Дворянин поневоле

– Вы кого-то ищете, сударь?
– Мне нужен князь, Александр Викторович Тарханов, – ответил неизвестный с заметным акцентом. – Я полагаю, это вы, мсье? – добавил он, переходя на французский.
– Верно. Это я. С кем имею честь?
– Анжи де Вернье, к вашим услугам, – склонил голову мужчина. – Мы можем поговорить?
– Я вас слушаю, – кивнул Сашка.
– Вот как? – явно удивился француз, но, быстро совладав с собой, продолжил: – Что ж. Я могу вас понять. Но уверяю, вам нечего опасаться.
– А с чего вы взяли, что я чего-то опасаюсь? – усмехнулся парень. – Просто изложите мне свое дело, и я отвечу, интересно мне оно или нет.
– Берете быка за рога? – хмыкнул француз. – Что ж. Будь по-вашему. Я представляю некоторые правительственные круги нашей с вами родины. Мы хотим, чтобы вы вернулись обратно в страну и продолжили свои работы там. Автомобиль, созданный вами, нам очень интересен.
– С чего вы взяли, что я соглашусь? – удивился Сашка. – Здесь у меня есть все, что мне нужно. Так зачем я куда-то поеду. А самое главное, с чего вы решили, что Франция моя родина? Я русский, и это доказано.
– Не совсем, – скривился француз. – Вас убедили, что вы русский и являетесь отпрыском одного из местных старинных родов. Но вещественных доказательств вы так и не получили. Впрочем, вы можете считать себя кем угодно. Главное, чтобы вы помнили, кому вы обязаны своим возвышением.
– Уж не вам точно, – фыркнул Сашка. – Я вырос в приюте. И благодарить кого-то за полуголодное детство не собираюсь. Как не собираюсь пылать благодарностью и к вашей системе, которая едва не сделала меня инвалидом, потом просто выбросив на улицу без гроша в кармане. В общем, ваше предложение меня не заинтересовало. До свидания.
– Вы слишком торопитесь, мсье Александр, – снова скривился француз. – Я еще не озвучил того, что мы готовы вам предложить. Не забывайте, что вы все еще в опале у местного императора, и дорога в столицу вам закрыта.
– А мне и не нужна столица, – злорадно усмехнулся Сашка. – Здесь у меня есть все нужное для работы. А самое главное, здесь никто не стоит у меня над душой, требуя результата любой ценой и еще вчера. Это все мое дело, и я сам решаю, когда и что делать. Что-нибудь еще?
– Не торопитесь с ответом, – помолчав, произнес француз с едва заметной угрозой в голосе. – Это моя визитка. На указанный адрес вы всегда можете отправить письмо, и мы сможем обговорить все интересующие обе стороны условия.
– Визитку я возьму, но на письмо особо не рассчитывайте, – пожал Сашка плечами, небрежно убирая кусочек картона в карман.
* * *
Очередная поездка по приписным деревням вернула Сашку к размышлениям об отмене крепостного права. Старательно напрягая память, он вдруг понял, что данный закон в его прошлом был к этому времени уже издан, и решил выяснить, как обстоят дела в этом мире. К его огромному удивлению, выяснилось, что соответствующий закон существует, но исполнять его никто не торопится. Крестьяне о законе слышали, но разъяснять им его положения никто и не собирался.
Почесав в затылке, Сашка, вернувшись домой, принялся придумывать способы, как изменить текущее положение в одном, отдельно взятом имении. Почему он решил заняться этим вопросом? Все просто. С каждой поездкой по деревням его настроение падало ниже плинтуса. Нищета, полуголодное существование и дикая детская смертность. Эти факты выводили парня из себя. Вроде бы чего проще. Желаешь иметь нормальный доход со своих земель, помоги крестьянам, которые на тебя работают.
Но, похоже, подобная формула никому здесь в голову не приходила. Так что, плюнув на все несуразицы, Сашка занялся делом. Первым делом потребовав от управляющего карту своих земель, он вдруг выяснил, что ничего подобного никогда не было. Так что начинать пришлось с вызова в имение землеустроителя и агронома. Спустя неделю, получив на руки карту собственных земель, Сашка неожиданно понял, что почти половина из них вообще не обрабатывается.
Пришлось снова выезжать на место и выяснять, что же там такое и почему земля простаивает. В двух точках обнаружились овраги, а в третьей скальный выход. Если с первыми двумя еще можно было что-то решить, то скалу даже взрывать было бесполезно. Так что очередным заданием управляющему стал приказ овраги засыпать. Притихший после беседы с полицмейстером управляющий испустил мученический вздох и отправился выполнять указание.
 
Сам же Сашка, еще раз прокатившись по деревням, пришел к однозначному выводу. Нужно срочно как-то переламывать ситуацию. На счастье крестьян, в этих местах было тепло и голодали они редко. Чаще тут возникала опасность засухи, чем дождливых сезонов. Так что жили в данной местности крестьяне еще не так плохо, как в средней полосе. Но все равно, до благоденствия было далеко.
Отлично помня, что русский крестьянин человек недоверчивый и на любую новинку смотрит, как на попытку обмана, Сашка решил начать не с жителей деревень, а со своих спасенных. Из сорока русских, освобожденных с галеры, тридцать решили остаться в имении. Так что ему было с чего начинать. Припомнив, что его кирпичный цех все еще работает, Сашка весело усмехнулся и, схватив лист бумаги, принялся писать список всего, что нужно одному человеку для ведения крестьянского хозяйства. Начиная с лошади и заканчивая посевным материалом. Как вскоре выяснилось, даже заказывая многие вещи оптом, он вынужден будет потратить на каждого поселенца не менее ста двадцати рублей. Удивленно хмыкнув от выведенной цифры, парень схватил свои выкладки и, приказав оседлать коня, отправился к агроному. Агроном, мужчина средних лет, услышав о его задумке, растерянно покачал головой и, вздохнув, устало спросил:
– Зачем вам это все, ваше сиятельство? Хотите осчастливить всех сирых и убогих?
– Господь с вами, сударь, – рассмеялся Сашка. – Воевать с ветряными мельницами я не собираюсь. Просто, раз уж появилась возможность улучшить кое-что в собственном имении, а заодно и пополнить свой бюджет, так почему бы этого не сделать?
– Но ведь это работа вдолгую. Быстро из этой затеи ничего не вытянешь.
– И не надо, – отмахнулся Сашка. – Поставлю свою маслобойку, механический пресс для отжима подсолнечника, а заодно буду продавать зерно. Думаю, лет через пять все эти вложения окупятся и начнут приносить прибыль. Заодно и крестьяне в моих деревеньках малость сальца нагуляют. А там, глядишь, и население увеличится, – подмигнул ему Сашка, не желая вдаваться в настоящие причины своей задумки.
– Судя по вашим планам, вы решили осесть тут окончательно, – улыбнулся агроном, вчитываясь в список, поданный ему парнем.
– Увы, столица мне не понравилась, – пожал Сашка плечами. – Серо, сыро, промозгло. Не люблю такую погоду. Юг мне гораздо ближе.
– А как же карьера при дворе? – растерялся агроном, едва не выронив лист бумаги из рук.
– Мне это не грозит, – отмахнулся Сашка. – Так что скажете? В чем я тут ошибся? – парень ткнул пальцем в бумагу.
– В ценах, – спохватился агроном. – Например, стоимость дойной коровы у вас указана как у породистого животного. А обычная крестьянская кормилица стоит гораздо меньше. Да и лошади тоже не стоят столько. Да и не нужны им породистые животные. Загубят.
– Не очень-то вы высокого мнения о крестьянах, – хмыкнул Сашка.
– Дело не в моем мнении, – вздохнул агроном. – Просто их никто и никогда не учил, как правильно обращаться с подобной скотиной. Они этого попросту не умеют. Отсюда и незнания элементарных вещей и правил.
– Тут я вынужден с вами согласиться, – скривился Сашка. – Но как тогда мне быть? Коней, например, все равно покупать надо.
– Ну, тут как раз все просто, – улыбнулся агроном. – Сговоритесь с казаками. Думаю, они смогут помочь вам в этом вопросе.
– Каким образом? – не понял парень. – У казаков кони это не просто рабочая скотина, это еще и боевые товарищи, если можно так сказать.
– Все верно, – закивал агроном, – но я и не предлагаю вам покупать казачьих коней. Пусть они пригонят вам коней от степняков. Например, от калмыков или ногайцев. Степные кони, хоть с виду и неказистые, но выносливые и крепкие. А самое главное, привычные жить на подножном корму. Они овса в жизни своей не видали.