Любовь на краю света

Лондон, Гросвенор-сквер
— Это просто несправедливо, — недовольно проворчала Элизабет Маргарет Кинстер, именуемая обычно Элизой.
Она стояла в одиночестве у дальней стены бального зала в доме своего старшего кузена. Этим вечером великолепный герцогский особняк сверкал яркими огнями. Здесь собралось самое изысканное общество. Разряженные в шелка и атлас, увешанные драгоценностями дамы и кавалеры предавались безудержному веселью, лица их так и лучились восторгом.
  
Поскольку лишь немногие представители избранного круга отклонили приглашение на роскошный бал, который давали Гонория, герцогиня Сент-Айвз, и ее могущественный супруг Девил Кинстер, огромный зал был полон.
Искрились хрусталем сияющие люстры, в их свете сверкали гранями бесчисленные бриллианты и отливали блеском тщательно уложенные локоны. Дамские платья всевозможных цветов и оттенков, кружащиеся в вихре вальса, напоминали яркое оперение диковинных птиц, составляя резкий контраст со строгими черно-белыми нарядами кавалеров. Смех и оживленные разговоры сливались в нестройный гул. Невообразимое смешение ароматов наполняло воздух. В глубине зала небольшой оркестрик натужно играл один из самых модных вальсов в этом сезоне.
Элиза отыскала глазами старшую сестру, Хизер, скользившую по залу в паре с красавцем женихом, в прошлом знаменитым лондонским повесой Тимоти Данверсом, виконтом Брекенриджем. Даже если бы бал не был устроен по случаю помолвки, оглашение которой ожидалось нынче вечером, довольно было увидеть, какими глазами смотрит на Хизер ее кавалер, чтобы угадать остальное. Недавний любимец светских дам превратился в верного рыцаря и раба Хизер.
А Хизер всецело принадлежала ему. Озаренное радостью лицо и сияющие глаза невесты объявляли об этом всему миру.
Несмотря на собственное плачевное положение, причиной которого во многом послужили события, приведшие к помолвке Хизер, Элиза искренне, от всего сердца радовалась за сестру.
Обе девушки потратили годы, долгие годы, пытаясь найти героев своих грез в бесчисленных великосветских гостиных и бальных залах, ведь именно там юным леди из почтенных семейств полагалось искать себе подходящую партию. Но ни Хизер, ни Элизе, ни Анджелике, младшей из сестер, не посчастливилось встретить в лондонском свете мужчину своей мечты. В конечном счете сестры пришли к заключению, что искать достойных избранников в своем ближайшем окружении бессмысленно. Следовало перенести поиски в те круги, где вращались не столь легко досягаемые, но заслуживающие внимания мужчины.
Эта стратегия уже принесла свои плоды — помогла найти мужа их старшей кузине Аманде и, пусть весьма причудливым образом, сослужила службу ее сестре-близняшке Амелии.
Тот же подход, хотя и довольно неожиданно, решил судьбу Хизер.
Определенно, для женщин из рода Кинстеров секрет успеха в поисках мужчины своей мечты заключался в том, чтобы отважно шагнуть за пределы привычного круга.
Именно это и собиралась предпринять Элиза, когда на семью обрушился поток невероятных событий: внезапно похитили Хизер, также собиравшуюся ступить в новый, неизведанный мир в надежде отыскать своего избранника. К счастью, Брекенридж спас и вернул домой пленницу. Так приключения Хизер помогли раскрыть заговор против сестер Кинстер.
Однако никто не знал, были ли целью злоумышленников лишь Хизер, Элиза и Анджелика, или опасность грозила и их младшим кузинам — Генриетте и Мэри Кинстер.
Цель и мотивы похищения так и остались невыясненными. Зачем преступникам понадобилось увозить Хизер в Шотландию? Кто стоял во главе заговора? Ответов на эти вопросы никто не знал. Но после случившегося Элизу и трех других незамужних девушек из рода Кинстеров окружили надежной охраной. Элизабет не могла и шагу ступить из родительского дома без сопровождения. Один из братьев или кузенов (что было ничуть не лучше) непременно следовал за ней по пятам.
Или маячил поблизости.
Теперь Элизе не приходилось и мечтать о том, чтобы проникнуть за пределы избранного круга, к которому принадлежала ее семья. Стоило бы ей лишь попробовать, как тотчас сильная рука брата или кузена схватила бы ее за локоть и бесцеремонно оттащила назад.
Элиза неохотно признавала, что братьев с их чрезмерной опекой можно понять, но… Сколько же можно? Ее неусыпно охраняли целых три недели и, похоже, не собирались ослаблять бдительность. «Мне уже двадцать четыре. Если я не найду своего героя в этом году, то на следующий год меня можно будет выкинуть на свалку, как старую рухлядь».
У Элизы не было привычки бормотать себе под нос, но бал подходил к концу, и становилось ясно, что этот прием, подобно остальным светским раутам, не принесет ей ничего путного. Вот почему она подпирала стену, скрываясь в тени пальмы. Ей опротивело улыбаться, изображая притворный интерес к благопристойным молодым джентльменам, весь вечер добивавшимся ее благосклонности.
Будучи благовоспитанной родовитой леди с богатым приданым, Элиза не испытывала недостатка в поклонниках. Мисс Кинстер осаждали толпы молодых «Ромео». Однако, как ни прискорбно, она не испытывала ни малейшего желания разыгрывать «Джульетту» с кем-либо из них. Подобно младшей сестре, Элиза верила, что узнает своего суженого если не в первое мгновение, как только его увидит (на это надеялась Анджелика), то проведя несколько часов в его обществе.
В отличие от сестер Хизер всегда сомневалась, что сумеет узнать при встрече своего героя, и оказалась права. Она много лет была знакома с Брекенриджем, хотя и поверхностно. До похищения она не подозревала, что этот человек предназначен ей в мужья самой судьбой. Кузина Катриона, жена Ричарда Кинстера, сказала на это, что Хизер следовало внимательнее вглядеться в своего суженого. Катриона, земное воплощение древнего божества, известного в Шотландии как Богиня Владычица, обладала даром предвидения, и к словам ее стоило прислушаться.
Катриона дала Хизер цепочку с кулоном, магический талисман, который помогает найти истинную любовь. Украшение должно было перейти от Хизер к Элизе, затем к Анджелике, Генриетте и Мэри, чтобы потом вернуться в Шотландию, к дочери Катрионы, Лусилле.
Элиза задумчиво коснулась рукой изящной, украшенной аметистами цепочки, обвивавшей ее шею. Кулон из розового кварца прятался под корсажем. Цепочку скрывали высокий ворот и тонкое кружево модного фишю, дополнявшего золотистое шелковое платье с низким овальным вырезом.
Элиза удрученно вздохнула. Теперь украшение принадлежало ей, но где же долгожданный герой, которого поможет распознать талисман?
Уж точно не в этом зале. Чуда не произошло: ни один джентльмен, хотя бы отдаленно похожий на героя, так и не появился на балу. Не то чтобы Элиза надеялась увидеть его здесь, на великосветском приеме в самом сердце Лондона. И все же ее охватило разочарование.
Встретив мужчину своей мечты, Хизер хотя и непредумышленно, но бесповоротно преградила путь сестре. Герой Элизы не принадлежал к ее кругу, но отныне она не могла улизнуть из дома, чтобы пуститься на поиски своего суженого.
«И что мне теперь делать, черт побери?»
Лакей, скользивший вдоль стены с серебряным подносом на вытянутой руке, услышал ее бормотание и, повернувшись, всмотрелся в тень за пальмой. Элиза едва взглянула на слугу, он же, едва увидев ее, выступил вперед и произнес, протягивая поднос:
— Мисс Элиза! — В голосе его слышалось облегчение. — Какой-то джентльмен просил доставить вам это. Должно быть, прошло добрых полчаса. Мы не могли разыскать вас среди гостей.
Элиза недоуменно нахмурилась. Какому еще нудному поклоннику вздумалось посылать ей записки? Она взяла с подноса сложенный листок бумаги.
— Спасибо, Камерон. — Этот лакей служил в доме родителей Элизы, его прислали в Сент-Айвз-Хаус помочь местной прислуге в день бала. — Кто это был? Вы не знаете?
— Нет, мисс. Письмо вручили не мне, а кому-то из слуг. Оно перешло ко мне из третьих рук.
— Спасибо.
Элиза кивнула, отпуская лакея.