Дворянин поневоле

– Ловко, – задумчиво кивнул дед, окидывая его удивленным взглядом. – Ну, а в масштабе страны как быть?
– Реформы нужны. Жесткие. Опираясь на новую армию. Не ту, что сейчас, когда солдат винтовку видит только на параде, а настоящую. Пусть меньше, но настоящую.
– Это как? – заинтересовался князь.
– Долгий разговор, – ушел Сашка в отказ. – Не на один вечер. Да и обдумать все как следует нужно. А в остальном только так. Силой, через колено. И не низы, которые и так еле живы, а верхи, которые с жиру бесятся, – закончил он, припомнив знаменитую фразу.
– Так и мы с тобой верхи, если помнишь, – аккуратно поддел его старик.
– Вот потому я и начал в имении перемены вводить, – хмыкнул Сашка. – Ежели что, всегда можно на этот факт сослаться. А что только в одном месте, так дело новое, неизведанное. Сначала опробовать надо, ошибки найти, а уж потом по всем своим землям внедрять.
– Ну, Саша, – вдруг расхохотался князь. – Ну уморил… Это ж надо, так выкрутить… И не подкопаешься.
– Пусть копаются. Я им еще накидаю, – усмехнулся в ответ парень, ехидно подмигивая ему. – Как говорится, и волки целы, и овцы сыты.
– Эх ты, француз. Перепутал все, – все еще смеясь, попенял ему князь.
– Думаешь? – лукаво улыбнулся парень. – А, по-моему, в нашем случае как раз так и выходит.
– Кх-м, а ведь и вправду, – чуть поперхнувшись, согласился князь.
Машина въехала на территорию дворца и, подкатив к дальнему крылу, где располагалось рабочее крыльцо, остановилась. Подошедший к автомобилю офицер в мундире лейтенанта лейб-гвардии, заглянул в окошко двери и, узнав князя, распахнул дверцу. Сашка выскочил из машины сам. Выпрямившись во весь рост, он от души потянулся и, поправив драповое полупальто, широким шагом обошел машину сзади.
Лейтенант, окинув его быстрым, внимательным взглядом, уже открыл было рот, чтобы что-то спросить, когда Алексей Михайлович, тронув его за рукав, негромко сказал:
– Позвольте вам представить, лейтенант. Мой внук, Александр Викторович Тарханов. Его величество ждет нас обоих.
Захлопнув рот, офицер посмотрел на Сашку долгим, оценивающим взглядом и, вежливо козырнув, представился:
– Лейтенант лейб-гвардии его императорского величества Ахтырского полка, Вронский, Сергей Михайлович.
«Что, тот самый?» – чуть было не спросил Сашка, но вовремя спохватился и, нацепив на физиономию любезную улыбку, кивнул:
– Приятно познакомиться, Сергей Михайлович.
– Прошу следовать за мной, господа, – пригласил лейтенант и, развернувшись, направился к крыльцу.
Сашка подставил деду локоть, помогая преодолеть ступени, и, чуть наклонившись, тихо спросил:
– Опять колени болят?
– Они, проклятые, – вздохнул князь.
– Говорю же, подавай в отставку, и поехали со мной на юг. Там пока тепло, даже загорать еще можно.
– Угу, то-то у тебя физиономия, как у арапа, копченая. Хотя ты и раньше таким был, – снова поддел его дед.
– Послужи с мое в Африке, и не таким будешь, – усмехнулся в ответ Сашка. – И правда, дед, угомонись уже. Не мальчик.
– Да знаю я все, – сварливо отмахнулся старик. – Да только за державу душа болит. Порвут ведь, ироды. Все, что годами собирали, по ветру пустят.
– Мне за державу обидно, – припомнил Сашка слова из классического фильма и, вздохнув, покачал головой.
Похоже, старый князь относился к той странной когорте людей, которые не видели себе иной судьбы, кроме как в службе своему государству, и потому уговаривать его уйти в отставку все равно, что посадить в клетку матерого льва. Сдохнет с тоски. Придя к этой мысли, Сашка в очередной раз вздохнул и сосредоточился на окружающей обстановке. Раз уж выпала судьба охранять высшее лицо государства, так нужно хотя бы представлять, где это предстоит делать.
Их провели в царский кабинет и передали на попечение секретаря. Тот, вежливо поздоровавшись, не спеша сложил в папку несколько бумаг и, поднявшись, прошествовал за дверь, где, судя по всему, и находился император.
– Индюк, – буркнул Сашка, глядя ему вслед.
– Саша, придержи язык, – цыкнул князь. – Согласен, личность не самая приятная, но дело свое знает. А что не любит меня, так я не девка. Переживу.
 
– Мог бы и уважение к сединам проявить, – проворчал парень из чистого упрямства.
– Он тебя боится, – неожиданно усмехнулся князь.
– А меня-то с чего? – не понял Сашка.
– Так думает, что я тебя на его место прочу, – тихо рассмеялся князь.
Дверь открылась, и секретарь, поджав губы, пригласил их войти. Глядя на его фигуру, стоящую к гостям в профиль, Сашка не смог сдержать усмешки. Секретарь, мужчина лет тридцати пяти, имел грушевидную фигуру и щекастое, уже обрюзгшее лицо. На его фоне сам Сашка выглядел, словно гончая перед поросенком. Высокий, мускулистый, поджарый. С первого взгляда становилось понятно, что это хищник. Сильный и смертельно опасный. Они вошли в кабинет и синхронно поклонились.
Император, поднявшись из-за стола, подошел и, протягивая руку за папкой, улыбаясь, пригласил:
– Рад вас видеть, господа. Прошу, присаживайтесь. Давно в столице, Александр Викторович?
– Три дня, как приехал, ваше величество, – коротко ответил Сашка.
– Ваш дедушка настоял, чтобы вы некоторое время побыли рядом со мной, хотя, признаюсь, я не очень понимаю, чем вы можете мне помочь и как станете действовать, если в том действительно возникнет надобность. Ведь вы даже без оружия.
– Вы позволите, ваше величество? – с загадочной улыбкой спросил Алексей Михайлович, указывая на свой портфель, который не выпускал из рук всю дорогу.
– Извольте, князь, – кивнул Николай, глядя на портфель заинтересованным взглядом.
Сашка тоже насторожился. Перед выездом дед потребовал принести к нему в кабинет все оружие и амуницию для него. Зачем, так и не сказал. Сашка же, собираясь в дорогу, прихватил из дома все, что привык использовать в бою. Револьвер с парой скорозарядников. Пистолет собственной конструкции, с пятью магазинами к нему, подсумки с патронами к обоим стволам и пара кинжалов, без которых давно уже чувствовал себя словно голым.
Старик расстегнул портфель и, недолго думая, перевернул его над диваном, на котором они сидели. Потом, застегивая тару, усмехнулся, глядя на вытянувшиеся физиономии присутствующих, и, кивнув Сашке на амуницию, скомандовал:
– Надевай. Твое время пришло.
– Ну, дед, удивил, – растерянно хмыкнул Сашка, поднимаясь.
– Признаться, я тоже впечатлен, – покачал головой Николай. – К чему было так рисковать? Спросили бы, и я написал бы вам нужную записку для охраны.
– Не хотел, чтобы вообще кто-то кроме вас знал о том, что у него все это есть, – вздохнул князь, кивая на внука.
– Да уж. Для любого нападающего отсутствие такой информации станет отчаянно удивительным. Аж до смерти, – понимающе усмехнулся парень, скидывая пиджак и надевая на плечи ремни оперативной кобуры.
Развесив подсумки на ремень по бокам, а кобуру с револьвером устроив справа под локтем, он снова накинул пиджак и, одернув его, выпрямился во весь рост перед дедом.
– Что-нибудь видно? – спросил он, плавно поворачиваясь из стороны в сторону.
– Нет, – придирчиво осмотрев его, заверил князь.
– А сзади? – повернулся Сашка к нему спиной. Там за поясом покоились кинжалы.
– Тоже ничего, – с довольным видом кивнул старик.
– Как, однако, у вас это ловко получается, – оценил император. – Специально готовились?
– Никак нет, ваше величество, – развернувшись, словно на плацу, отрапортовал Сашка. – Просто приходится много ездить по самым разным местам, вот и пришлось пристраивать все так, чтобы и под рукой было, и не заметно со стороны.
– А что у вас за оружие под мышкой? – не удержавшись, поинтересовался Николай. – Я такого еще не видел.
– Полуавтоматический пистолет моей конструкции, – бодро доложил Сашка. – Извольте взглянуть, ваше величество, – продолжил он, доставая оружие и привычными движениями разряжая его. – В рукояти магазин на восемь патронов. Взвод производится вот таким движением. После первого же выстрела стреляная гильза выбрасывается, а на ее место подается новый патрон. И так восемь раз. Калибр три линии дюйма, или семь шестьдесят две в метрической системе.