Хмель диких трав (СИ)

Она мысленно помолилась «Хоть бы у моих влюблённых друг в друга супругов всё было хорошо. Ведь они ещё такие молодые!!! За что им только такие страдания на их бедные несчастные головы? Почему жизнь несправедлива к ним?»
Врач бы многое отдала, чтобы в жизнях мужчины и журналистки всё было хотя бы хорошо, не говоря уже о том, чтобы в них было полное счастье.
Когда она потеряла сознание, она страшно перепугалась и скорей влетела в палату:
  
— Что с вашей женой?
— Вы видите, она без сознания. Я вас умоляю, только спасите мне её. Без неё мне моя жизнь полностью не в радость.
— К сожалению, я не всесильная волшебница, но сделаю всё, что в моих силах.
— Я в вас верю.
— Вы — то сами, как чувствуете себя?
— Вы знаете, наверное, не поверите, но я стал чувствовать свои ноги. До этого я совсем не чувствовал их, а теперь ощущаю.
— Только вы пока не вставайте, Богдан Гордеевич. Мне надо будет осмотреть вас.
— Займитесь лучше для начала моей женой.
Доктор осмотрела писательницу:
— Вы знаете, по моему, она просто спит.
— Неужели? — совсем недоверчиво посмотрел ей в глаза Дан. — Вы не обманываете меня потому, что боитесь сказать самое страшное?
— Для чего мне подобное? Зачем мне такое?
— Вдруг Рая умерла⁈ А вы не хотите расстраивать меня.
— Она жива. Можете не волноваться.
— Тогда спасите её, умоляю вас.
— Неужели вы вправду так её любите?
— Она — моя жизнь, — просто ответил он.
Семён Макарович, сам чуть не упал в обморок, узнав, на что пошла женщина желая вылечить его. Яша и Ася стали плакать, когда мама не пришла домой. Старики временно забрали их и Джима жить к себе.
— Не беспокойтесь, мама была вынуждена уехать в срочную командировку, — заявила Лукерья Геласьевна.
— Когда она вернётся? — вытирая свои слёзки на глазах, спросила Ася.
— Скоро.
Жена отпаивала Семёна Макаровича валерьянкой. Когда ему стало лучше, она сказала:
— Сеня, не беспокойся. Счастье ещё придёт в наш дом, а также в жилище Дана и Раи.
— Откуда ты знаешь? — ворчливо сказал старик. — Ты не Ванга и не Джуна, чтобы предсказывать человеческие судьбы.
— Оттуда, что не может столько не везти таким хорошим людям, как наши с тобой Рая и Дан. Они у нас с тобой такие замечательные, такие настоящие люди!!! Когда — нибудь им тоже должно улыбнуться счастье.
Он только недоверчиво улыбнулся, но промолчал.
Рая пришла в себя только в среду.
— Где я? — спросила она.
— Всё там же, в больнице, — произнесла врач.
— Скажите мне, как Дан?
— С ним всё будет хорошо. Я не знаю, как вы это сделали, но не переживайте, он сможет ходить. Как вы сами себя чувствуете? Вы сможете самостоятельно ходить?
— Неплохо, я думаю, смогу.
— В таком случае, попробуйте пройтись.
Она легко встала на ноги и прошла несколько шагов.
— Я могу увидеть Дана?
— Можете.
— Спасибо, доктор, я так соскучилась по нему!!!
— Он тоже сильно скучает по вам. Без конца спрашивает, как вы.
Солнечная улыбка тронула губы молодой женщины:
— Мой Дан… Он такой заботливый!!!
Когда она пришла к молодому мужчине, они держались за руки, смеялись и плакали одновременно. Обнять он её пока не мог, потому, как у него болели сломанные рёбра.
— Ты мне только скажи, как додумалась до такой глупости пожертвовать собой ради меня? Я совсем недостоин такой чести с твоей стороны.
— Ты достоин не только такого. Я готова даже отдать за тебя свою жизнь. Я поняла, что твоё желание сбылось, чтобы стала любить тебя ещё сильнее, чем прежде. Я обожаю тебя ещё больше, чем любила тебя в юности и это совсем настоящая любовь, да что там любовь, самая подлинная страсть, ради, которой идут на самые безумные поступки.
— Я выйду из больницы и займусь твоим перевоспитанием, — пригрозил бизнесмен, но было видно, что он совсем не сердится.
Его глаза смеялись, а губы улыбались.
— А Руслану я отомщу, — решительно заявила журналистка. — Я простила ему то, что он сделал со мной, но никогда не смогу простить такого обращения с тобой.
— Ты — моя храбрая амазонка, — засмеялся Дан. — Я верю, что тебе такое по плечу.
— Конечно, — гордо подняла она голову вверх. — Ты сам учил меня верить в себя. В итоге, я так и сделала.
— Выходит, не зря учил.
В четверг она дошла до полиции и прокуратуры. Её внимательно выслушали и пообещали со всем разобраться. В полиции женщина с удовольствием написала заявление на Руслана. Теперь она ненавидела его ещё больше, чем прежде.
— Вы не переживайте, — заявил Радомир Терентьевич ей. — Мы обязательно переловим всех тех кто замешан в вашем деле. Я сам не могу терпеть таких людей, как Язев. Они отвратительны. Разве их можно назвать людьми? Все они падаль.
«Трофим Терентьевич не обманул. Его брат до сих пор готов мне помочь».
Когда писательница вернулась домой, сначала Ася и Яша кинулись к ней в объятия. Потом она обнималась поначалу с Семёном Макаровичем, затем с Лукерьей Геласьевной.
— Мама, почему ты уехала в командировку и не предупредила нас? — спросила девочка. — Как ты могла так поступить с нами?
— Я никуда не уезжала, — стала гладить она её по голове. — Я заболела, лежала в больнице. Дедушка с бабушкой не хотели расстраивать вас. Поэтому сочинили ложь по командировку.
— Сами учат нас, что врать нехорошо, — сердито пробурчал Яша. — К чему?
— Бывает так, что приходится лгать, чтобы близкие нам люди не волновались. Несколько дней назад был как раз такой случай. Это называется ложь во спасение.
— Она обязательно нужна?
— Иногда да. Если бы ты заболел, ты бы, наверно, Яша, тоже не захотел огорчать меня, поэтому солгал?
Он хорошенько подумал, затем согласился с Раей.
— Когда приедет или придёт папа? Он бросил нас с тобой?
— Нет. Он лежит в той больнице, что я.
— Почему он там оказался?
— Его избили ужасно плохие люди.
— Когда папа вернётся к нам? — задала вопрос Ася. — Мы сильно — сильно скучаем по нему.
— Не раньше, чем через месяц. Пока ему нанесли настолько серьёзные травмы, что придётся полечиться.
Дети пригорюнились и повесили свои головы вниз.
— Не горюйте. Я обязательно буду навещать нашего папу каждый день и говорить ему насколько сильно вы его любите.
— Супер! — заявил мальчик. — Ты самая лучшая мама на свете.
— А вы у меня самые лучшие дети.
Женщина, в самом деле, выполнила своё обещание. Дана радовали рисунки от его детей, то, что они сильно сильно скучают по нему и любят его.
Радомир Терентьевич позвонил ей через несколько дней, чтобы сообщить:
— У меня для вас частично хорошие новости, частично плохие.
— Что вы имеете в иду?
— Мы арестовали всех охранников Язева, которые избили вашего мужа. Ему самому вместе с его любовницей удалось скрыться неизвестно куда. Вы так не переживайте. Мы обязательно их всех найдём. Охранники во всём признались, в том числе, что мать Язева наняла их почти девять лет назад, чтобы они бросили вас в холодном зимнем лесу. Они совершали другие преступления, так что мы точно посадим их.
— Радомир Терентьевич, я благодарю вас за то, что вы сделали для нас. Это и так уже очень много.
— Нет. Я не согласен. Этого недостаточно. Мы работаем над тем, чтобы переловить всех участников этой такой длинной грязной истории, тянущейся много лет.
— Я знаю, что отец Язева умер несколько месяцев назад, а что с его матерью? Я так поняла, что она никуда не уехала. Где она?
— Когда она узнала, что её драгоценного сыночка разыскивают, у неё случился инсульт. Она лежит в больнице. За ней ухаживают её беременная дочь и зять.
— Как здоровье Язевой?
— Врачи говорят, что крайне плохо. Ей недолго осталось.
— Как хорошо, что Марта беременна! Она так хотела ребёнка и у неё долго не получалось.
— Разве вы с ней знакомы?
— Мы знакомы девять лет, когда — то даже дружили, когда я была вместе с её братом.