Рука сатира

Мастерс наклонился и поправил шляпу.
— Ты зарабатываешь честные деньги, Лью, на основании этих сведений?
— Ну, Гус, — пискнул Льюис Шрилл, и его огромный живот сотрясло отрыжкой. — Извини… Ты поверишь, если я скажу «нет»?
— Нет, — ответил Мастерс.
— Чего тогда спрашивать? В действительности я ничего с этого не получил. А Коннор стоил мне кучу честных денег.
Мастерс смотрел скептически. Тем не менее он улыбнулся, произнес: «Спасибо, Лью», — и ушел.
Вера Ричмонд, лежа в постели рядом с мужем, прислушивалась к своему дыханию и считала свой пульс.
Она лежала на спине уже полчаса, но не могла заснуть. Казалось. едва ли она вообще сможет заснуть. Сможет, конечно. Сон, как и смерть, приходит в назначенное время, и в конце концов разница между ними не так уж велика.
— Ты не спишь? — спросила она.
— Нет, — ответил Джек Ричмонд. После паузы он добавил: — Я думаю.
— Я тоже. Как ты считаешь, что будет дальше?
— Не знаю. Кроме того, еще одна вещь. Когда уехал Ларри, Лила была жива. Таким образом, либо он вернулся домой позже, либо… ее убил кто-то другой.
Они замолчали. Немного погодя Вера сказала:
— А как насчет смерти Ларри? Разве можно предположить что-либо кроме самоубийства?
— Вопрос не в том, что я могу предположить. Вопрос в том, что может полиция. Этот парень, Мастерс, показал, что он не дурак. Бог знает, что еще он выкопает или придумает.
— Сначала все казалось таким простым, — прошептала Вера. — Было бы лучше, если бы все так и шло.
Джек прокашлялся.
— Я знаю одно — я могу ждать повестки от Мастерса в любое время. Она обязана прийти.
— Но он ведь не может арестовать тебя, Джек! На основании чего?
— Зачем повторять все сначала. Причины и предлоги легко изобрести. Мастерс не может прямо доказать мою вину, я не могу доказать свою невиновность. К тому времени, как он закончит, у него могут появиться косвенные улики, которые будут выглядеть доказательствами, даже если это и не так.
— Но это нечестно! Я не позволю этому произойти!
— Ты ничего не сможешь сделать. Я был глупейшим ослом и, кажется, должен буду расплатиться за это. Прости меня. Вера.
— Все будет хорошо. Увидишь.
— Да, дорогая.
— Джек, мы не можем уехать? Мне бы так хотелось…
— Если не слишком поздно, — ответил доктор Ричмонд.
  
12
 
Было позднее, чем они думали. Буквально следующим вечером Мастерс пришел повидать доктора Джека Ричмонда. Существовала возможность, что все будет наоборот — доктора Ричмонда вызовут для встречи с Мастерсом, если бы Мастерсу не случилось появиться по соседству. Точнее, в соседнем доме.
В означенное время происходило незначительное действо на заднем дворе. Джек вышел, вооружившись совком, и начал разбрасывать землю вокруг роз, Дэвид, появившийся несколькими минутами позже, увидел Джека за работой и решил, кроме всего прочего, подойти поближе и понаблюдать. Джек в действительности не был поглощен розами, при появлении Дэвида он немедленно бросил совок и предложил выпить холодного пива на террасе. Дэвид для вида слабо поотнекивался, Джек быстро принес из дома пиво, и они сидели, покачиваясь в плетеных креслах, когда Нэнси вышла на поиски своего помощника.
Надеясь, что он будет под рукой, Нэнси слегка обиделась, когда он куда-то запропастился. Она в жаркой кухне готовила обед, и ей казалось: муж, который не помогает, должен по крайней мере оставаться в своем собственном дворе до тех пор. пока работа не закончена. Он же, однако, удрал на террасу к Ричмондам, где накачивался пивом, словно представитель привилегированной касты.
Она мило подплыла поближе и была приглашена присоединиться к ним, — излишняя любезность, если принять в расчет то, что она уже это сделала, и, когда Джек вернулся, неся пиво для нее, Вера была с ним и с собственным пивом.
По молчаливому соглашению они избегали любых упоминаний о Коннорах, как бы объявленных вне закона, и было весьма трудно откопать иную тему для беседы, когда в мыслях только одно.
 
Джек и Вера, подумала Нэнси, выглядят изможденными и держатся натянуто. Это необычно, особенно для Веры, которая, как правило, улаживает все без труда.
Неподвижная дверь соседнего дома отбрасывала тень и прохладу на газон, ограду и камни террасы. К собственному неудовольствию Нэнси обнаружила, что то и дело посматривает на нее через плечо, словно та готова распахнуться. Так и произошло, и когда, оглянувшись, Нэнси внезапно увидела это, она крикнула:
— Смотрите! В комнате Лилы свет.
— Да, — сказала Вера. — Зажегся несколько минут назад.
— Какой дьявол мог туда забраться? — заинтересовался Дэвид — Что, во имя Господа, что они могут там делать?
— Погодите, — Джек вскочил и отправился вокруг дома, а когда вернулся, проворчал: — Там полицейская машина. Должно быть, эта ищейка, Мастерс.
Он уселся на прежнее место, взял свою банку пива и откинулся назад, уставившись в пространство невидящими глазами. Это было в точности так, как если бы он ощутил окончание чего-то и успокоился.
— Как вы думаете, что он сейчас делает? — задумчиво поинтересовалась Нэнси. — Может, опять ищет ключ?
— Какой ключ? — спросил Джек.
— От задней двери. Он думает, что у Ларри был ключ от задней двери. И каким-то образом пропал. Разве я вам не говорила?
— Нет, не говорила.
— Ну вот, он думает, убийца мог взять ключ после смерти Ларри, чтобы затем войти в дом и убить Лилу.
— Ларри покончил с собой, — сказала Вера. — Какие бы ни были странные мнения у полиции, это несомненно. Если Лила убита кем-то еще, самоубийство Ларри просто случайно произошло приблизительно в то же время.
— Держусь того же мнения, — заявил Дэвид.
— Скажу по секрету, — начала Нэнси, — это не просто мнение лейтенанта Мастерса. Он все разгадал, раскрыл. На другое утро я рассказала ему о свете — про то, что его выключили, хотя он горел после того, как уехал Ларри. В то же утро я рассказала ему и о Стэнли, что он видел Лилу и разговаривал с ней после того, как я оставила его на дорожке.
— Ты ведьма, что ли, или что-то в этом роде? — воскликнул Дэвид. — Всякий раз, когда ты упоминаешь Стэнли, он появляется. Вон и теперь идет сюда с Мэй.
— Думаю, — сказала Вера, — что сегодня не смогу выдержать общество Мэй.
Но Вера, кроме всего прочего, ухитрилась выдержать общество Мэй. Уолтерсы отказались от пива и с напряженным видом сели. Было ясно, что их супружеская связь находится в опасном, колеблющемся равновесии. Стэнли определенно переживал плохие времена и в ближайшем будущем не ждал заметных улучшений.
— Мы сидели, — сказал Стэнли, — и вдруг увидели, по соседству горит свет. Что там творится?
— Это полиция, — с отсутствующим видом протянул Джек, — Мастерс, я полагаю. Должно быть, что-то ищет.
— Что ищет?
— Не знаю. Может, ключ от задней двери, как считает Нэнси. Может, подтверждение того, что ты был в комнате той ночью, когда убили Лилу. Стэнли, ты оставил отпечатки?
— Боже мой, Джек, не говори таких вещей! Ты же знаешь, я был только у двери. Внутрь и не заходил вовсе.
— Знаю? Откуда? С твоих слов?
— Это правда! Клянусь! Меня вызывали в полицейский участок, и я рассказал лейтенанту все, как было.
— Болтай-болтай, парень. Мастерса не так-то просто надуть.
Стэнли на время онемел. А Мэй презрительно заявила:
— То, что происходит сейчас, будет ему уроком на будущее. Дождался, пока я приму снотворное, и сразу почувствовал свободу: можно пробродить полночи, болтая с женщинами в ночных рубашках. Если, конечно, она надела ночную рубашку.
— Мы опять талдычим одно и то же, — зашипел Стэнли. — Я не желаю повторять все заново.
— Возможно, тебе придется повторять все заново, хочешь ты или нет, — сказала Мэй. — Убить Лилу — не единственное, что ты мог с ней сделать. Уже всем известно, что ты теряешь свою дурную голову при виде лифчика.