Олимпиец. Том III (СИ)
***
Царь Коринфа с улыбкой смотрел на закрывшуюся дверь и… слушал. И только когда шаги окончательно затихли, он повернулся к темной фигуре справа и медленно кивнул.
— Дело сделано.
— Только если мальчик ничего не заподозрил.
— Заподозрил? — рассмеялся Сизиф. — Пусть ты и величайший воин, я — величайший хитрец. Не волнуйся. Повелитель будет доволен.
Холодная улыбка была ему ответом.
Повелитель будет доволен.
***
— Величайший хитрец? — тихо пробормотал и плавным движем отлип от двери с другой стороны. — Кажется, царь давно не выбирался в реальный мир. А ты что думаешь?
— Гаф!
— Согласен. Мы его разочаруем.
Глава 14. Храм в тумане
— Еще раз!
Руки болели, а суставы жгло будто каленым железом. Я закрыл глаза и закусил губу. Сильно. До крови. Но резкая боль придала сил, добавила раздражения.
Подбородок пошел вверх, с ним грудь и плечи… Еще одно титаническое усилие…
Перекладина!
— Все. Закончил.
Я разжал руки, приземлился на деревянный настил комнаты и со стоном рухнул на пол. Но ни боль в теле, ни заливающий глаза пот никак не мешали моей довольной улыбке. Почему я улыбался? Ну как?
Не каждый раз день подтягиваешься пятьсот раз.
Без остановки.
Какой там мировой рекорд? Около шестисот, вроде. Еще немного и меня в книгу рекордов Гиннеса можно записывать. Правда только в моем мире, к сожалению. Что-то мне подсказывает, что местные «белые» из Альф или Омег легко и под миллион осилят.
Будь у них лишний месяц, конечно.
— Ты чего разлегся? — послышался знакомый голос. — Устал?
Я с трудом разлепил левый глаз.
Надо мной стояла подтянутая фигура мужчины в кирасе с медными вставками. Простые кожаные поножи, закрывающие запястья стальные наручи, длинное деревянное копье в правой руке…
Черт. Похоже, отдохнуть мне не дадут.
Воин легонько пнул меня ногой. Мог бы сильнее, но сегодня он приоделся, даже традиционные кожаные сандалии нацепил. Как тогда, в момент нашей первой встречи.
Сколько воспоминаний…
— Поднимайся, Эфеб. Солнце еще высоко.
Какое солнце? Мы мало того, что внутри здания, в котором по задумке архитектора окон не существовало в принципе… Так еще и в Подземном Царстве. Тут вообще солнца не бывает. Максимум, лёгкий ветерок и непонятно откуда взявшийся дождь.
Ладно.
Я легко вскочил на ноги, отряхнул белый хитон от пыли и несколько раз подпрыгнул на месте. Боль в суставах и тяжесть никуда не делись, но… Драться я могу. А именно от меня и хотели.
Драки.
Мужчина коротким свистом привлек внимание и перебросил свое копье. Сам же отошел к стене, взял со стенда с оружием еще одно, только раза в полтора больше. Проверил пальцем остроту, сделал несколько пробных тычков, и только после этого поднял на меня изучающий взгляд.
— Готов, Эфеб?
— Начинаем.
Я привычно крутанул древко между пальцев и занял позицию. Левая нога отведена вперед, правая согнута в колене и напряжена. Острие копья смотрит вниз. Глаза на противника.
Все, как меня учили.
— Стопу левее и спину распрями. И сожми древко, что оно у тебя трясётся словно у пьяницы. Ты мужичина или тряпка?
Вот только я еще не все выучил…
Впрочем, я видел, что воин доволен. Моими способностями и особенно скоростью, с которой я прогрессировал. Понятное дело, мне он об этом никогда не скажет. Проще удавиться.
Гордая скотина.
Так что приходилось по старинке — читать микровыражения на лице. Благо к этому моменту я выучил их просто прекрасно. Щурит левый глаз и слегка поджимает губы — доволен. Орет на тебя благим матом — нет.
Легко и просто.
— Сегодня полный контакт, — лениво заметил воин, когда встал напротив меня в круг и расправил плечи. — Готовься.
Против воли на губах появилась усмешка. Полный контакт? Ну наконец-то.
Я давно этого ждал.
Веки закрылись сами собой. Мысли привычно скользнули в глубину разума. Туда, где меня ждала Черная Комната. Туда, где меня ждал Символ.
Я открыл глаза.
Усталость испарилась, а копье — неудобное и тяжелое еще секунду назад — казалось легче перышка. Но вместо с этим накатило… Раздражение? Нет, не совсем.
Как бы это описать… Будто зудит кончит носа, но почесать нельзя. Что-то в этом духе, но в миллион раз хуже.
Будто зудит все тело.
— Не сопротивляйся, — понаблюдав за моими мучениями пару секунд, пристукнул по полу копьем воин. — Просто расслабься и все.
Легко сказать — «просто расслабься». Каждый раз такое чувство, что меня облили бензином и подожгли. И каждый раз я ждал, пока ощущение пропадет.
И я начну действовать.
Правая нога — словно сама чувствуя ошибку — сместилась чуть назад, а спина наклонилась вперед и вправо. Если раньше меня пошатывало из стороны в сторону, то сейчас… Сейчас я нашел идеальный баланс.
— Неплохо, Адриан.
Глаза воина скользнули по моей фигуре. Он автоматически подмечал ошибки и недостатки, чтобы ткнуть меня в них носом. Он это дело вообще любил.
Но не в этот раз. В этот раз ошибок не было. Стойка была идеальной.
Левый глаз война довольно прищурился.
— Совсем неплохо. Гораздо быстрее чем в прошлый раз.
Еще бы. В прошлый раз, я так минуты три стоял. А в этот раз секунд тридцать, не больше. И это заметили. Даже оценили.
Я не смог удержаться от усмешки.
— Это что, похвала? Или мне показалось?
— Показалось, — хмыкнул вояка. — Начинаем.
На голове воина медленно разгорался Символ, а поза резко изменилась. Копье в правой руке, левая нога вперед, наконечник смотрит вниз.
Знакомая стойка. Зеркальная копия моей. Что, впрочем, неудивительно.
Как-никак у нас с ним один Символ на двоих.
***
За полтора месяца до этого.
— Подай мне! — провыл содрогающийся мужчина в яме. — Умоля-я-яю!
— Не ко мне, дружище. Уж извини.
— Выродок! Пусть выпадут твои глаза и отсохнет язык. Пусть вороны выклюют тебе печень, а волки растерзают…
Я не стал дослушивать, что мне еще пожелает этот симпатяга и лениво поднялся с края. По пути протянул руку и сорвал с дерева парочку сочных яблок. Мне не помешает, а пленнику бесполезны.
— Верно я говорю? — хрустнул я яблоком и подмигнул мужчине в яме.
В ответ на меня обрушился еще один поток ругани.
— Тоже так думаю.
Я погладил Цербера по мохнатой голове, угостил долькой — тот прихрумкивая сожрал ее в мгновение ока и теперь скулил, прося еще — а сам направился к выходу из пещеры. И только перед тем, как выйти, обвел своеобразную камеру прощальным взглядом. Хмыкнул, развернулся и пошел дальше.
Забавное наказание, конечно. В изобретательности отцу не откажешь.
Посредине крохотной пещеры располагаясь глубокая яма, на дне которой стоял скованный цепями по рукам и ногам пленник.
Это я предполагаю, что тот был скован. Потому что сам-то я не видел. Почему? Да потому что почти до самого верха яма была наполнена мутной зеленоватой водой. Есть у меня предположение, что раньше та было почище, может даже, кристально прозрачной, но… Эти годы давно прошли.
Так что как-то так. Мутная и зеленая.
Но на этом дело не заканчивалось. Прямо над головой пленника — причем буквально над головой, сантиметрах в тридцати, не больше — свисали ветви яблони. С роскошными спелыми плодами, конечно.
— Которые ты уже почти все сожрал, — пробухтел я, скармливая псине предпоследнюю дольку. — У тебя совесть есть?
— Гаф!
— Оно и видно.
Я погладил щенка по рыжеватой шерсти. Тот зевнул, ткнулся в меня мокрым носом и закрыл все шесть глаз. А нет, один все также посматривал на выложенную камнем дорогу под ногами, по которой мы топали последние пару минут.
Не доверяет новому хозяину? Даже обидно как-то.
Так вот. Обратно к пленнику.
Каждый раз, когда тот поднимал руки вверх и пытался сорвать себе завтрак, — или обед, или ужин, мои часы тут не работают — дерево прощально помахивало ему ветвями и разгибало ствол. С водой то же самое, только, как я понял, та просто исчезала.