Дворянин поневоле
– И слава богу.
Машина въехала на территорию завода и остановилась, князь полез было в карман, но Сашка опередил его. Достав монету достоинством в полтину, он открыл дверь и, подозвав инвалида, вложил ее ему в ладонь.
– Многовато будет, ваше сиятельство, – растерянно проговорил ветеран, протягивая монету обратно.
– В самый раз, отец, – улыбнулся Сашка, глядя в глаза этому пожилому человеку.
– Знакомься, Прокоп, – окликнул его из машины Алексей Михайлович. – Внук это мой. Александр.
– Весьма рад знакомству, ваше сиятельство, – подтянувшись, улыбнулся ветеран.
– И я рад, – кивнул Сашка и, усаживаясь в машину, добавил: – Надеюсь, еще свидимся. Я смотрю, ты, дед, тут всех знаешь, – повернулся он к князю.
– Прокоп и его десяток в охране у меня стоял, когда мы в турецком походе были. Там его и ранило. Ну, а я не забыл. Сюда пристроил, – грустно улыбнулся Алексей Михайлович. – Справный солдат был. Да и сейчас себя блюдет. И главное, к горькой равнодушен.
– Значит, на обратном пути еще денег дам, – сделал вывод Сашка. – Я не обеднею, а ему все легче.
– Лучше придумай, куда можно три десятка таких ветеранов пристроить. И не просто так, а к делу, – буркнул Алексей Михайлович.
– Все инвалиды? – деловито спросил Сашка.
– Нет. Списывать их станут. По возрасту.
– Пьют?
– В меру, – удивленно ответил князь.
– Присылай в имение. Найду им занятие. – решительно заявил парень.
– Ты решил полстраны в те степи перетащить? – поддел его старик.
– Ну, не все так глобально, но из такой команды я запросто на своей земле отряд охраны порядка сделаю. Будут присматривать, чтобы чужаки не озоровали да местные огненной водой не увлекались. А то полиции пока дождешься, сам сдохнешь.
– У тебя ж там казаки под боком.
– Казаки, – это ударная сила, на тот случай, если нужно срочно кому мозги вправить. Как тем туркам. А на каждый день их привлекать не станешь. У них и своих дел хватает. Да и земля там моя. В смысле наша, – поправился он, припомнив, что имение ему было выдано просто в пользование.
– Да бог с тобой, Саша. Твое это имение, – тихо рассмеялся князь. – Мне не до него всегда было. Есть и есть. Главное, что не в долг существует.
– Ну, насколько я помню, доход у нас с него хоть и не очень большой пока, но регулярный, – проворчал Сашка, почесывая в затылке.
– И все твоими стараниями, – кивнул князь. – Так что делай там все, как сам решишь.
Автомобиль подъехал к приземистому двухэтажному зданию из красного кирпича, и Алексей Михайлович, выбравшись из салона, негромко сказал, кивая на вход:
– Тут особо огрызаться не позволяй. Говори то, что считаешь нужным, и не уступай.
– А что тут такое? – не понял Сашка.
– А тут у них местные инженеры и изобретатели сидят. Та еще публика. Палец в рот положишь – по локоть руку откусят.
– А я по самую голову отгрызу, – хищно усмехнулся парень и решительно толкнул дверь.
Они поднялись на второй этаж, и князь, войдя в большое светлое помещение первым, громко поздоровался:
– Добрый день, господа. Позвольте представить. Мой внук, князь Тарханов, Александр Викторович. Тоже в своем роде механик и изобретатель. У него есть кое-какая идея, и я хочу, чтобы вы ее оценили.
Комната чем-то напоминала помещение КБ в его мире. Широкие окна, чертежные доски, письменные столы и клубы табачного дыма. Чуть усмехнувшись, Сашка шагнул вперед и, прихватив с ближайшего стола чистый лист бумаг и карандаш, быстро набрасывая гранату в разрезе, принялся пояснять:
– Все просто, господа, как и все гениальное. Чугунный корпус в виде лимона, с насечками, сделанными во время отливки. Наполнитель, тротил. Запал, он же замедлитель, трубка с бойком и капсюлем от винтовочного патрона. Ниже набивается черный порох. Выдергиваете чеку, удерживая пальцами рычаг, бросаете, рычаг откидывается, и боек бьет по капсюлю. Дальше, я думаю, все понятно.
– И каков радиус действия? – задумчиво поинтересовался один из инженеров.
– Ну, на двадцать шагов точно всех достанет. А дальше… – Сашка пожал плечами. – Тут все от количества взрывчатки зависит.
– А насечки зачем? – спросил другой.
– Для уверенного разделения корпуса на фрагменты. Эти фрагменты и есть те самые поражающие элементы. Осколки, проще говоря.
– Варварская какая-то штука получается, – проворчал третий инженер.
– А война вообще сплошное варварство, – жестко усмехнулся Сашка, указывая на свой шрам. – Чтобы не было вопросов. Я сам воевал.
– И где, позвольте узнать? – недоверчиво протянул третий инженер.
– Французский Иностранный легион. Африка. Без малого пять лет. Списан после получения тяжелой контузии, – твердо ответил ему парень, глядя в глаза. – Так что я знаю, что такое оружие и для чего оно предназначено.
– Понятно, – заметно смутившись, ответил инженер, отступая назад.
– Что скажете, господа? Будет эта штука работать? – вывел их из задумчивости Алексей Михайлович.
– Вполне, – помолчав, кивнул первый инженер.
– В таком случае я попрошу вас дать задание вашим специалистам отлить и изготовить десяток таких гранат для испытания. Срок – неделя, – тут же взял быка за рога князь. – По результату будем решать, что доработать и когда показать эту штуку комиссии ГАУ.
– С чего такая спешка, ваше сиятельство, – осторожно поинтересовался первый инженер. – Мы собираемся с кем-то воевать?
– Хочешь мира, готовься к войне, как говорили древние, – пришел на выручку деду Сашка. – Нашу с вами страну готовы растерзать на куски в любой момент. И это не фигура речи. Я лично видел карту, где вся территория империи разделена на колонии, принадлежащие западным державам. Так что не нужно благодушия, господа. И еще. Я сегодня же подам документы на оформление патента на данное изобретение, чтобы избежать его утечки. Речь идет не о вас, а о тех, кто имеет возможность заглядывать вам через плечо.
– Это серьезное обвинение, ваше сиятельство, – проворчал третий инженер.
– Я разве кого-то обвинил? – иронично поинтересовался Сашка. – Я просто хочу защитить свое изобретение.
* * *Тяжелое чугунное яйцо перелетело бруствер и спустя секунду там грохнуло. Внимательно наблюдавшие за испытаниями офицеры удивленно переглянулись и дружно пожали плечами.
– Похоже, вас, господа, эта демонстрация не впечатлила, – понимающе усмехнулся Сашка.
– Взрывается достаточно серьезно, но как оценить результат? – скептически проговорил полковник с петлицами артиллериста.
– Прошу прощения, господин полковник. Для чего серьезно? – тут же поддел его один из инженеров-оружейников, который входил в оппозицию новому оружию.
– Я вас понял, господа. Думаю, это все поправимо. Одну минуту.
Сашка и вправду был готов к чему-то подобному, и потому, по его команде, еще дома слуги оббежали все близлежащие ателье и магазины, где выкупили все старые манекены. И вот теперь по его сигналу солдаты из полигонной команды принялись устанавливать привезенные манекены в окопе. Дождавшись, когда все будет готово, а над бруствером будут торчать деревянные плечи, Сашка повернулся к членам комиссии и, пряча усмешку, спросил:
– Господа. Я надеюсь, никто из вас не думает, что эти манекены были повреждены мной заранее? Если у кого-то есть какие-то сомнения, прошу. Можете убедиться в их целостности сами.
– Господь с вами, князь. Это уж совершенная глупость, так о вас думать, – отмахнулся полковник, с интересом глядя на эти приготовления.
Полковник был председателем этой комиссии, и спорить с ним никто не решился, хотя Сашка видел, что кое-кому очень хочется, чтобы его новинка провалилась. Кивнув в ответ, парень дал сигнал гранатометчику, и крепкий, широкоплечий унтер достал из ящика очередную гранату. Зажав пальцами рычаг, как учили, он одним быстрым движением выдернул чеку и, размахнувшись, ловко закинул гранату в окоп.
Раздался взрыв, Сашка, дождавшись, когда пыль осядет, пригласил: