Дворянин поневоле

– Готов. Отличный выстрел, князь. Прямо в сердце.
– На таких расстояниях я давно уже не промахиваюсь, – равнодушно пожал Сашка плечами и, вернув оружие в коробку, принялся осторожно стаскивать с себя пиджак. Нужно было обиходить рану.
– Ваша очередь, – повернулся поручик к виновнику всего случившегося. – Выбирайте оружие.
– Пистолеты, – едва слышно всхлипнул тот.
К столу с оружием он шел, подволакивая ноги и опустив голову ниже плеч. Но когда ему предложили сделать выбор пистолета, вздрогнул и заплакал. Все собравшиеся в зале принялись растерянно переглядываться. Сашка, глядя на это убожество, только головой покачал, презрительно скривившись.
– Господа. Прошу вас. Не надо, – всхлипывая, взмолился мужчина. – Я уеду из города. Совсем уеду. За границу. Прошу вас. У меня дети.
– Поручик, не пачкайте руки об это ничтожество, – не удержавшись, громко произнес Сашка. – Прошу прощения за вмешательство, господин полковник, но это уже не поединок. Я даже слова не могу подобрать ко всему этому, – пояснил он, презрительно кивая на плачущего мужика.
– Вы правы, князь. О чести тут и говорить не приходится, – мрачно кивнул полковник. – Поручик, прикажите солдатам выкинуть это из зала, – велел он, выделяя голосом ключевое слово. – Дворянину о такое пачкаться противно.
Прапорщик, командовавший солдатами, выглянул за дверь и что-то негромко скомандовал стоявшему там унтеру. Спустя три минуты двое солдат с винтовками наперевес подхватили все еще плачущего мужчину под локти и вывели из зала. Еще четверо уложили тело председателя на носилки и понесли к выходу из здания. Штабс-капитаны, подчиняясь жесту полковника, быстро собрали все принесенное оружие и ушли. Оставшиеся офицеры, задумчиво переглядываясь, принялись расставлять столы обратно и поглядывать на командира.
– Глеб Михайлович, я предлагаю отметить нашу маленькую победу, – сказал Сашка, понимая, что ситуацию надо как-то выравнивать. – Любезный, – повернулся он к распорядителю. – Передайте на кухню, что господа офицеры изволят отужинать в данном заведении. Господа, я угощаю. Господин прапорщик, снимите оцепление и отправьте солдат в казармы, а сами возвращайтесь сюда. Думаю, нам всем требуется немного выпить и поесть. Признаться, после стрельбы мне всегда есть хочется, – попытался он закончить свою речь шуткой.
Офицеры заулыбались, вопросительно поглядывая на полковника. Чуть подумав, тот кивнул и, решительным движением расстегнув верхний крючок своего френча, сказал:
– Вы правы, князь. Выпить нам всем действительно не помешает. Господа, прошу вас, – скомандовал он и, подавая пример, первым сел за стол, у которого стоял Сашка.
– Официант, принесите бинт и самое крепкое спиртное, которое у вас есть, – послышался женский голос, и к Сашке подошла высокая брюнетка в роскошном платье. – Князь, позвольте мне обработать вашу рану, – улыбнулась она, разглядывая парня с нескрываемым интересом.
– Почту за честь, сударыня, – улыбнулся в ответ он, про себя добавляя: «А тебя, подруга, похоже, мужская драка заводит».
* * *
История эта имела большой резонанс в обществе, но связываться с армейскими офицерами полиция не рискнула. Везде и во все времена армия была закрытой кастой. Зато к Сашке вопросов у них было более чем достаточно. Понимая, что давать слабину и позволять им садиться себе на шею нельзя, парень отвечал на их вопросы коротко, односложно и таким тоном, что от него свежее молоко могло скиснуть. Дошло до того, что он отказался в очередной раз принимать дознатчиков, сославшись на занятость.
– Не слишком ли ты с ними круто? – спросила Елена, глядя из окна, как пролетка дознатчиков скрывается за поворотом.
– Переживут, – равнодушно пожал Сашка плечами. – Я им уже все рассказал, не собираюсь им позволить вешать все это дело на меня.
– Вешать? – удивленно переспросила Елена, разворачиваясь к нему всем своим великолепным телом.
Она действительно была очень красива. Стройная, статная, с буйной гривой иссиня-черных волос и бездонными черными глазами. Перевязав Сашкину рану на плече, она решительно уселась за его столик и с того вечера не отходила от парня ни на шаг. Поначалу Сашка несколько напрягся от такой вольности, но потом, улучив момент, выяснил у господ офицеров, что мадам Елена Румянцева давно уже считается соломенной вдовой. Муж ее вот уже пять лет проживает за границей и возвращаться не собирается.
 
Елена Андреевна поначалу пыталась как-то нормализовать свою семейную жизнь, но вскоре выяснила, что ее благоверный сбежал из страны. И от кредиторов, и от полиции. Прояснив для себя этот вопрос, Елена подала на высочайшее имя прошение о разводе и пустилась во все тяжкие. Имея от рождения характер сильный и решительный, она встретила всех кредиторов выстрелами из пистолетов, громогласно заявив, что не желает иметь ничего общего ни с мужем, ни с его делами.
Ответа на ее прошение так и не пришло, но история эта имела широкую огласку. Впрочем, почему не было ответа, все и так понимали. В стране в то время царил кризис царствующей фамилии, так что подписывать нужную бумагу было просто некому. И вот теперь, устав от эпатажа и сплетен, она перебралась в Ростов, где и встретила Сашку. Рассказы о попытке переворота заставили ее разволноваться, а появление в городе одного из главных действующих лиц той громкой истории окончательно выбило из колеи.
Так что отпускать от себя Сашку она не собиралась. Во всяком случае, пока. Да Сашка и сам теперь не торопился от нее избавляться. Он подошли друг другу, что называется, до последней волосинки. И вот теперь, стоя у окна спальни абсолютно голой, она задумчиво разглядывала своего любовника, сосредоточенно о чем-то думая.
– Что-то не так? – удивился Сашка, отметив ее взгляд.
– Пытаюсь понять, как ты отреагируешь, если я попрошу тебя о помощи, – вздохнула женщина, подходя к кровати и грациозно усаживаясь рядом с лежащим парнем.
– В чем именно тебе нужна моя помощь? – насторожился Сашка.
– Ничего такого, что бросило бы тень на тебя или твоего деда, – понимающе улыбнулась женщина. – Я хочу попросить тебя протолкнуть мое прошение императору, чтобы я наконец могла получить этот проклятый развод.
– И только? – удивился Сашка.
– И только, – решительно кивнула Елена. – Получив развод, я стану свободной и смогу делать, что сама пожелаю.
– А разве сейчас не так? – не понял парень.
– Не так. Кредиторы моего мужа продолжают донимать меня, хотя я уже несколько раз ясно им сказала, что к его делам не имею никакого отношения. Дошло уже даже до угроз. Как выяснилось, он имел дело не только с официальными банками, но и с частными лицами, – последние слова она произнесла с нескрываемым презрением.
– Ростовщики, – понимающе кивнул Сашка. – Это плохо. С ними стрельбой в воздух вопрос не решишь.
– И что мне делать? Согласиться на их условия и стать элитной проституткой, чтобы отработать его долги? – женщина буквально кипела от злости.
– Успокойся. Злостью тут ничего не решишь, – осадил ее Сашка, усаживаясь на кровати. – Тот ростовщик живет в столице?
– Их трое, и все они там живут, – кивнула женщина.
– Адреса тебе известны? – задумчиво уточнил парень.
– Конечно, но зачем они тебе? – не поняла Елена.
– Вон там, на столе, бумага и письменный прибор. Напиши адреса. А я пока подумаю, как быть, – велел парень, кивая в сторону небольшого столика у окна.
Недоуменно хмыкнув, Елена поднялась и, покачивая бедрами, прошла к столику. Все так же грациозно опустившись в кресло, она взяла ручку и, подвинув к себе лист бумаги, принялась писать. Сашка же, любуясь ее телом, попутно обдумывал ситуацию. Решить вопрос с угрозами для него не составило бы проблемы. Но где гарантия, что она никем не подослана и это не попытка накинуть на него ошейник? Слишком уж все у них быстро и легко сложилось.
Впрочем, если вспомнить, как он провернул операцию по добыче средств к существованию в Киеве, то все не так сложно. К тому же там была наглая импровизация с огромной долей везения. А тут придется продумывать и разрабатывать полноценную операцию. Ведь бандитскую «малину» толком не охраняли, надеясь на репутацию, а ростовщики за свой сон очень даже беспокоятся. Значит, там будет не пара бестолковых «быков» с пушками, а несколько крепких, опытных охранников.