Наёмник (СИ)

Когда Ярослав пришёл в себя, он лежал в люльке, подвешенной вдоль борта вертолёта, и всё вокруг было зыбко, поэтому чуть расплывалось и плыло, зато боль была глухой и где-то там, за стеной. Потом – больница и чёрные рожи, пара попыток дать в рожу и опять провал. Потом – черные ведьмы, пытающиеся напоить водой, но жутко противные. Во всех фильмах чёрных женщин показывают эдакими красавицами с изюминкой. Только это в основном мулатки или квартеронки. Или выходцы из стран, где долго жили белые господа, не стесняющиеся раскидывать своё семя налево и направо. На протяжении многих поколений они смешивали свою кровь с чёрными и получили в итоге довольно красивые народности. Это в основном север четвёртого материка и частично восточное, но больше западное побережье. Ярик же находился почти в центре материка. Поэтому тут медсёстры были страшными, как... в общем, страшные очень. И запах. Запах чёрных раздражал. Да что там раздражал, он бесил! Вот говорят, что все люди пахнут одинаково. Нет! Ярослав даже в темноте, по запаху, мог отличить чёрную женщину от белой. Правда, если они обе были чистыми. Доктора раздражали ещё больше. Хотелось дать в морду и сбежать. Вот подходит чёрная обезьяна в белом халате и с умным видом что-то говорит. Может, и по делу, но Ярик помнил чёрные рожи, бьющие из автоматов, бабуинов с мачете, режущих головы людям, вспоротые животы. А боль усиливала память и злобу. Поэтому для парня чёрный являлся не доктором, а фактором спровоцировать легионера на мордобой. У Ярика, помимо пулевого, была контузия и осколки в шее и спине. Может, поэтому чёрные Ярослава так бесили, потому что приходилось спать на животе, а двигаться нельзя, ходить нельзя. Часть осколков достали, а часть гнила вместе с ним. Когда взорвался выстрел гранатомёта, то им, с одной стороны, повезло. Удар был не в броню, а снаружи. А вот с внутренней стороны броня брызнула мелкой крошкой от взрыва снаружи брони. И эта крошка, захватив ткань формы Ярослава, впилась в плечи и в спину. Грязи было много. А пока довезли, пока обработали... Поэтому всё, несмотря на кучу антибиотиков, гнило. Через неделю появились Кеш и Малик с Синглом. Ярик уже бегал козликом. Малик и Сингл были из соседнего взвода, и у них тоже кто-то здесь лежал. Звали их, конечно, по-другому, но в Легионе даже вне строя ВСЕ обращаются по позывным. Малик – чёрный, сухой, с резкими чертами лица, очень похожий на местных арабов, но чистокровный фракиец из местечка Гаскин. Сингл – из Прованса, рыжий, нос картошкой, любитель пожрать и подрочить на клипы молоденьких певиц. Лучший подрывник роты, поэтому его не задевают. А то пойдёшь в кусты, да нарвёшься на мину или растяжку... повстанцев. Кеш принёс кучу местных фруктов и местный ром. Ну, не совсем ром, хотя и похоже. Не очень-то хотелось, вернее совсем не хотелось, но приятно. Ярослав попросил договориться, чтобы его побыстрее перевели в санчасть базы, а Кеш сказал, что попробует, но не обещает. Тем более, что у Ярослава ещё не удалили все осколки. Точнее, крошку от брони. Парню не повезло с тем, что эта крошка вошла ему в плечи и шею, вдавив заодно материю и грязь. Доставали их в несколько этапов. Сначала крупные, потом средние. А когда с гноем вышли почти все мелкие, стали добирать остатки. Больно не было, а вот неприятно было. Хотя нет, враньё, больно было. Просто больно было постоянно, но через несколько дней Ярик то ли привык, то ли боли стала меньше, то ли притерпелся. Потом, когда отошла анестезия после операций, приходилось лежать и спать на животе. А ещё у него чесались все раны. Плевать, что под повязками и что нельзя достать! Бесит! При этом Ярослав спал всего часа по четыре в сутки. Всё остальное время он читал книги, газеты, даже рекламные брошюры. Вы пробовали читать, когда понимаете одно из пяти слов? И это в лучшем случае! Говорить на фракийском и ацеольском – не значит читать на них же. Ярославу остро не хватало интеллектуальной нагрузки. Когда парни, пришедшие навестить, рассказали, как взвод попал в эту жопу, Ярик ох... офигел. Оказывается, один местный бабуин решил отличиться. Он слил местным бандам, что везут дорогой груз. Приготовили спецоперацию с помощью местных негров. Правда, местные военные поступили, как всегда. Они просто слиняли. И отмазка у них была вроде того, что они отошли на перегруппировку. Или что героически преследовали банду, но она убежала. Или что поступили сведения о враге, но не подтвердились, хотя они и очень старались поймать, отойдя на сотню километров в сторону. Авиа поддержка тоже не прилетела по какой-то причине. Может, тоже перегруппировывались? Местный спецназ в количестве ДВУХ рот тоже куда-то задействовали. На какой стадии и кто решил, что надо задействовать Легион – непонятно. Короче, выделили ВЗВОД из спецгруппы для обычного конвоя, только с приказом подчинятся бабуину. Это он приказал скрытно ехать внутри брони. Естественно, не было ни передового дозора, ни боковых. Короче, ничего не было. Тупо сели и поехали. Повезло, что в банде были, походу, родственники бабуина. То есть, ещё более тупые. Они решили, что четыре джипа с крупняком и мина на дороге, плюс толпа в несколько сот рыл достаточны для нападения. Повезло, что пара легионерских вертушек подоспела и накрутила фарша. Но двенадцать пацанов наглухо. И что, что половина водилы, а не спецгруппа? Плюс шестеро в больнице. Всех лёгких забрали в госпитали и санчасти Легиона. Ор сейчас стоит до небес, кто, вернее, какая СУКА подчинила легионеров местным бабуинам напрямую. Обычно при подчинении негры только ставят задачу. А уж, как и какими средствами её выполнять, решал всегда Легион. Так что по приезде на базу выживших выпотрошили безопасники и психологи. Лежащим в госпитале это ещё предстояло.
 
Через три дня Ярослава перевезли на аэродром и отправили со всеми, кто остался жив, на центральную базу в Кар. Правда, перед этим была одна странность. У парня в больнице несколько раз брали анализы. Каждый раз одни и те же, плюс ещё что-нибудь. Даже из... Короче, отовсюду. И приходили смотреть на раны Ярослава разные врачи. В последний раз целой толпой. Ярику, естественно, ничего не сказали. Ладно! Главное – Ярик ехал домой! Да, Легион стал ему домом. Ярик ведь ругиец по этому телу. Но почему-то даже с памятью, доставшейся от этого тела, не мог ассоциировать себя с Ругией. Ярослав практически не помнил даже родителей. Вернее, не помнил эмоционально, хотя всё, что с ним происходило, помнил поминутно. А на базе парень, даже не заходя в санчасть, попал к молчи-молчи. Вот странно: в этой жизни это уже вторая армия, представителей которой Ярослав видел, но безопасники были похожи, как родственники. Они одинаково смотрят, улыбаются, изображают дружелюбие! Легионеру сразу заявили, что Кеш всё рассказал и осталось лишь сравнить их показания, чтобы решить: расстрелять обоих или повесить. Но если Ярослав признается, что работает на разведку Ругии, то возможен вариант с заменой расстрела на двадцать лет каторги! Цени! Когда Ярик попросил почитать показания Кеша, парню сказали, что он козёл, а показания секретны, и Ярослав, скорее всего, работает ещё и на разведку целого ряда государств четвёртого материка. И раз легионер не хочет мирно умереть, то всё будет по-взрослому. А для начала надо написать... па-папам, биографию и отчёт о бое! Короче, всё, как всегда. Плюсом Ярик считал то, что в Легионе НИКОГДА офицеры не бьют подчинённых. Это просто ТАБУ. Ярослав слышал, что в соседнем полку какой-то капитан ударил подчинённого. Уволили без пенсии, да ещё и лишили гражданства. Да и зачем бить? У офицеров столько инструментов сделать жизнь простого легионера насыщенной и короткой! Правда, и легионеры постоянно с оружием ходят. Поэтому имеется паритет. Может это, конечно, слухи, но о мордобое капитана говорили в нескольких странах и на многих базах. Три часа Ярослава уговаривали, запугивали, обещали золотые горы. Потом ему сказали, что он молодец и их не подвёл, и теперь ему оказана великая честь стать внештатным сотрудником. И вообще, это была проверка и шутка. Все в спец роте подразделения на них и так работают, а Ярослав нужен для статистики. Бла, бла, бла! Когда отказался, то легионера начали спрашивать, а не умышляет ли он что-либо против ЛЕГИОНА? Ну и так далее. Вы думаете, это произошло, потому что ранили? Нет! Так происходило после ЛЮБОЙ операции! Это был ОБЫЧНЫЙ разговор с внутренней безопасностью. Было ощущение, что внутряки просто ждут, когда Ярослав сорвётся. Так что Ярослав не особо дёргался, но старался изобразить разные эмоции, иначе это могло затянуться. Главное – не выделяться! Потом его, наконец, отпустили к медикам. А на следующий день... Конечно, психолог! Почему дама с глубоким декольте так низко к парню наклоняется, Ярослав догадывался. Почему в такой юбке она постоянно роняет разные предметы, тоже догадывался. Но вот на хрен ЭТО повторяется из раза в раз по одному сценарию, не понимал. Вот эта нехорошая самка собаки ласково пыталась залезть ему в голову либо через жопу, либо через член. Скорее, через член. Нет, никаких тестов в виде цветов и картинок! Только чай и беседа! Тесты в самом конце. А вот количество тестов определяет чаепитие. Короче, вот так тупо и бессмысленно прошёл ещё один день жизни в легионе! Потом медики с их анализами! Через пару дней Ярослав ещё не кусался, но очень хотел кого-нибудь убить. Кстати, анализов в этот раз Ярик сдавал очень много! Выручал Кеш. Когда Ярослав приходил в домик, Кеш начинал говорить, и под журчание его разговоров парень успокаивался и засыпал. Кеш вообще-то молчун, но видно было, что-то почувствовал, и поэтому не замолкал. Хотя Кеш и говорил глупости, но свои, родные глупости. Легионерские! Семья! Брат!.. Спать.