Дворянин поневоле
– Сударыня. Есть такая замечательная фраза. Страна, которая не желает кормить свою армию, очень скоро станет кормить чужую, – наставительно ответил парень. – И мой долг, как человека, принадлежащего к одной из самых известный фамилий государства, сделать все, чтобы наши солдаты имели возможность побеждать, если кому-то вдумается навязать нам войну. Не я придумал этот мир, и не мне отменять его законы. Но то, что зависит от меня, я делал и делать буду.
– Значит, вы считаете себя патриотом России? – влез в разговор еще один репортер.
– Сударь. Много лет подряд я был сиротой, не имевшим ничего, кроме собственного имени. Думаю, история эта вам хорошо известна. И только здесь, в России, я обрел семью и дом. А значит, я сделаю все, чтобы сохранить все это. Увы, к службе в армии я больше не годен. Но это не значит, что могу забыть обо всем и просто почивать на лаврах. За свой дом я буду драться. С кем угодно.
* * *– Значит, говоришь, политикой тебе заниматься не нравится? – иронично хмыкнул Алексей Михайлович, бросая на стол свежую газету. – Тогда как вот это называется?
«Пресс-конференция это называется», – подумал Сашка и, пожав плечами, ответил:
– Так языком молоть – не мешки ворочать. Плечи не болят. Главное, не врать в мелочах. Тогда чему угодно поверят.
– Ну, Саша… – князь расхохотался громко, до слез. – Ну, уморил. Как есть уморил. Это ж надо удумать?! Собрал целую толпу щелкоперов и повел их за собой, как дудочник крыс. И ведь как складно все получилось? Где только научился?
– Так яблочко от вишенки не далеко падает, – усмехнулся в ответ Сашка.
– Да ну тебя, – отмахнулся князь, снова рассмеявшись. – Вон, почитай сам.
– Так, – с усмешкой протянул парень, плюхаясь в кресло и разворачивая первую попавшуюся газету. – Ох мать твою! – охнул он, разглядев заголовок. – Солдат, не верящий в любовь! Это ж надо такое ляпнуть, – фыркнул он и, припомнив фразу из популярного фильма своего прошлого, в голос расхохотался. – «Донна Роза, я старый солдат и не знаю слов любви…» – ржал он, словно застоявшийся жеребец. – Ой, не могу… – выронив газету, парень корчился от смеха, едва не выпадая из кресла.
– Сам виноват, – утирая слезы, проворчал Алексей Михайлович. – Думать надо, кому и что говоришь.
– Вот такого бреда я точно не произносил, – простонал Сашка сквозь смех.
– Да ладно тебе смеяться, – попытался урезонить его князь. – Прочти лучше.
– Не могу, дед, – отмахнулся Сашка, пытаясь успокоиться. – Я как этот заголовок вижу, меня на смех пробивает. Лучше сам в двух словах расскажи, чего там та дура накарябала.
– Пишет, что ты считаешь все западные страны врагами империи и что простые человеческие чувства тебе плохо известны, – скривившись, коротко пересказал князь содержание статьи.
– Ну, с первым полностью согласен, а вот насчет второго она сильно заблуждается, – отмахнулся Сашка. – Ладно, что у нас еще интересного? А то я состав почти сформировал. Скоро в дорогу.
– Все-таки уедешь? – грустно спросил Алексей Михайлович.
– Деда, ну сам же видишь, то и дело дожди. Сырость эта. Ну не могу я тут долго жить. Тоскливо. Поехали со мной. Там у нас дел во, – Сашка провел ребром ладони поперек горла. – Да и ты отдохнешь от этого гадюшника. Пусть молодые в этом болоте бултыхаются. Не вечно же тебе их за ручку водить.
– Не могу пока, – вздохнул князь с явным сожалением. – На Дальнем Востоке с каждым днем дела все хуже.
– Дед. Сведи меня с тем полковником, что гранаты принимал, – вспомнив о своей идее, попросил Сашка.
– Зачем тебе? – удивился князь.
– Есть толковая идея. Легкая переносная мортира. Он, как я успел понять, артиллерист и сможет понять меня гораздо лучше других.
– Только идея, или уже успел продумать что-то конкретное? – подобравшись, уточнил Алексей Михайлович.
– Хоть завтра можно будет опытный образец собрать.
– Тогда тебе не к нему, а снова на Путиловский завод надо. Собери, проверь, а уж потом будешь с ним говорить. Но учти, с такой штукой комиссию уже не он возглавлять станет.
– Генерала пришлют? – понимающе скривился парень.
– Угу. Но если тот полковник примет, то сумеет протолкнуть твою задумку.
– Что, денег ему дать? – прямо спросил Сашка.
– Не вздумай, – рыкнул князь. – Я с этим делом борюсь, как могу, а тут собственный внук.
– Понял, ерунду сморозил, – покаянно кивнул Сашка. – Тогда поехали на завод.
– Сегодня я не могу, – со вздохом сожаления качнул старик головой. – Секретаря моего с собой возьми.
– А ты как же? – не понял Сашка.
– А он мне все бумаги уже приготовил, – отмахнулся князь. – Все равно у меня сегодня доклад его величеству, а потом буду весь вечер советы давать.
– А он сам способен хоть что-то решить? – саркастически поинтересовался Сашка. – Ты не сердись, – опередил он реакцию деда. – Но я только и слышу: то спрашивает, это спрашивает. А своей головой подумать, как? Не судьба? Или религия не позволяет?
– Саша!
– Скоро двадцать лет как Саша, – вяло огрызнулся парень. – С собственной бабой разобраться не может. И ты хочешь, чтобы я в таком болоте служил? Да пропади оно пропадом.
Сашка и сам не понял, с чего вдруг так завелся. Но припомнив известные факты из истории своего мира, не мог остановиться.
– Давно бы разогнал всех этих лизоблюдов, а толковых людей к себе приблизил. А то смотрит на родословные, словно на собачьих бегах или лошадей разводит. А они ничего, кроме собственных карманов, не видят и знать не хотят.
– Ты чего взбесился? – удивленно поинтересовался князь.
– А что мне ему, осанну петь? Война на носу, а он непонятно чем занят. Небось, еще и договоры с европейцами всякие подписать желает.
– Да как же без них-то? – удивился Алексей Михайлович.
– Договоры с этой швалью могут быть только торговые. Всё. Остальное не стоит даже бумаги, на которой оно написано. Предадут, как только выгоду почуют. Сам знаешь, так уже много раз было.
– Было, – вздохнул князь, нехотя признавая правоту внука. – Ладно, Саша. Разговор этот бесполезен и не имеет смысла. Все равно будет так, как он решит. В общем, бери секретаря и езжай на завод. А я во дворец поеду. Время.
Кивнув, Сашка поднялся и, выйдя из кабинета, сообщил подскочившему лейтенанту, что он временно поступает в его распоряжение. Чуть подумав, тот коротко кивнул и, прихватив блокнот и коробочку с уже очиненными карандашами, надел шинель. Вышедший в приемную следом за внуком князь, глядя на эти приготовления, чуть улыбнулся и, обращаясь к секретарю, попросил:
– Вы, голубчик, присмотрите, чтобы этот бешеный, – тут он указал на внука, – там буянить не начал. А то местные инженеры горазды людей до белого каления доводить. Так что вы с ними построже. Похоже, у Саши очередная толковая идея возникла.
– Все сделаю, ваше сиятельство. Будьте покойны, – заверил лейтенант, с интересом поглядывая на парня.
Они вышли на крыльцо и, дождавшись машину, уселись в салон. Автомобиль тронулся, и лейтенант, кивая на папку в руках у Сашки, тихо спросил:
– Очередная винтовка? Или снова пистолет?
– Легкая мортира. Примерно ротного уровня. Калибр небольшой, но при этом высокая скорострельность. А самое главное, можно использовать как на равнине, так и в горах. С ее помощью можно уничтожать живую силу противника, находящуюся в укрытиях, – принялся объяснять Сашка, открыв папку и демонстрируя офицеру свои чертежи.
– Интересно. Нет, правда. Очень интересно. А главное, просто в изготовлении, – моментально оценил лейтенант.
Внимательно изучив чертежи, он удивленно покачал головой и, возвращая чертежи, добавил:
– Умеете вы удивить, Александр. Признаться, опыта боевого у меня нет, но даже мне понятно, что с таким оружием любого противника очень сильно удивить можно. Я только одного не понял. А калибра она какого?
– А какую трубу найдем, такого и будет, – усмехнулся Сашка. – Уж снаряды подходящие отлить из чугуна не сложно. Тут вопрос во взрывателе встает. Кстати, у вас выход на артиллерийские склады есть?