами-хранителями. И они навсегда рядом не только в наших воспоминаниях, которые словно драгоценности, я всеми силами пыталась и пытаюсь сохранить. Сказки, запах пирожков, тихое шуршание шахмат по лакированной доске… Любовь и счастье, которыми был наполнен их уютный дом…
Прибравшись, мы посадили цветы. Я пошла набрать воды для полива. Смотрела под ноги, а думала о том, что если нечто вроде того, во что я верила в детстве существует, если души не умирают, то вряд ли они обитают здесь. В этой жутковатой обители вечной тишины под серыми гранитными плитами.
А потом вдруг увидела его и дыхание сперло в груди. Сделала несколько неловких шагов, мысленно умоляя — пусть окажется, что я обозналась. Но нет. Высоченный — чуть ли не в полный рост памятник в виде человеческой фигуры с улыбающимся лицом старшего брата Артема. И надпись:
«Бессонов Сергей Игоревич 12 июня 1987 — 21 августа 2009»
О, нет! Как же… Серый был здоров как бык… Несчастный случай, значит. Теперь ясно…
Я подошла вплотную и смахнула пыль с до страшного похожей на Серого статуи. Ее глаза на гранитном лице безразлично смотрели в пустоту.