Дружба, Inc

Я осуществляю свой проход, помахивая сумочкой, отчаянно виляя бедрами и стреляя глазами по сторонам. Признаюсь, что чувствую себя полной дурой. Особенно когда генеральный во всеуслышание сообщает собравшимся, что им предстоит выбрать «самый страшный Хэллоуин». Вряд ли стоить ему объяснять, что Хэллоуин — это праздник, а не персонаж, и титул самой страшной меня абсолютно не радует. К тому же я не знаю, где мой муж.
Муж наконец обнаруживается в дальнем углу подвальчика. Он о чем-то дискутирует с Ванечкой и пьет пиво. А потом прямо на моих глазах достает из кармана пиджака хорошо знакомую мне фляжку и к ней прикладывается. Эту фляжку подарила ему я. Купила в бутике «Берберри», между прочим. И я отлично знаю, что в ней.
Нет, вы не угадали. Вовсе не кока-кола. В ней ирландский виски «Бушмиллз», который мой муж запивает пивом. Замечательная идея.
— Может быть, ты наконец пообщаешься со своей женой?
— Почему нет? — Муж отходит со мной к стойке, залезает на свободный табурет и подмигивает бармену, уже подающему ему еще пива. — О, какой наряд!
— Я решила поучаствовать в конкурсе и думала, что ты будешь с удовольствием меня рассматривать, — сообщаю я все тем же холодным тоном. — Так как тебе мой костюм?
— Потрясающе…
Продолжить разговор нам, разумеется, не удается. Мешает Семен Иванович, ведущий фотограф нашей газеты. В редакции все называют его по имени-отчеству и произносят их очень уважительно. Насколько я знаю, Семен Иванович не относится к известнейшим фотографам города Москвы, но в редакции он появляется нечасто, ходит по коридорам с исключительно гордым видом и дверь в кабинет главного редактора открывает ногой.
Говорят, он в хороших отношениях с учредителями и по их просьбе работает еще на несколько издаваемых ими газет и журналов. Со мной он, впрочем, всегда очень вежливо здоровается (хотя за полтора года мы не обмолвились и парой слов).
— Игорь! — Семен Иванович широко раскрывает объятия и заключает в них моего мужа. Я, признаться, удивлена, потому что никогда ничего не слышала об их крепкой дружбе. — Вспоминал тут тебя. Ну ты мужик! Настоящий мужик!
Семен Иванович отпускает мужа, стискивает двумя руками его кисть, а потом подносит ее к губам и впивается в нее поцелуем. Я в шоке. Игорь, кажется, тоже. К счастью, все увлечены созерцанием конкурсантов и конкурсанток. Иначе могли бы подумать черт знает что.
— Не, как ты его, а? — Семен Иванович разражается громким смехом, и я понимаю, что он пьян. — Красавец!
Фотограф поворачивается к бармену. Муж, воспользовавшись этим, быстро отходит в сторону. Семен Иванович пару минут с удивлением смотрит на его пустой стул. Похоже, ему кажется, что муж испарился. Сколько же он выпил, хотела бы я знать?
— Повезло тебе с мужем! Вот это мужик!
Я совершенно ничего не понимаю, и, наверное, это видно по моему лицу. Семен Иванович охотно пускается в путаные объяснения. Речь, кажется, идет о том, что, когда мой муж только пришел в газету, ответственный секретарь, не знавший, с кем имеет дело, высказал что-то про его материал. А мой супруг вежливо предложил ему пойти прогуляться около редакции и побеседовать тет-а-тет.
Ответственный секретарь смутился и поспешно удалился по неотложным делам. Семен Иванович, среди прочих присутствовавший при разговоре, был настолько впечатлен, что не в состоянии забыть эту сцену и два года спустя.
Что ж, история вполне в стиле моего супруга. Я не удивлена. И теперь становится ясно, почему ответственный секретарь меня не любит.
Когда Семен Иванович наконец меня покидает, предварительно издышав перегаром, я замечаю, что конкурс уже закончился и начались танцы. Нетанцующий Игорь преспокойно танцует с цветочницей (она же Красная Шапочка, она же партизанка), которая виснет на нем и что-то ему рассказывает. Просто блестяще! Не сомневаюсь, что это она его пригласила, но мог бы и отказаться. В конце концов, рядом жена, которой тоже нужно внимание.
Танец заканчивается, но партизанка вцепилась в Игоря и явно не желает его отпускать. Кажется, мне пора предъявить на мужа свои права. Но тут передо мной вырастает наш завотделом информации.
  
— Не откажетесь со мной потанцевать?
Нет, я не отказываюсь. Мой Игорь развлекается с другой женщиной, так что же мешает мне согласиться на танец с другим мужчиной? К тому же весьма любезным. И абсолютно трезвым.
Партнер держит меня так, словно я сделана из фарфора. Интересно, он меня стесняется или он такой со всеми женщинами? Мог бы посильнее прижать к себе. Это, в конце концов, танец. И почему он все время озирается по сторонам?
— А ваш муж… Он не против?
— А почему он должен быть против? — Я кокетливо закатываю глаза (наверное, этому способствует мой наряд). — Или вас смущает, что я замужем?
Партнер начинает неуверенно мяться.
— Да нет, но он же у вас такой… Опасный человек, одним словом…
— Вообще-то мой муж не ревнив, — замечаю я. — А с чего вы взяли, что он опасен?
— Ванечка рассказал. — Мой партнер явно чувствует себя неуютно. — Говорит, ваш муж много лет занимался каратэ и нрав у него крутой. Чуть что — сразу бьет…
Ну вот, второе открытие за один вечер. Теперь ясно, почему местные мужчины заигрывают со мной так опасливо. Игорь действительно человек жесткий, несмотря на свою сдержанность и вежливость, и я бы никому не советовала его задевать. Однако он вряд ли способен избить кого-то просто за попытку заигрывания с его женой. Он отлично знает, что женщине необходимы знаки внимания. И что более верной жены, чем я, не найти.
— Не беспокойтесь, Андрей, — успокаиваю я. — Вы вполне можете пригласить меня еще на один танец…
Но кажется, Андрей уже сожалеет о том, что меня пригласил. И, откланявшись и снова оглядевшись, поспешно исчезает. Просто замечательно! Муж отпугивает от меня мужчин, а сам уже минут двадцать топчется с этой чертовой партизанкой! Что он в ней нашел, интересно? Старая некрасивая тетка с обвисшим телом, а рядом — молодая, эффектная и суперсексуальная жена.
Бармену скучно, и он заводит со мной разговор, подливая мне пиво. Правда, музыка орет так, что я толком ничего не слышу. Разбираю только, что он в свое время учился в МГИМО. Никогда не слышала, чтобы там был факультет барменов.
Народ гуляет вовсю. Сергей Сергеевич уже пошатывается. Когда он предлагает мне потоптаться под группу «Ленинград», я начинаю опасаться, что он упадет и увлечет меня за собой. Но главный редактор с честью выдерживает испытание. Муж тем временем наконец возвращается к стойке. Нет, не ради меня. Ради пива.
— Соблазнял свою новую подругу? — Я делаю вид, что мне смешно.
— Скорее, она меня. Несла какую-то ахинею про то, что обожает заниматься сексом на люстре.
Я просто вне себя. Да как она посмела?!
— И что ты сказал? — уточняю на всякий случай.
— Да ничего. Она просто пьяна.
Партизанка, опершись на колонну, нагло рассматривает моего мужа.
— Что ж, не буду тебе мешать. Ты вполне можешь с ней развлечься…
— Спасибо. Непременно этим воспользуюсь…
От досады я поспешно допиваю стакан и беру следующий. Я, конечно, знала, что он пользуется успехом у местных женщин. И при мне его приглашают танцевать не в первый раз. Но сегодня я реагирую на это особенно остро. Потому что раньше я в нем не сомневалась, а вот сейчас все обстоит с точностью до наоборот. И я до сих пор не в курсе, где он пропадал сегодня весь день.
— В издательстве, разумеется. — На лице у мужа появляется удивление. — Где я еще мог быть?
Я пожимаю плечами. Пусть он поймет, что я совсем не уверена, что он был именно там. Что я уже вообще ни в чем не уверена.
— И что ты там делал?
— Отвозил перевод. — Муж усмехается, словно вопрос кажется ему глупым. — Утром закончил и сразу решил отвезти. Зашел к главному редактору, хотел с ним поговорить. А он собирался поехать пообедать, позвал с собой. Пока поговорили, пока поели, пока вернулись обратно…
— И о чем же вы так долго разговаривали?