Вне запретов (СИ)

— Что не так? — спрашиваю я, переводя взгляд с одного на другого. — Папа, почему ты здесь?
— Моя малышка всегда была сообразительной. — Бросается в глаза его сильный русский акцент. — Присаживайся, — подбадривает он.
Я сажусь рядом с мамой, а он — по другую сторону от меня. Я снова перевожу взгляд с одного на другого, желая, чтобы это зловещее чувство рассеялось. Не знаю, сколько еще смогу это выносить. Он умирает?
— Я слышал, что с тобой случилось. Вчера, перед тем как прилететь сюда, я провел весь день с ФБР в Вашингтоне. Просмотрев отчет, мы нашли несколько совпадений.
— Что? Я не понимаю. Зачем ФБР звонило тебе, и как они узнали твой номер?
Я начинаю трясти ногой и одергивать рубашку. Рок, Рик и Богдан были русскими.
— Это расследование привело их ко мне, детка.
Моя голова становится тяжелой, и возникает ощущение, что я нахожусь под водой. Делаю несколько глубоких вдохов. Этого не происходит. Неужели мой отец замешан в чем-то незаконном, из-за чего я оказалась втянутой в эту историю?
— Меня взяли в заложники и удерживали ради выкупа из-за тебя? — выпаливаю я.
— Позволь мне объяснить, милая.
— Я была… — кричу я и пытаюсь спрыгнуть с дивана, но он хватает меня.
— Позволь ему объяснить, Шивон, — впервые заговаривает мама.
Я еще несколько секунд извиваюсь в его объятиях, прежде чем сдаться. Мое молчание — его сигнал к продолжению.
— Моя семья — это Братва в России.
— Братва? — Мне нужно, чтобы слова обрели смысл.
— Русская мафия, — уточняет он. — Мой отец уважал, что я не хотел иметь ничего общего с такой жизнью, поэтому, когда я стал достаточно взрослым, переехал в Америку. Я встретил твою маму и сразу же влюбился. Мне понравилось, что она была пылкой ирландкой. Она дополняла меня, и я понял, что нашел свою вторую половинку.
— Так почему же ты изменил ей и разбил сердце? — бросаю я вызов. Меня бесит, что он косвенно участвовал в моем похищении, поэтому я прямолинейна.
— Я никогда не изменял. Я создал иллюзию, чтобы оттолкнуть ее.
— Зачем, черт возьми?
Я прислоняюсь спиной к дивану и скрещиваю руки на груди. Мужчины такие глупые. Грейсон сделал то же самое.
— Мой отец когда-то был главарем, а его единственный брат был заместителем босса. Когда отец скончался, дядя потребовал, чтобы я вернулся. Здесь у меня была новая личность, и он не знал о моей семье. Я должен был установить некоторую дистанцию между мной и твоей матерью, и что она не будет искать меня.
— Почему ты просто не мог быть честным и сказать ей? Скажи мне? Мне было тринадцать, когда ты ушел. Я видела как она ломалась. У меня не было никого, кто мог бы меня утешить. Я поверила в историю о том, что ты ушел, чтобы стать фотографом-фрилансером и путешествовать по миру.
— Я не мог впутывать ни ее, ни тебя. Мужчина, которого вы оба знали и любили, должен исчезнуть. Я намеревался заставить ее думать, что я придурок, это причинило ей боль, но однажды она бы забыла обо мне. Я, насколько мог, старался поддерживать связь под вымышленной личностью, чтобы наблюдать, как ты растешь, и не мог подвергать опасности ни одну из вас.
— За исключением тебя, — замечаю я.
— Да, — торжественно признает он.
— Теперь понятно, почему мне дали мамину фамилию, а не твою. Какое твое настоящее имя?
— Тебе лучше не знать.
— По-видимому, нет, — парирую я.
— Шивон! — говорит моя мама, пытаясь меня успокоить.
— Она имеет полное право расстраиваться, — говорит отец моей маме. — Просто знай, что я всегда буду твоим отцом, и очень сильно люблю тебя. Моя вымышленная личность предназначена для того, чтобы уберечь тебя от дальнейшего вреда.
— Ты все еще не сказал мне, как связан с моим исчезновением.
— Ну, как только мой дядя стал новым босом, он попросил меня занять его место заместителя. Один из его солдат, Богдан, смог нащупать след, хотя мне казалось, что я разорвал все связи, когда развелся с твоей мамой. Возможно, ты слышала, как ФБР упоминало его имя. Он держал это в секрете от моего дяди. Богдан хотел использовать свое открытие для продвижения по служебной лестнице, поэтому рассказал об этом лишь избранным, чтобы осуществить свой план.
  
— Какой план? — Теперь папа полностью завладел моим вниманием.
— Ты сообщала о звонках, во время которых звонивший просто дышал, а не разговаривал. Что в твоей машине кто-то покопался, в результате чего тебя госпитализировали со сломанной лодыжкой. Все это было до того, как тебя похитили?
— Да.
— Это были они. Все их действия были предупреждениями. Они пытались выманить меня из укрытия. Они знали, что меня нет в Штатах, но не знали где именно я нахожусь. В какой-то момент твой телефон поставили на прослушку.
Я широко открываю рот. Смотрю на маму, и она вытирает одинокую слезинку.
— Это так нереально.
— Но это еще не все. Они хотели, чтобы ты связалась со мной или рассказала, что происходит если я свяжусь с тобой. Я бы понял, что предупреждение адресовано мне, и вернулся бы в Россию, чтобы занять свое место под началом моего дяди. Придурки получили бы признание и повысили свой рейтинг.
— Но я не говорила ни тебе, ни маме. Я не хотела ее волновать. Сначала я даже не была уверена, что эти инциденты связаны между собой.
Мама встает и направляется на кухню, где наливает себе бокал вина. Все это для нее стресс, хотя уверена, что 0отец посвятил ее во все еще до того, как я приехала сюда.
— Я знаю, милая. Проследив за тобой, они узнали о твоем приятеле-профессоре и о том, что он очень богат. Они рассматривали это как способ удвоить ставку. Их план состоял в том, чтобы взять тебя в заложники с целью получения выкупа, но они не собирались тебя отпускать. Они хотели получить деньги, а после твоей поимки заставить меня вернуться в Россию.
— И что теперь?
Я молюсь, чтобы он не сказал, что мы должны скрываться или сменить личность.
— ФБР пригласило меня, чтобы помочь соединить кусочки этой головоломки. Я снова прошу прощения за то, что должен исчезнуть, но на этот раз я не хотел делать этого без каких-либо объяснений. Я свяжусь с тобой и твоей мамой, когда все немного уляжется. ФБР до сих пор проводит расследование в отношении моей семьи.
— Мы в безопасности? Не предпримут ли они еще одну попытку?
— Мы так не думаем. За вами наблюдают ФБР, пока не убедятся, что тебе и твоей матери ничего не угрожает.
— Но что, если за мной пришлют большее количество?
— Ответственные за это люди уже взяты под стражу, включая Богдана. На данный момент они убиты в тюрьме.
— Кто их убил?
— Это не те вопросы, которыми тебя должны волновать. Просто знай, что те, кто был вовлечен в это, не дожили до того, чтобы раскрыть мою прежнюю личность или то, что у меня есть семья. Вот почему я не могу назвать тебе свое настоящее имя. Это для твоей безопасности.
По моим щекам текут слезы, и я понимаю, почему моя мама такая грустная. У нас есть всего несколько мгновений, прежде чем папа уйдет, и я не знаю, надолго ли на этот раз. Мама узнала, что мужчина, к которому она питала порочные чувства, мужчина, который отравлял все отношения после него, на самом деле имел причину разбить ей сердце. Он никогда не переставал любить ее. Он защищал свою семью. Он принес величайшую жертву, чтобы мы могли продолжать жить в мире. Но теперь, когда мама знает правду, все равно не может быть со своей любовью. И снова вмешивается судьба и прокладывает свой собственный путь. Как и в нашей с Грейсоном ситуации. Судьба — злая сука, которая разрушает отношения. Это больно, когда ты так сильно любишь кого-то, но обстоятельства мешают развитию событий.
Папа встает, и я тоже. Обнимаю его так крепко, как только могу.
— Это не твоя вина, папа. Хочу, чтобы ты знал, что я на тебя не злюсь. Пожалуйста, береги себя и свяжись с нами, как только сможешь.
Он целует меня в макушку.
— Я так и сделаю, милая. Спасибо вам за понимание.
Он еще раз крепко обнимает меня, и идет к маме на кухню. Я направляюсь в свою спальню, чтобы дать им возможность попрощаться. Он дал мне возможность по-новому взглянуть на то, что со мной произошло. По крайней мере, это один из аспектов моей жизни, в котором я могу разобраться. Грейсон — совсем другая история. Я не знаю, что нас ждет дальше.