Князь Немертвый (СИ)
— Поступай, как знаешь! — Ведьма поджала губы и, закинув в чай три куска сахара, принялась громко размешивать его чайной ложкой. — Ты спросила, я ответила.
— И я вам очень благодарна, бабушка, — улыбнулась я. — Просто я не совсем уверена, нужно ли мне видеть то, что сокрыто.
— От правды не скрыться, рано или поздно она настигнет любого, — пугающим голосом произнесла старушка, продолжая увлеченно размешивать чай в чашке.
* * *От ведьмы я вернулась в смешанных чувствах. С одной стороны мне было крайне любопытно, кому принадлежат воспоминания, которые я уже неоднократно видела. С другой стороны, мне казалось, что это ко мне никак не относится. Оберег подарила князю Велена и, если он и содержит в себе какие-то воспоминания — ее, например, то уж точно не я должна их увидеть, а князь. Или он их уже видел?
— Бабушка только все запутала своим советом, — вздохнула я, переступив порог дома.
Однако не успела я закрыть за собой дверь, как кто-то схватил меня за руку. От неожиданности я вскрикнула и резко обернулась.
— Прости, не хотел тебя пугать. — Князь выпустил мою руку и изобразил сочувственную улыбку. — Думал, сделать сюрприз…
— Еще какой сюрприз получился, — пробормотала я, приложив правую руку к груди, за которой отчаянно билось сердце.
Князь скользнул взглядом по моей ладони и, заметив кольцо, просиял от радости.
— Ты…
— Глеб! Ты вернулся! — В прихожую влетел Генрих, а за ним и Данияр.
Сияющая улыбка князя, которая была предназначена лишь мне одной, сменилась на дежурную.
— Как вы тут без меня? — спросил он, глядя на мужчин.
— Ты не поверишь! — Объявил Генрих с большими от предвкушения глазами. Ему крайне не терпелось поведать князю о том, что произошло у нас, пока он был в Москве.
— Успокойся, — осадил его Данияр и обратился к князю: — Почему ты вернулся на неделю раньше?
— У меня получилось уладить все дела в кротчайшие сроки. — Князь бросил на меня быстрый взгляд, и на мгновение я смогла снова увидеть ту сияющую улыбку, что была только моей, и ничьей больше. Короткий миг, и князь уже снова смотрел на Данияра и был, как обычно, серьезен. — Так что у вас тут случилось?
Генрих открыл было рот, но я опередила его, гневно заметив:
— Дайте ему хоть в дом войти! Налетели, как коршуны.
Князь посмотрел на меня с благодарностью. Он прошел дальше, а я закрыла за ним дверь, в кои-то веки чувствуя себя полноправной хозяйкой дома.
Со стороны лестницы послышались шаги, и вскоре в прихожей показались Лиззи и Дима. Увидев последнего, князь выпучил от удивления глаза, а мне захотелось произнести шаблонную фразу «это не то, о чем ты подумал!».
— А он тут что делает? — озадаченно вопросил князь.
— Этот уже уходит, — буркнул Дима, заметно поспешив с тем, чтобы покинуть наш дом.
— Тебе лучше? — участливо спросила я.
Не глядя в мою сторону, Дима сдавленно кивнул. Князь же не сводил с него удивленного взгляда. В особенности его интересовала повязка на шее Димы.
Лиззи приветствовала князя кивком головы и тихо произнесла:
— Я поймаю для него экипаж и вернусь.
Когда за ней и Димой закрылась дверь, князь тихо вопросил:
— Да что у вас тут произошло, пока меня не было?
Мы втроем переглянулись.
— Ты не поверишь, — вдохнула я.
* * *Князь задумчиво смотрел в окно на освещенную фонарем одинокую улицу. Перед ним стоял бокал с кровью, к которому он так и не притронулся за все время, пока Генрих рассказывал ему о ранении Димы и визите его брата Бориса, которого князь более восьмисот лет считал мертвым.
— Нелепица какая-то, — наконец произнес князь, переведя взгляд с окна на пол.
— Не веришь нам? — удивился Генрих. На его юном лице мелькнула обида.
— Нет, — мотнул головой князь, — не в этом дело. Просто это все так внезапно и так… странно.
— Непривычно, — пробормотал Данияр.
— Да, точно, — согласился с ним князь, — непривычно. Крайне непривычно.
— Пойдешь к нему? — спросила я.
— Конечно, пойду. Он — мой брат. Я должен поговорить с ним и во всем разобраться.
Я понимающе кивнула.
Генрих и Данияр, разумеется, увязались за князем, чему я была только рада — так у него будет поддержка.
Была глубокая ночь, и Лиззи уже дано спала, однако ко мне сон никак не шел. Я переоделась в ночную рубашку и халата, и бродила призраком по дому, размышляя обо все, что произошло с момента, когда меня похитили оборотни. За десять лет моей жизни событий было меньше, чем за эти две недели.
Несколько раз я заходила в спальню князя и поглядывала на выдвижной ящик, в котором лежал оберег. Воспоминания, что он хранил, манили меня, но я так и не поддалась искушению — все равно сегодня ночью я не смогу уснуть.
За пару часов до рассвета, когда я лениво листала роман, который несколько лет назад вызвал у меня массу эмоций, входная дверь хлопнула.
Подскочив с места, я кинулась в прихожую, где меня встретил уставший взгляд ониксовых глаз.
— А где Генрих и Данияр? — спросила я, не увидев позади князя его верных друзей.
— Остались в управе. Почему не спишь? — тихо спросил князь, удивленно глядя на меня.
— Волновалась.
— За кого?
— За тебя, за кого же еще?
Слабая, но искренняя улыбка оживила изможденное лицо князя. Передо мной будто стоял не сильный древний вампир, а простой уставший человек, который не спал уже несколько ночей к ряду.
— Не стоило, со мной ничего не случится, — сказал князь. — А вот тебе надо высыпаться.
— Можно подумать, тебе не надо, — фыркнула я.
Князь прошел к лестнице, а я поспешила следом за ним.
— Как все прошло?
Он вздохнул и остановился. Я чуть не влетела в его спину, но вовремя спохватилась и тоже остановилась. Князь обернулся и, уставаясь пол, пробормотал:
— Странно. Я ничего не почувствовал. Будто это не мой родной брат, а кто-то совершенно чужой, просто очень на него похожий.
— Он рассказал тебе про Орден?
— Да. Сказал, что мне надо вернуться в Москву, потому что Орден рядом. Борис убивал их шпионов в Туле, хотел найти кого-то покрупнее, но нарвался на Диму…
— Ты ему веришь?
Князь поднял на меня взгляд.
— Я не знаю…
Таким растерянным я его еще не видела. Кажется, он и правда не знал, можно ли верить Борису, или же нет.
— Что вы с ним сделаете? — задала я новый вопрос.
— Пока ничего. Ситуация очень… странная. Я… я пока не могу принять никакого решения.
— Значит, подождем и подумаем, — я осторожно накрыла его прохладные ладони своими.
Князь посмотрел на них и, вспомнив о кольце, возбужденно произнес:
— Так ты его надела.
— Я не могла иначе, — шепнула я, глядя в его глаза, подобные ночному небу без звезд.
Он крепче сжал мои ладони. Робкая улыбка сделалась шире.
— Поверить не могу, что ты — моя, — прошептал князь.
— Я всегда была твоей. Ты ведь в первый же день сказал, что теперь я — твоя рабыня, — напомнила я ему события в день нашего знакомства.
Князь недовольно поджал губы.
— Ну вот, снова ты сыпешь соль на рану.
— Так и быть, я на нее подую, — шепнула я и, встав на цыпочки, легко дунула на губы князя, на которых сразу же появилась довольная улыбка.
— Этого будет мало, — низким голосом произнес князь, глядя на меня блестящими от желания глазами.
Я затаила дыхание и ощутила, как быстро забилось мое сердце. Предчувствие чего-то большего, более чувственного и интимного, полностью завладело мной.
Князь приблизил свое лицо к моему, я закрыла глаза и…
Грохот на кухне заставил нас обоих вздрогнуть.
— Что за…? — прорычал князь, направившись в сторону шума.
— Может, мыши? — предположила я.
Взяв с тумбочки почти догоревшую свечу, я последовала за князем на кухню. Там, из тьмы и воцарившейся тишины, к нам на свет вышла Лиззи в ночной сорочке и со стаканом воды в руках. Она вжала голову в плечи и виновато пробормотала: