Одинокий медведь желает, или партия для баса (СИ)

Олеся. С подругами и дочерью.
Трындец.
— Карина-а! — радостно заорали дамы и бросились меня обнимать.
— А мы скупили в аптеке весь шипучий аспирин! — с ходу заявила Аня, дива оперетты, с которой мы познакомились во время видео-свиданий с Серым. — Утречком будем сестрами милосердия при наших мушкетерах.
Остальные не отставали, делясь своей радостью и планами на девичник, в которых я пока ровным счетом ничего не разобрала.
Я уже почти смирилась со своей нелегкой судьбой на сегодня, но не тут-то было. С ревом и визгом шин из-за поворота вылетела стая байкеров человек в десять! Я шарахнулась, потому что летели они прямиком на нас. А вот Олеся стояла скалой, словно не ее сейчас сшибут к чертям. И меня придержала за плечи.
— Роза! — завопила она, когда вся стая резко затормозила, окружив нас, и самый мелкий и наглый байкер стянул шлем.
Под шлемом оказалось довольное, раскрасневшееся и полное предвкушения женское лицо. Обычное, вполне славянское. Но с такими чертями в глазах, что мне слегка поплохело. Вот это и есть трындец и армагеддец, да?
— Привет, народ! А это счастливая невеста?! Круто! — спрыгивая с байка и даже не глядя, как здоровенный араб буквально ловит его в падении. — Я — Роза, а это Кей и Бонни.
Трындец-и-армагеддец небрежно махнула назад, обозначая еще двух сопровождающих: белобрысого верзилу в драных джинсах и живого, как ртуть, итальянца, обвешанного цацками хенд-мейд. Оба скалились так, словно наступил самый счастливый день их жизни. Остальных сопровождающих Роза не представила — значит, охрана.
— Бонни! — завопила Аня, дива оперетты, кидаясь на шею итальянцу.
Ее вопль слился со счастливым:
— Белиссима! — и не менее радостным:
— Олесья! Познакомь нас скорьей с этой смелой леди!
А я тихонько офигевала. Вот это — лорд Говард и Бонни Джеральд, да? Простые, как валенки. Ну, если не считать пяти человек охраны, незаметно рассредоточившихся по периметру, и одного араба, изображающего надежный каменный оплот в  море безумия.
Натурального безумия!
Все вопили, обнимались, меня вертели и рассматривали со всех сторон, мне целовали ручки и засыпали комплиментами на ломаном русском и чистейшем итальянском, меня допрашивали — как мне удалось и точно ли я уверена…
— Нет! Не точно! — чуть опомнившись, заверещала я и попыталась спрятаться за невозмутимого араба, чтобы хоть вздохнуть и понять, на каком я свете. — Убью Серого! Мы так не договаривались!
Вся эта гоп-компания дружно заржала, а гадский араб меня поймал и на чистейшем русском заявил:
— Не сердитесь на Сергея, он тоже пострадавшая сторона. Его не спрашивали.
Я жалобно посмотрела на Олесю, передавая ей мысленно «SOS».
— Спокойствие, только спокойствие, — уверенно заявила Роза и взяла меня за плечи. — Нас слишком много, да? Ничего, сейчас исправим. Дорогие мои, — она обернулась к лорду и режиссеру, — не желаете ли присоединиться к мальчикам? Бонни, им без тебя скучно.
— Ах, Роза, неужели ты есть меня прогонять? — итальянец сделал щенячьи глазки, а лорд радостно заржал и хлопнул его по плечу.
— Идем, Сицилия, девочки разберутся без нас, — сказал он, если в вольном переводе с английского.
— Ты разбиваешь мне сердце, Британия. Девичник, и без меня?! Мы так не договаривались! — с видом Гамлета, принца Датского, заявил (также по-английски) итальянец и тут же нагло мне подмигнул.
— Идите уже, — фыркнула Роза.
Мужчины ушли. То есть уехали на байках. Правда, перед этим оба нежнейшим образом расцеловали свою Розу. Глядя на это, я даже как-то слегка успокоилась. Ну… видно же, что несмотря на все свои странности, они счастливы и влюблены по самое некуда. Может быть, и у нас с Серым тоже получится? Хочу, чтобы и меня целовали так же нежно, и обнимали так же заботливо, и… ну, наверное, и чтобы я так же легко и уверенно отпускала Серого в его концертные туры с кучей фанаток.
— Ну-с, предлагаю считать заседание клуба жен шоуменов и олигархов открытым! Первым пунктом в повестке дня — хорошенько оторваться! — все еще не отрывая влюбленного взгляда от столба пыли, оставшегося после байков, сказала Роза. — Как насчет перемыть косточки нашим мальчикам?
 
И мы перемыли. А потом оторвались. Невозмутимый араб, оставшийся с нами, оказался отличным спецом в организации развлечений. Ну, не считая того, что был чертовски красивым мужчиной и великолепно делал массаж. А еще Роза, леди Армагеддец, оказалась вполне нормальной девчонкой, с которой очень интересно поговорить.
Я сама не заметила, как выложила ей всю свою историю вплоть до похищения.
— Какая досада, что Зубровых закрыли. Но! Остался совершенно неохваченным этот, как его… Марат!
— Фу, — я передернула плечами. — Мерзкий тип.
— Предлагаю отомстить! — подняла бокал с мохито Олеся.
— Прямо сейчас, — поддержала ее Ирина.
— Поехали! — не осталась в стороне Аня.
Ну и… что я, дура что ли, отказываться? И мы поехали мстить. Пока мальчики не видят.
Поехали мы не на чем-то там, а на лимузине. Белом. Диной отсюда и до Сочи. Его подогнал идеальный мужчина Аравийский — тот самый араб, по словам Розы, доктор исторических наук, бывший спецагент и действующий ее личный нянь-телохранитель. А также пока еще не герой ее романа, но это — обязательно!
— Она и про тебя роман напишет, — предупредила меня Ирина, поглаживая круглое пузико с Львенком. — Сопротивление бесполезно, так что расслабься и получай удовольствие.
— Мудрые слова, — кивнула английская Роза, оторвавшись от очередного коктейля. Безалкогольного. — А теперь пора обсудить, как именно будем мстить.
— Оторвем все, что отрывается? — кровожадно предложила Анна, которая за компанию тоже пила исключительно соки и минералку.
— Посадят как за человека, — покачала головой Олеся. — А нам нельзя. Нам рожать скоро, — и кивнула на Ирину.
Пузики у них были почти одинаковые. У Ирины чуть побольше. Так что — да, никакого алкоголя. И мне тоже. Хоть я и рыжая, но от коллектива отрываться на люблю. Тем более что с этой компанией и алкоголя не надо.
— Зачем нам заемная дурь? У нас своей хватит! — в самом начале кипеша выдала английская Роза, и мы все с ней дружно согласились.
Короче.
Со способом мсти ужасной решено было разобраться на месте. По ситуации. Но — без членовредительства.
На всякий случай мы остановились у художественного магазина и закупили краски в баллончиках. Хорошие краски. Плохо смываемые. И перманентные маркеры. Зачем? Ну… может, если расписать бело-золотой унитаз, в котором Маратик держит офис, уровень эстетики в городе Сочи резко повысится!
— Машину, говоришь, угнал… — кровожадно сказала Роза, когда мы выгрузились перед офисом: пять прекрасных дам и один прекрасный арабский мужчина. — А какая из них — его?
— Белый «Лексус», госномер три-три-три, — с энтузиазмом подсказал араб и подал мне баллончик с краской. Кислотно-оранжевой.
Перчатки и маску — не карантинные, а защитные — мне сунула Роза.
— Ага! — сказала я, надела перчатки, опустила забрало маски и потрясла баллончик. — Этой машине чего-то не хватает.
— Госномер неправильный, — поддержала меня Анна, держа наизготовку баллончик с зеленой краской.
— И виден плохо! — не осталась в стороне Олеся.
— Щас мы все поправим! — в один голос заявили Роза и Ирина.
— Конфетка будет! — резюмировал Аравийский и тоже опустил забрало.
В общем, мы успели расписать «Лексус» в полосочку, и я лично написала на заднем стекле большими светящимися буквами слово из пяти букв, точно характеризующее Маратика.
Он выскочил из офиса, когда я заканчивала последнюю букву «К». Заверещал. Начал грозиться полицией, натравил на нас охрану. Ну как натравил. Попытался. Когда на нас пошли три скромненьких жирненьких мужичка с грозными надписями «Охранное Агентство Аллигатор» на курточках, их вежливо остановили пятеро нескромных и подтянутых товарищей в черном. И очень вежливо попросили не вмешиваться, предъявив какие-то убедительные корочки.