Развод под 50. От печали до радости (СИ)

-Ну может вернется на рассвете? Не думаю, что сольется.
-Я не знаю, - вздохнула Мира. - Но он вроде все понял.
-Свиданку перенес?
-Нет.
-Хм, - задумалась подруга.
-Что?
-Тетя Белла думает. Вообще мог бы и перенести. Мы так старались.
-Очень старались, - засмеялась Мира. - Особенно ты.
-Ну так платье не выгуляли и дыньки сочные не показали, - расстроено заметила Белла Борисовна.
-Белла, я тебя умоляю! Какие там сочные дыньки в мои сорок семь?
-Ты достала уже нас в старухи записывать. Я, например, женщина в самом соку. Баба на выданье.
-Ну вот и надену платье на вашу с Жориком свадьбу, если ты не против черного цвета.
-А ты думаешь позовет? - с надеждой поинтересовалась армяночка.
-Конечно. Он же на тебя надышаться не может, - подбодрила подругу Меруерт и та с почти спокойной душой отпустила ее.
Полуторагодовалый Эмин встретил ажеку громким плачем и тут же попросился к ней на руки.
-Что случилось, балапаным (мой цыпленочек), ботаканым (мой верблюжонок), жаным сол? Заболел?
-Дя, - ответил ей малыш, выпятив нижнюю губу. - Бо-бо.
-Сейчас ажека тебя посмотрит, мое солнышко, - поцеловав внука в лоб, она сразу же нахмурилась. Он горел, а Мира в свойственной ей манере быстро собралась и сказала невестке включить мультфильм и дать градусник. Даже после обтираний температура оставалась высокой - 39.
-Вчера он начал сопливить и чуть-чуть покашливал. Я сразу нос промыла, отпаивала, как вы учили. Думала, ничего страшного и не стала вас беспокоить. А сегодня после обеда началось, - рассказала Жибек.
Невестка выглядела очень уставшей, что немудрено в ее ситуации и положении, ведь она была на пятом месяце беременности и снова ждала мальчика.
-Сейчас осмотрю его. Но да, кашель мне не нравится.
Переместив Эмина на колени к его маме, Меруерт посмотрела его горло и послушала дыхание.
–Горло краснючее, дыхание жесткое. Бронхит.
-Как бронхит? Только вчера же кашель начался?
-Быстро спустился, - объяснила Меруерт, вытаскивая оливы стетоскопа из ушей. - Такое бывает. Мы же не давали Эмину антибиотики?
-Нет, никогда.
Мира задумалась, еще раз посмотрела на внука, который был похож на Димаша в детстве, и решила:
-Дадим в первый раз в суспензии. Позвони Димашу, пусть в аптеку заедет, я список ему напишу.
Вечер выдался беспокойными. Малышу успели дать антибиотик, обработать горло мазью, и повторно ввести жаропонижающее. Все время до сна Эмин провел на руках то у отца, то у мамы, то у бабушки. Дети попросили Миру остаться на ночь и подстраховать их, а она, видя как валится с ног Жибек, согласилась. Квартира у ребят была двухкомнатной, поэтому бабушке постелили в зале.
Так, в заботах она позабыла и о несостоявшемся свидании и о мужчине, занимавшем ее мысли все последние дни. Но в девять вечера, когда Мира только вышла из душа, сын протянул ей телефон со словами:
-Мам, тебе какой-то А.Д. звонит.
Глава 23. Сон в летнюю ночь
-Мам, тебе какой-то А.Д. звонит.
-Да? - Мира попыталась скрыть волнение и быстро забрала мобильный у Димаша. - Это по работе. Я на кухне поговорю, - она прошла мимо сына и приняла звонок, чувствуя на себе взгляд своего старшенького. - Слушаю, Ансар Идрисович.
-Идрисович? - удивился мужчина, услышав, как она называет его по отчеству.
-Простите, - шепотом ответила она, закрывая за собой дверь. - Просто сын стоял рядом.
-Хм, - ухмыльнулся Дулатов. - А вы скрываетесь?
-Я? Не-ет, - замялась Мира. - Зачем?
-Не знаю. Вы мне скажите? - легкая усмешка заставила ее еще больше покраснеть.
-А вы звоните, чтобы…- Мира ловко переключила тему с себя на него.
-Хотел узнать, как ваш внук? - произнес он уже серьезней.
-Спасибо большое. Бронхит, к сожалению.
-Бронхит — это же очень плохо? - жестко выговорил он и Мира подумала, что если бы так заболела его внучка Сафия, то он, наверное, поднял бы на уши весь город.
-Это не страшно, Ансар. Серьезно. Если вовремя выявить и начать лечить, то быстрее пройдет.
-Наверное, вы правы. Вы все-таки врач. Не люблю, когда дети болеют, - ей начинал все больше нравиться его голос с хрипотцой.
 
-Кто же любит? - улыбнулась Мира, все еще ожидая, что он, наконец, скажет что-то очень важное.
-Мира, раз уж у нас сегодня форс-мажор, то я бы хотел перенести встречу. Вы не возражаете? - от его слов у женщины ни с того ни с сего сердце подпрыгнуло и ухнуло, как на американских горках.
-Не возражаю, - тихо отозвалась она, приложив руку к груди, чтобы унять непонятный скачок за ребрами.
-Я наберу вас на следующей неделе, и мы определимся со временем.
Ансар звучал как настоящий предприниматель - собранный, педантичный, рациональный. Мира подумала, что их диалог больше напоминает деловые переговоры, итогом которых должна стать сделка.
-Хорошо. Наберите. Договоримся, - подыграла она ему.
-Не буду вас больше задерживаться. Идите к внуку.
Мира покачала головой с мыслью “Ну что за начальник!”
-Спасибо. Я пойду. До свидания.
-Спокойной ночи.
Когда раздались монотонные гудки, Мира опустила телефон и посмотрела в окно на улицу, освещенную тусклыми фонарями. Тихий, летний вечер, который мог бы закончиться по-другому. Как - ей уже не узнать.
-Мам, - приоткрыв дверь, сын просунул голову в проем. - Ты поговорила?
-Да, - повернувшись к нему, кивнула Мира.
-А кто такой А.Д.? - полюбопытствовал сын.
-Это по работе. Дедушка пациентки, - быстро буркнула Мира, на ходу придумав легенду. - Хотел дать мой номер каким-то знакомым.
-Ааа, - успокоился Димаш. – Просто так записан интересно. Похоже на ад.
-Да? – усмехнулась Мира. – Впопыхах записывала, так получилось. А что-то тихо так? – она ловко перевела тему.
-Жибек с Эмином уснули. Я хотел сказать, чтоб ты тоже ложилась, пока есть возможность.
-Да, я сейчас лягу, балам. Не переживай.
Димаш в два широких шага преодолел расстояние между ними и крепко обнял мать, как великан маленькую девочку.
-Мамочка, спасибо, что ты приехала. Спасибо, что помогаешь нам, - шепнул он ей искренне, отчего материнское сердце воспарило высоко-высоко и улетело прямиком в Космос.
-Не за что, балам, - Мира ласково погладила его по спине и постаралась скрыть слезы. - Я вас люблю.
-И мы тебя, мам.
***
Первая половина ночи прошла спокойно: после жаропонижающего температура снизилась до 37 с половиной и Эмин уснул. Но через пять часов Меруерт проснулась от шума на кухне. Она встала, открыла дверь и услышала приглушенный бубнеж Димаша:
-Черт, где же этот Эффералган?
-Балам? Что такое? - щурясь от света, спросила Мира.
-Мам, все нормально, - успокоил Димаш. - Эмин опять хнычет из-за температуры. Жибек очень устала, я сам ему поставлю свечку.
-Хорошо. Я помогу.
-Нет, ты спи. Мы и так тебя замучили, - сказал сын.
-Нормально все. Неси его в зал, рядом со мной поспит до утра, а вы хоть отдохнете, - велела Меруерт.
Сын так и сделал. Мир сама все сделала, дала внуку воду из бутылочки и еще полчаса походила с ним на руках, чтобы крепче уснул. Когда она поняла, что температура пошла на снижение, то положила его на диван и украла легким одеяльцем. Она сидела в тишине и темноте, слушая, как дышит ее маленький внук. Мысли снова закрутились вокруг А.Д. Как он сказал по телефону: “Дети - это святое, а внуки тем более”. Затем в ее памяти всплыл давний эпизод, когда она приезжала к Сафие, и Ансар держал ее на руках во время осмотра. Она пыталась вспомнить, что тогда подумала о нем, но так и не смогла - голова была забита признанием Бахытжана и прочими проблемами. Все, что ей удалось воссоздать - это его необычные голубые глаза. В машине же она посмотрела на него по-другому, отметив и энергетику, и властную позу, и аккуратно подстриженную бороду, которая очень ему шла. Он выглядел не старше пятидесяти, но это и неудивительно при его деньгах и возможностях. Вскоре Меруерт поняла, что уже клюет носом. Она легла рядом с Эмином, приобняла его и не заметила, как провалилась в сон.