Хмель диких трав (СИ)

— Я обязательно уделю ей внимание, но только на следующей неделе. Хорошо? А пока я устал от своей работы за всю неделю и имею право провести её так, как хочется именно мне.
— Как знаешь, но на твоём месте я бы поступила именно так: провела время с Леной. Она твоя невеста, в конце концов, а не моя.
— Вот если хочешь, ты и проведи. Разве я не даю тебе?
Клавдия Гавриловна только недоумённо пожала плечами. Нет, что — то всё — таки случилось целых две недели назад. То калачом не заманишь Руслана на его же дачу, то не выгонишь оттуда. Надо будет точно поговорить с Мартой.
  
— Поезжай, раз я тебе не указ.
Сказано — сделано. В следующую пятницу мужчина уже был в Яблоневке.
На дворе стоял июль. Темнело поздно. В селе Яблоневка дышалось так легко — легко! Воздух был свежий, чистый и прозрачный.
Рая вновь обрадовалась, словно маленький ребёнок очередному приезду менеджера. Он тоже был несказанно рад ей.
В следующую субботу они вновь сходили на танцы. Пара так красиво танцевала, что вновь заслужила восхищённые взгляды всех кто был там. Им все аплодировали. Кое — кто даже завидовал. Куда без этого? Всё или все кто вызывает людское восхищение удостаиваются человеческой зависти, причём, бывает, что и самой чёрной, которую только можно представить себе.
В воскресенье продавщица сказала Руслану:
— Пойдём. Я кое — что покажу тебе. Я думаю, что тебе понравится. Это очень красивое зрелище.
— Что это, Рая? Ты не можешь мне просто сказать об этом, а я уж сам решу стоит мне стоит мне смотреть на это или нет?
— Нет, Руслан, ты должен сам посмотреть на это. Я думаю, что тебе это безумно понравится. Я хочу сделать тебе сюрприз.
— Хорошо. Как скажешь.
Рая взяла его за руку и привела на цветущий луг. Она права: это по — настоящему прекрасное зрелище. От него у Руслана захватило дух.
Там росли дикие травы, в том числе и хмель. Их было много. Поскольку менеджер был городской житель, то знал названия не всех трав, но это неважно. Он спросит об этом у девушки. Теперь уже точно у своей Раи.
Молодой мужчина только что окончательно понял, что безумно любит её. Он устал бороться со своими чувствами.
Вмиг Лена, его былая любовь к ней, прежние чувства были напрочь забыты. Сейчас Руслан знал только одно: что ни одну девушку или женщину никогда не будет любить так как её, как бы не сложилась его жизнь в дальнейшем.
Ему теперь было глубоко наплевать на предстоящую свадьбу, страшный гнев, даже ярость своих родителей. Его больше ничто не сдерживало. Достаточно. Молодой человек и так боролся со своими чувствами целых две недели. Хватит. С него довольно.
Поэтому он поцеловал её в такие манящие его, тёплые, родные губы. Рая неожиданно ответила на его поцелуй со всей нежностью, на которую только была способна и даже страстью.
— Я люблю тебя, — заявил он ей после их первого поцелуя.
— Я тебя тоже.
— С самого первого взгляда, как увидел уже полюбил.
— И я тебя.
После этого влюблённые продолжили целоваться. Их поцелуи доставляли им величайшее счастье.
  
Глава 2
 
Богдан, он же Дан Сосновский вышел из колонии.
— Гражданин Сосновский, заберите свои вещи, — сказал ему охранник.
— Хорошо.
Он так и сделал. Вдохнул полной грудью воздух свободы и отправился к родителям и своей Рае. Молодой человек стал ловить попутку, которая подвезла бы его до родной Яблоневки.
— Вам куда? — спросил он его.
— Подвезёте меня до Яблоневки? Мне как раз надо туда.
— Отчего бы и нет? Пожалуйста, садитесь в мою машину. Мне тоже как раз надо туда.
Молодой человек сел в машину. Она тронулась в путь. Ехать было довольно далеко.
В пути Дан погрузился в свои воспоминания и размышления. Он так жалел, что столь бесцельно потратил три года своей жизни!!! Надо было не лезть в тот дом и обворовывать его.
Он не стал делать себе и никого просить, чтобы ему сделали татуировку. Не хотел носить на своём теле никаких следов своей прошлой глупейшей ошибки в жизни.
Поначалу в колонии было очень трудно, но молодой человек всё же выжил там. Его спасали мысли о Рае, её красивые, нежные, полные любви письма. Изредка девушка ездила к Дану в колонию на встречи, но они никогда не были долгими из — за того, что она опасалась надолго оставить Семёна Макаровича одного.
Он вспоминал их самый первый поцелуй с ней. В тот вечер пошёл дождь. Надо было идти домой. Но молодой человек привлёк продавщицу к себе и поцеловал в самые губы нежно и страстно. Она ответила на поцелуй. Только потом Дан отправился провожать Раю домой. По дороге они крепко держались за руки и весело болтали.
У влюблённых были только поцелуи. Они хотели пойти дальше в своих отношениях, но не успели потому, что молодого человека посадили.
Теперь, когда Дан отправлялся прямёхонько к себе домой, он твёрдо решил завязать с воровской романтикой и больше никогда не садиться ни в колонию, ни, тем более, в тюрьму.
Нет, хватит с него такой «романтики» по гроб жизни! Ничего романтичного там нет и быть не может. Дураки те кто верит в это, а потом попадают в места не столь отдалённые. Никогда не было никакой романтики в уголовной жизни, нет и совсем быть не может. На этом весь сказ.
Молодой человек надеялся, что Рая до сих пор ждёт его с нетерпением.
Его мысли вновь погрузились в их совместное безмятежное прошлое.
Между тем машина ехала и ехала.
— Вы местный? — спросил водитель. — То есть, живёте в Яблоневке? Иль едете к кому в гости с визитом?
— Я живу там. У меня там проживают родители. И моя любимая девушка.
— Понятно, молодой человек. А я там не живу. Но отлично знаю это село.
Машина ехала ещё долго, но вот, наконец, остановилась в самой Яблоневке.
Дан заплатил за свой проезд, а сам прямым ходом отправился домой.
Он вспоминал, как плакала бедная Рая, когда его посадили и клял себя на чём свет стоит последними словами. А ведь она совершенно тогда не просила мужчину делать ей тот дурацкий подарок. Просто он сам всегда считал, что она достойна всего самого лучшего.
В колонии Дан познакомился с самыми различными людьми. С некоторыми даже подружился, но не со всеми.
Дома его встретили с распростёртыми объятиями в буквальном смысле этого слова его родители Астра Харитоновна и Гордей Тихонович. Близкие люди очень сердечно обнялись и расцеловались.
— Садись, сыночек, покушай, — попросила Дана мама.
— Хорошо. Я как раз проголодался.
Он сел поесть с большим аппетитом. За всё то время пока мужчина ехал домой он успел здорово проголодаться.
Астра Харитоновна как раз наготовила всего самого вкусного, как он любил: борщ с мясом, на второе вареники с вишней, на третье компот.
Вся семья Сосновских с удовольствием съела её стряпню. Астра Харитоновна и впрямь хорошо готовила.
Вся семья быстро пообедала.
— Родители, я сейчас пойду к моей Рае, — заявил им Дан.
Они как — то странно переглянулись, но он нисколько не придал этому значения.
— Дан, ты бы лучше не ходил сегодня к ней, — заявил отец. — Я думаю, что она чем — то занята.
— Да, завтра сходишь, — добавила мать.
— Почему, родители? Что, что — то случилось?
— Нет, ничего. Всё нормально. Но у Раи тоже могут быть свои дела.
— Может быть. Но я всё ж схожу.
Он встретил её у магазина. У неё как раз закончился рабочий день.
— Дан! — радостно вскрикнула продавщица и кинулась к нему на шею.
— Рая! Моя Раечка! Наконец — то мы встретились с тобой! Я так скучал по тебе!
Молодой мужчина порывисто обнял её и хотел как раньше поцеловать, но она мягко отстранилась.
— Почему? В чём дело? Ты раньше была не против. Тебе нравились мои поцелуи. Ты даже сама их просила. Что теперь такого случилось, что ты сторонишься меня?
— Теперь целуй меня только сюда. — Девушка показала на щёку своим таки прекрасным для него пальцем. — Прости меня, пожалуйста, умоляю, Дан, но я теперь люблю тебя только как друга. Хотя очень сильно. Я встретила другого совсем недавно. Я не могла написать тебе об этом в письме потому, что о таких вещах лучше говорить вслух прямо в глаза. Я так не хочу причинять тебе сильную боль, но придётся! Ты ещё совсем такой молодой! Встретишь другую получше, покрасивее, помоложе меня.