Прикосновение к Истокам (СИ)

— То, что ты в любой ситуации не забываешь про своих родных, енто очень хорошо, Иваныч. Думаю, что Ярославна очень обрадуется увидев тебя и детей, когда покинет медкапсулу. Раз нам скоро придётся возвращаться на корабли, пойду-ка я в гости к своему Ванечке, да и других детей с внуками не мешало бы мне навестить перед нашим отлётом с Миры, не говоря уже про остальных родичей. А то, как-то не по-людски получается, мои родичи все вместе на планете отдыхают, а я для них, неизвестно где пропадаю.
— Так они, Демид Ярославич, наверное, уже давно привыкли к твоим постоянным отлучкам. Ведь в урманном поселении у тебя был примерно такой же образ жизни.
— Так я же с ентим не спорю, Иваныч. Мои родичи может быть и привыкли, со времён жизни в урманном поселении, что я постоянно чем-то занят, и неизвестно где пропадаю, вот только мне их общения теперича постоянно не хватает.
Едва Демид Ярославич закончил говорить, как из дверей дома вышли мои дети, одетые в одинаковые защитные комбинезоны, что делало их очень похожими на близнецов, а следом за ними появились Ярина Родасветишна с Русинкой.
Увидев меня, Ксения с визгом разбежалась, и сходу запрыгнула ко мне на руки. Эта егоза обняв меня за шею, даже успела поцеловать меня в щёчку, и прошептать в левое ухо:
— Привет, папочка. Я по тебе уже успела соскучиться.
— Я тоже по тебе соскучился, Солнышко, — также тихо ответил я дочке, придерживая её левой рукой.
Олег степенно подошёл к нам и поздоровался, глядя на сестру с лёгким чувством зависти. Увидев взгляд сына, я сказал.
— Олежек, у меня вторая рука свободна. Пойдёшь ко мне на руки?
— Нет, отец. Я уже совсем большой стал, да и тебе тяжело будет. Это только маленькие детки и девчонки у отцов на руках сидеть любят.
— Олеженька, да енто кто же тебе такое сказал? — спросил моего сына Демид Ярославич.
— Так все мальчишки с крейсера «Ингард» говорят, дедушка. Многие из них хотели бы у своих отцов на руках хоть немножко посидеть, но им сказали, что «они уже большими стали, а на руках отцы носят только маленьких детей и девчонок».
— Сынок, может у мальчишек с крейсера отцы заняты чем-то были, или устали после работы, вот им так и отвечали. Скажи, ты сам-то хочешь ко мне на руки? — задал я вопрос Олегу.
— Хочу, — ответил тот, и засмущался.
— Тогда не стой столбом, а занимай мою свободную руку, — сказал я с улыбкой.
Олега не нужно было уговаривать дважды, спустя несколько мгновений он оказался на моей правой руке, и посмотрел на Ксению доброжелательным взглядом.
— Ну вот, другое дело. А теперь мы сходим в гости.
— А к кому? — первой спросила дочка.
— Мы сходим в дом богатыря Дара, дочка, и узнаем у Эмилии, как там ваша мамочка себя чувствует, а также наша Тана.
— Урааа! — раздались одновременно два детских голоса, от которых у меня едва не заложило уши.
Демид Ярославич и Ярина Родасветишна стояли обнявшись и умилённо смотрели на меня и моих детей, а Русинка о чём-то задумалась. Сказав им, что мы вернёмся к обеду, я с детьми на руках направился в дом богатыря Дара.
Едва мы покинули уютный дворик с фонтаном, как к нам присоединились непонятно откуда взявшиеся Ратка и Тари.
Пока я шёл с детьми по улице, в сопровождении четвероногих красавиц, то частенько ловил на себе не только удивлённые взгляды мальчишек разных возрастов, но и взрослых мужчин. Все они были пассажирами с крейсера.
Когда мы подошли ко входу дома Дара, дети попросили меня опустить их на землю, что я и сделал. Вскоре мы впятером зашли в дом и сразу увидели спешащую куда-то Эмилию. Увидев нас она немного замедлила свой шаг.
— Здравия вам всем, — произнесла старший медик. — Вы вовремя пришли, я сейчас, как раз иду открывать медкапсулу с Ярославной. Тана уже покинула свою медкапсулу, после окончания восстановительных процедур, и в данный момент общается с Ванечкой в одной из комнат. Я не стала им мешать, и пошла будить Ярославну.
— И тебе здравия, Эмилия. Может ты немного остановишься, у меня для тебя есть особенное поручение. Между прочим, тебя оно тоже напрямую касается.
 
— Я слушаю вас, командир, — сказала Эмилия и остановилась.
— Скажи, в этом доме есть комната, где бы мы могли поговорить наедине?
— Тут рядом с комнатой, где находится медицинская капсула с Ярославной, есть небольшое помещение. Я там иногда отдыхаю. Мы можем в нём поговорить, командир. Пойдёмте я покажу, где это, — сказала Эмилия и направилась вглубь дома.
— Вот и хорошо. Но для начала нам необходимо увидеть Ярославну. Дети о ней волнуются, да и я тоже, честно говоря. Тебе удалось выяснить, что с Ярославной и Таной в действительности случилось? — спросил я, идя следом за своим старшим медиком. Дети и четвероногие красавицы шли позади нас.
— Командир, они обе видели какой-то довольно странный сон, он негативно отразился на их состоянии. Самое плохое состоит в том, что они не смогли мне рассказать об этом сне. Для них он был каким-то неясным и размытым. Даже ментоскопирование не дало никакой чёткой картинки. О нечто похожем, мне рассказывала сестра Элия, в Столичном Медицинском центре на Реуле. У Ярославны тогда была первая беременность, и ей приснился какой-то кошмарный сон.
— Я прекрасно знаю об этом Эмилия. Мне тогда точно такой же кошмар приснился. Там всё было связано с таёжным поселением, где осталась старшая сестра Ярославны. Именно поэтому я отправился в Запретный мир и забрал там всех родственников моей жены. Как выяснилось позже, как только я это сделал, все кошмары у Ярославны сразу же прекратились. Ты только что говорила мне, что «они обе видели какой-то довольно странный сон»…
— Совершенно верно, командир, — перебила меня старший медик.
— Так вот, Эмилия, слушай и не перебивай меня. Я тоже видел этот «довольно странный сон». Причём, у меня этот «странный сон» повторялся несколько ночей подряд. В отличие от Ярославны и Таны, мой сон был чётким и ясным. Вот я и подумал, а что если мои жена и племянница не сам сон видели, а каким-то образом перехватили отголоски моего сна. Именно поэтому они не видели чёткой и ясной картинки, а уловили лишь чувство тревоги и опасности. Что ты об этом думаешь?
— Я даже не знаю, что вам на это ответить, командир. Я никогда не слышала, чтобы кто-то из разумных был способен улавливать сны другого разумного. А чтобы сразу двое разумных смогли уловить отголоски чужого сна, это мне кажется вообще находится за гранью понимания.
— Вообще-то, таких разумных было не двое, а трое, Эмилия.
— А кто был третьим?
— Моя дочка Ксения. Она в одну из таких ночей почувствовала, что мне снится какой-то плохой сон, и сразу же попыталась к нему подключиться, чтобы меня поддержать. Вот только мой помощник Бруч не дал ей этого сделать.
— А разве Ксения способна подключаться к снам других разумных?! — удивилась Эмилия.
— Да. Этой возможности мою дочь научила Душа третьей земли. Как я понял, Ксюша обрела такую способность, за помощь в обучении местных девчат мыслеречи. Ведь Мире тоже интересно общаться с разумными.
— Тогда у меня остаётся только лишь одно предположение, относительно произошедшего с Таной и Ярославной, командир.
— Я тебя внимательно слушаю, Эмилия.
— Ваше предчувствие или интуиция, называйте это как хотите, каким-то образом получили сигналы от мироздания, о возникновении возможной опасности, и трансформировали это в ваши сны, в доступной для вашего восприятия форме. Находящиеся с вами в родстве разумные, именно те кто постоянно думает о вас, или любит вас, воспринимали отголоски ваших необычных снов, со всеми сопутствующими ощущениями, хоть и в ослабленном виде. Так произошло на Реуле, когда у Ярославны была первая беременность, и точно также произошло здесь, на Мире, где уже это почувствовали две беременные, Тана и Ярославна. Ярославна вас любит, потому что она ваша супруга, и вы для неё самый любимый разумный во всех Вселенных. Тана всегда любила вас, ведь вы сначала заменили ей родного отца, а потом спасли её от неминуемой смерти, что ещё больше увеличило любовь к вам. Думаю, что вам не нужно напоминать о том, что у беременных женщин, все внутренние чувства довольно сильно обостряются, иногда до невероятных значений.