Хмель диких трав (СИ)

— Хотелось бы посмотреть на такое зрелище.
— Я не против. Гляди.
Он запустил феерверк. Получилось очень красивое зрелище.
— Спасибо за праздник, который ты устроил для меня.
— Не за что, дорогая.
У неё резко поднялось настроение от подарка сделанного ей мужчиной, пусть это был даже обычный салют.
На улице местные жители Яблоневки поздравляли их с Новым годом. Те отвечали им тем же.
  
— Пошли домой. А то замёрзнешь.
— Я уже замёрзла.
— Идём, тем более. Буду отогревать.
Супруги юркнули к себе в комнату. Никто не видел, как они вернулись в дом. Все спали. У детей была своя комната.
Дан сдержал своё слово. Сразу после прихода с улицы он заключил Раю в свои объятья.
— Вот, грейся!
— Ты разве не замёрз?
— Замёрз. Да ещё как!
Он решил пошутить, чтобы ещё больше поднять ей настроение и сделал страшные глаза. Она в ответ только рассмеялась.
— Если серьёзно, то ты замёрз?
— Конечно, да.
— Тогда сейчас я буду греть тебя.
— Я не против, — сказал он ей, нежно приподнимая её голову, беря за подбородок и целуя.
Дальше супруги занялись любовью. Дело отогревания друг друга им весьма понравилось.
— Сейчас тебе тепло, я надеюсь? — спросил Дан. — Как тебе мои попытки отогреть тебя?
— Что ж, весьма и весьма неплохо. А тебе мои?
— Тоже.
Рая лежала на плече у него. Он крепко держал её в своих объятьях, но так чтоб ей было совсем не больно.
— Может быть, повторим попытку?
— Почему бы и нет?
Они продолжили любить друг друга. Благо, стены в доме у Сосновских — старших были были толстые и было абсолютно ничего не слышно.
Наутро Астра Харитоновна разбудила супругов разбудила супругов радостным возгласом:
— Вы помните, что у нашей Асеньки день рождения? Ей исполнилось два годика. Давайте вставайте скорее. Будем праздновать.
— Да помним, мы всё помним, мама, — совершенно спокойно ответил бизнесмен. — Пока мы не страдаем склерозом. Хочешь праздновать — давай.
Они встали и пошли за стол завтракать и одновременно праздновать Новый год и заодно второй день рождения собственной дочери.
— За Новый год и нашу любимую Асеньку, — произнёс Гордей Тихонович. — Чтобы жизнь сложилась у неё очень хорошо, да что там хорошо, да просто счастливо.
— Вы правы, Гордей Тихонович, — подтвердила молодая женщина. — За это впрямь стоит выпить.
Что они и сделали с большим удовольствием. Выпили ещё по бокалу и прекратили застолье. В семье Сосновских не принято было напиваться.
Молодые уж и жена отправились на воскресную прогулку со своими детьми. Все с кем они встречались в тот день приветливо здоровались с ними, даже местные бабки. Кто знает, вдруг доведётся занять денег у Дана с Раей, а они не дадут? Придётся вести себя с ними поприветливей. Обсудить их можно потом. когда они не будут слышать.
В тот же день бизнесмен и студентка вместе с Семёном Макаровичем вернулись домой. У неё началась первая в её жизни зимняя сессия. Ей было тяжело с непривычки, но она успешно сдала её на отлично.
Затем у неё начались зимние каникулы. После сессии женщина смогла уделять семье больше времени. Домашнему хозяйству тоже.
Ночью молодой человек встал и обнаружил, что её нет рядом. Он пошёл разыскивать её. Рая обнаружилась на кухне. Она сидела за столом и что — то печатала.
— Над чем ты там работаешь? — ласково спросил Дан. — Ты вроде всё сдала. Пошли спать. Я успел так соскучиться без тебя!!!
— Мне не спалось. Я решила начать сочинять любовный роман. Я давно хотела, но всё как — то не решалась.
— Любовный роман? Гм… А ты завтра с утра не покажешь мне его? Ты много успела написать?
— Совсем немного. Всего одну главу. Разве тебе интересно то, что я написала? Обычно вы, мужчины, презираете этот жанр.
— Чего я должен презирать то, что написала ты? Ведь ты моя любимая жена. До других мужчин мне нет ровным счётом никакого дела. Всё, чтобы ты не написала является прекрасным для меня, если оно не адресовано Руслану.
— Можешь радоваться, — засмеялась она. — Тут о нём нет ни слова. Ты уговорил меня, Дан. Завтра я покажу тебе всё, что сегодня успела напечатать.
Она выключила свой ноутбук. Он легко подхватил её на руки, унёс в их общую спальню. В ней они предались страсти. На этот раз студентке легко удалось заснуть.
Наутро она показала молодому человеку свою книгу. Бизнесмен с величайшим интересом всё прочёл.
— Я впервые в жизни читаю женский роман, — признался он. — Я не знаю, как остальные книги данного жанра, но твой мне кажется гениальным.
— Не преувеличивай. Ты безумно любишь меня, вот тебе и кажется, чтобы я не сделала именно таким, а не каким — то ещё.
— Ничего я не преувеличиваю. Я считаю, что говорю абсолютно объективно.
Рая победно улыбнулась.
— Сдаюсь, — подняла она руки вверх. — Тебе удалось убедить меня.
— Если удалось, Рая, продолжай писать дальше. Потом дашь почитать то, что у тебя получилось, когда окончишь свою книгу?
— Да.
К концу первого курса она завершила работу над своим первым литературным произведением. К тому времени студентке и бизнесмену уже было по тридцать лет. Они были совсем не огорчены таким фактом. Тридцать лет — это совсем не время подведения итогов. Прожита только половина или почти половина жизни. Впереди ещё предстоит прожить половину, может, если повезёт, то чуть больше половины, многое успеть, через многое пройти.
В апреле Яше исполнился годик. Родители накупили для него игрушек, которыми он остался доволен. В своём возрасте он ещё слишком мало понимал.
Он и Агнесса росли здоровенькими, красивыми, бодрыми. Болели мало, что не могло не радовать.
Семёну Макаровичу уже исполнилось семьдесят четыре года. Для своего возраста он тоже был весьма здоров. Почти не болел.
— Отправь свою книгу в издательство, — стал настаивать Дан. — Чего она будет зря пылиться у тебя в ноутбуке?
— Да ну её, — отмахивалась Рая. — Пусть будет в моём ноутбуке. Кому она мешает? Мне попросту ответят в издательстве, что автор обыкновенная жалкая графоманка и будут правы. Таких, как я тысячи и тысячи. Кому нужна моя жалкая писанина?
— Я ничего не желаю слышать. Никакая ты не графоманка. Просто в издательстве не знают с кем связываются. Они пока не имеют понятия, что ты самая талантливая писательница современности.
— Ну, уж ты и скажешь, «самая талантливая писательница современности». Нас таких много. Я всего лишь жалкая, серая, скучная посредственность. И больше ничего.
— Ты бы слышала себя со стороны. Никакая ты не посредственность. Не для меня. Отправь свой роман в издательство. Я просто уверен, что они напечатают и попросят, чтобы ты писала ещё и ещё. Им будет всё мало и мало.
— Только ради тебя. Если ты так веришь в меня, Дан, почему бы не попробовать?
Молодая женщина отправила свою книгу в издательство.
Вскоре, к её истинному удивлению, оттуда позвонил редактор, сказал, что напечатает её роман и просит о личной встрече.
— Мне идти или не идти? — спросила студентка бизнесмена.
— Иди.
— Что я ему скажу? — занервничала она. — Я не справлюсь.
— Не наговаривай на себя, моя хорошая. Ты со всем справишься. Я просто уверен в этом.
— То было раньше. Сейчас я не смогу.
— Сможешь. Я не желаю слушать никаких отговорок. У тебя всё получится. Ты всё сумеешь сделать. Иначе просто не может быть. Если ты боишься, я попробую придать тебе уверенности.
Молодой мужчина припал губами к её губам. Они были у него на работе. Рая зашла туда проведать Дана.
— Так лучше? — спросил он.
— Да, более того, у меня для тебя просто прекрасная новость. Сейчас я поняла, что окончательно навсегда разлюбила Руслана. Вместо него я люблю одного тебя больше жизни, безумно боюсь потерять тебя и буду любить тебя до конца своих дней даже в загробной жизни. Я больше никогда ни на кого не променяю тебя. Прости, что столько лет заставляла тебя мучиться.