Князь Немертвый (СИ)

Разумеется, мы привлекли внимание. Боковым зрением я видела, как прохожие останавливаются и заинтересованно смотрят в нашу сторону.
— Я люблю тебя и прошу осчастливить меня и стать моей женой! — продолжил Дима так же громко.
Боже, стыд-то какой!
— Поднимайся, на нас люди смотрят, — прошипела я, остро ощущая стыд и неловкость.
— Встану, если согласишься!
Я закатила глаза к чистому голубому небу.
Ну вот за что мне все это?!
— Согласна, согласна! Только встань, пожалуйста.
Лицо Димы просияло. Он резво встал и, игнорируя все приличия, притянул меня к себе и поцеловал в губы. От неожиданности я расширила глаза и забыла, как дышать через нос.
Наблюдающие за нами прохожие громко заулюлюкали.
Я ждала, когда Дима отстранится от меня, но он был слишком увлечен процессом, поэтому я сама осторожно отстранилась от него.
Это был мой первый поцелуй, и показался он мне не очень-то приятным. Хотелось вытереть губы и вдохнуть полной грудью, компенсируя недостаток воздуха во время этого странного процесса.
— Пошли отсюда, — сказала я, беря опьяневшего от происходящего Диму за руку.
Он не сопротивлялся. Шагал за мной безвольной куклой, будто приворожённый и смотрел на меня, как на божественное создание.
В голове вдруг мелькнула глупая мысль: вот бы князь смотрел на меня так же, как и Дима…
Боже, да о чем я думаю! Князь вообще не может смотреть ни на кого даже с толикой той нежности, что смотрит на меня Дима. Он даже не знает, что такое нежность, ласка, любовь. А Дима знает, потому что он — человек. Добрый и надежный человек. С ним я буду счастлива. С ним моя аура засияет и…
Я остановилась возле кофейни с пустующими уличными столиками. Несмотря на солнечную апрельскую погоду, на улице было еще прохладно, поэтому люди предпочитали сидеть в помещении.
Устало опустившись на стул, я в задумчивости коснулась кончиками пальцев своих губ, которые недавно целовал Дима.
Хочу ли я повторить этот поцелуй? Хочу ли обнять Диму? Выйти за него замуж? Лечь с ним в одну постель? Родить от него детей?
Все это пугало меня, однако это я списала на юность и неопытность. Многие девушки выходили замуж куда более юными и почти сразу же рожали. Ничего, я втянусь. Привыкну к семейной жизни и полюблю Диму.
— О чем задумалась? — спросил он, придя наконец в себя.
Я подняла на него взгляд.
У Димы была красивая улыбка, блестящие и добрые голубе глаза, пышная шевелюра. Лицо приятное, симпатичное. Характер покладистый. Чего еще нужно?
Я искренне не могла ответить на этот вопрос, но прекрасно понимала, что мне чего-то не хватало.
— Все слишком спонтанно, — произнесла я, немного поразмыслив. — Меня это пугает.
Улыбка Димы потускнела. Он сел за стол напротив меня и, протянув ко мне руки, сжал мои прохладные ладони.
— Тогда давай не будем спешить, — предложил он.
От того, что он предложил это первым, у меня прямо камень свалился с плеч. Заговорив об этом первой, я боялась обидеть Диму. У него же на лице было написано, как он хочет этой свадьбы.
— Спасибо, — произнесла я.
Посидев немного, мы направились туда, куда шли изначально — в городскую управу. Диму ждала служба, а меня неприятный разговор с губернатором. Вернее, выслушивание его ругательств касательного того, что князь все еще не нашел вампира, который разбрасывает обескровленные тела по всему городу. Кстати сказать, жертв у нас было уже семь. Последнюю как раз нашли вчера вечером, поэтому губернатор и вызвал меня на «разговор».
Около часа я простояла перед отчитывающим меня губернатором, боясь даже пошевелиться. Николай Львович рвал и метал, называя князя и всех вампиров такими неприятными словами, которых мне еще не доводилось слышать.
Высказав все, что хотел, и даже больше, губернатор прогнал меня со своих глаз и велел в следующий раз уже прийти с результатами, иначе он будет вынужден принять меры против «вампирской диаспоры».
Из его кабинета я не столько вышла, сколько выползла, держась за стены. Да что ж за утро-то такое?!
— Ты как? — участливо поинтересовался Дима, который ждал меня у кабинета губернатора.
 
— Чашка чая и десятиминутный отдых — и я снова стану собой, — вымученно улыбнулась я.
— Тогда идем ко мне. — Дима взял меня под руку и медленно зашагал по коридору.
Чуть позже, дуя на уже вторую чашку чая, я пересказала ему то, о чем мне говорил губернатор.
— Боюсь представить, что он может сделать с вампирами, — тихо произнесла я, косясь на молодого человека с газетой в самом углу кабинета. Как много он знает? Слушает нас или поглощен чтением?
— Эти убийства изрядно нервируют Николая Львовича. Сверху на него давят, велят поскорее разобраться с этим делом, — так же тихо сказал Дима.
Я вздохнула.
— От князя тоже толку никакого. Я вообще не понимаю, он ищет убийцу или нет.
— Может, он знает и покрывает его?
— Я не знаю, — пожала плечами я, грустно смотря в чашку с черным чаем. — Он почти ничего не рассказывает мне, хоть я и его помощница.
Особенно с того дня, когда я сказал ему про Диму. Видимо, князь уже готовится отправить меня в отставку, списать со счетов. Ведь, будучи замужней женщиной, я уже не смогу выполнять обязанности его помощницы.
Вроде бы я должна радоваться, что освобожусь от этих рабских уз, но почему-то на душе у меня кошки скребли. Осознание того, что я больше не нужна князю, давило на меня тяжестью могильной плиты.
— Может, начнем патрулировать улицы? — предложил Дима. — Люди и вампиры, вместе.
— Так мы можем спугнуть убийцу, — пробормотала я в задумчивости.
— Или же его поймать.
Я подняла взгляд на Диму.
— Я поговорю об этом с князем.
И пусть я вовсе не горела желанием общаться с князем, выбора у меня не было. Разговор этот не терпел отлагательств, поэтому я поймала князя в коридоре возле его спальни, как только он из нее вышел.
Обычно полностью одетый и опрятный по вечерам князь сегодня выглядел иначе. Всегда перевязанные черной лентой волосы были распущены и разметались по расслабленным плечам. Неизменного сюртука на князе не было, а белая рубашка была расстёгнута на две пуговицы, обнажая изящную шею и ключицы, на которые я невольно засмотрелась.
— Что-то случилось? — удивился он моему внезапному появлению.
Его слова вывели меня из оцепенения, в которое я впала от его нового образа.
— Да! — слишком громко воскликнула я.
Князь нахмурился.
— Можешь говорить тише? Я почти не спал…
Я удивленно склонила голову на бок.
— Разве у вампиров бывает бессонница?
— Оказывается, бывает, — пробормотал князь, потирая виски изящными пальцами. — Так что случилось?
Я коротко обрисовала ему ситуацию и поделилась предложением Димы. По недовольному лицу князя я поняла, что он откажется от нашей идеи с патрулированием, однако он неожиданно кивнул.
— Добро. Пусть патрулируют парами: человек и вампир. Так безопаснее.
Я усиленно закивала. И добавила:
— Мы с Димой тоже будем патрулировать по мере возможности и…
— Исключено! — оборвал меня князь. — Это опасно.
— А если мы возьмем собой Данияра?
— Я отправил его по делам в Санкт-Петербург. Он не скоро вернется.
— А Генрих? — не сдавалась я.
— Он в Москве.
Я надула губы.
— Тогда попрошу Игната или…
— Я пойду с вами.
— Что? — пискнула я.
— Я пойду с вами, — повторил князь, устало глядя на меня. — Будем патрулировать втроем.
— Вот уж нет! — Я принялась отрицательно качать головой, подкрепляя свои слова действием. — Ни за что!
— Либо так, либо вы сидите дома, — развел руками князь.
— Я не согласна ни с тем, ни с другим!
— Боишься, что я начну донимать твоего женишка? — Князь скрестил руки на груди и изобразил жутковатую ухмылку.
Вместо ответа я лишь фыркнула. Невольно вспомнился тот разговор, когда я призналась князю, что боюсь его. Тогда мои слова расстроили его, но я так и не поняла, почему. Не думал же он, что после такого обращения со мной я буду его любить, а не бояться.