Псионик. Обратный отсчет

 
Павел Барчук, Павел Ларин
 
Псионик. Обратный отсчет
  
Глава 1
 
– Ее высочество, Великая Княжна Елизавета!
Я, конечно, не знаю, зачем мужик в панталонах и чулках так старался, палкой о пол лупил, голос надрывал, мог бы просто молча открыть дверь. Один черт на его вопли никто не обратил внимания.
Кстати, он реально был одет в панталоны и чулки. На башке у него имелся парик, с которого при малейшем движении головой сыпалась белая пыль. Мне, честно говоря, стоило больших усилий не заржать каждый раз, когда я смотрел на этого бедолагу. Просто форменный клоун какой-то. Представить не могу, сколько должны платить за такую работу. Стоишь дурак-дураком, людей смешишь одним своим видом. Хотя, похоже, внимание на него обращал только я. И, пожалуй, Ангелина, которая, конечно, не могла упустить возможности по этому поводу ткнуть в меня парочкой шпилек своего идиотского сарказма:
– Что ты улыбаешься, как дурачок? Все равно из тебя провинциальным духом несет за километр. Думаешь, в твоем случае улыбка поможет? Точно нет. И костюм не поможет. И новообретенные родственники в лице нашей семьи.
Романовская тихо фыркнула, а потом еще небрежно повела плечиком. Мол, глупость какая.
Вот красивая она, конечно, особа, но едва рот откроет, это ужас какой-то. Льётся оттуда чистый яд. Достойная дочь своего отца, ничего не скажешь. Гены – мощная штука. И хитра, конечно, тоже в папочку. Семейка, блин. Нет, точно мамаша от нее не зря сбежала.
Пока Полковник находился рядом, Ангелина старалась держаться от меня подальше. Стоило ему отойти, даже не на сильно большое расстояние, она моментально передвигалась ближе к моей скромной персоне, чтоб выпустить очередную порцию желчи.
Видимо, после случившегося, девчонка теперь не просто меня ненавидит. Она боится и ненавидит. А для таких людей, как Романовская, нет ничего хуже страха. Он их угнетает и морально корёжит. Вот по данной причине дочь Ликвидатора и не может оставить меня в покое. Ведет себя, как обезумевший заклинатель змей, который тычет кобре в морду палкой. Чисто показать, видишь, а мне не страшно. Все равно ты – в моей власти. Ой, ну да, ну да…
А я и правда улыбался. Как можно оставаться серьёзным, когда перед тобой такой смешной тип маячит? Еще палку ему вручили здоровую. Палка была почти в два раза выше бедолаги в чулках. Он ее еле держал.
Я, конечно, понимаю, подобный нюанс в виде человека, охраняющего за каким-то чертом двери и сообщающего о прибытии важных персон – дань традициям, но если мне не изменяет память, в прошлой истории нашей страны подобных клоунов в услужении у императоров и царей вроде не имелось. Больше старой Европой отдает. Очень, очень старой. Даже не той, которая была до Третьей мировой.
– А я, Лина, видишь ли, планы строю. Думаю, куда тебе в следующий раз путешествие организовать. Или туда же хочешь? Понравилось, я гляжу… Все для, твоего блага, сестричка… – Я подмигнул девчонке.
Романовская моментально утратила весь свой саркастический пыл. Она тихо икнула, испуганно оглянулась по сторонам, прикрыв рот ладошкой, а уже в следующую секунду тактично свалила в сторону. Молча. Вообще больше ни слова не сказала. Правда выглядеть после моего намёка на ее веселую прогулочку в ад стала очень уж бледненько. Прямо лицо у нее в одну секунду изменилось.
Ну, потому что не хрена мне тут свой характер показывать. Ясное дело, вряд ли я ее куда-то отправлю. Причина одна, единственная – сам не знаю, как у меня это получилось. Вернее, благодаря Насте предполагаю, но не особо хочу снова во все это окунуться. И кстати, по данному поводу сильно хотелось бы поговорить с тем псиоником, которого я вытащил из… Черт его знает из какой задницы. Просто Романовская особо рассказывать о своем путешествии не собирается. А вот пацан… Он мог бы мне дать ответы на некоторые вопросы.
– О чем вы беседовали? Почему Ангелина так изменилась в лице? – Тут же нарисовался рядом Ликвидатор. Следит он за нами, что ли? Минуту назад его не было видно, а тут уже, ты погляди, стоит, физиономией кривится.
 
Я его вопрос проигнорировал. Не специально. Отвлекся на высокие резные двери, которые после объявления княжны распахнулись, в ожидание именинницы. Однако она пока еще на пороге не появились. Может, и к лучшему. Мне эту девочку даже было жаль, если честно.
Почему? Да потому что все присутствующие в зале гости, совершенно не парясь о приличиях, продолжали тусоваться, общаться, весело хихикать и переговариваться между собой. Многие по-прежнему косились в мою сторону, предвкушая то, что должно произойти.
А вот Бутурлина я не нашел среди гостей. Видел мельком Лопухину вместе с ее отцом. Варя помахала мне рукой издалека. Заметил Шереметева, тоже с семьёй. Потом вроде мелькали Головин и Анна Морозова. А вот Макса что-то не было. Либо он притаился где-нибудь в углу, ожидая моего позора.
В любом случае громкие слова мужика в чулках о появлении Княжны не произвели должного впечатления. Даже никто не дернулся. Честное слово. А буквально пару минут назад им так-то сообщили о прибытии второй персоны в Империи. По крайней мере, чисто номинально она вторая. После императора, само собой.
Ну, да. Теперь я понимаю, о чем говорила императорская дочка возле пруда. И еще понимаю, вернее понял бы, захоти она и правда утопиться. Очень погано, наверное, иметь статус будущей императрицей, зная, что тебя твои подданные в хрен не ставят.
Просто, вполне очевидно, собравшимся в честь ее дня рождения богатеям вообще искренне наплевать на девчонку. И они этого не просто не скрывают, они это даже выпячивают.
Нет, я понимаю, императорская семья у нас – чистая формальность, но не настолько же. Мда… я думал, мы, бедняки, страдаем от кучи проблем. Видимо, некоторые еще хуже себя чувствуют, даже имея деньги, драгоценности и власть. Власть, которая, словно очень хиленькая конструкция, возведена на зыбучих песках.
– Ты где был? – Романовский, нахмурился, покосившись на меня недовольно.
Он, кстати, не стал исключением. Ликвидатор в сторону дверей совершенно не смотрел, зато пялился на меня внимательным, прожигающим взглядом. Не знаю, чего именно хотел Сергей Сергеевич? Может, надеялся, что у него получится превратить непослушного псионика в горстку пепла… Черт… Интересно, а я так могу?
Стоило Ангелине отскочить в сторону, этот – наоборот, прицепился, будто репей. Стоял рядом и активно шипел мне в ухо, требуя ответа на один и тот же вопрос. И задавался этот вопрос, наверное, в десятый раз за то время, что я вернулся из сада.
– Говорю же. Гулял. Вы сказали гулять, я послушно выполнял ваше указание. Вы уж, Сергей Сергеевич, как-то определитесь. Сначала послали меня шляться по этим парковым аллеям. Аж голова закружилась от усердия, как старательно я их патрулировал. Зато теперь недовольны. Вас, богатых, не поймёшь…
– Ты изменился… – Выдал вдруг Романовский. Его взгляд стал не просто внимательным. Полковник теперь будто пытался просканировать меня. – Хочу понять, откуда в тебе эта уверенность. И не понимаю. Не вижу причин для нее… Ты по-прежнему находишься здесь, в столице, на моих условиях. Не забывай. Лишь мое решение изменить ситуацию в Империи является гарантом того, что ты пока жив. Ключевое слово – «пока». Еще раз спрашиваю, где ты был столько времени? Я сказал прогуляться, а не исчезать почти на час.
– Да что ж ты будешь делать… Гулял. Гулял и дышал воздухом. – Я отвечал Ликвидатору, а сам продолжал пялиться в сторону распахнутых дверей. Ну, где же она… Ухитрилась еще куда-то вляпаться?
– Антон… Ты зачем сейчас делаешь из меня дурака? Вернее не так… Ты почему думаешь, что можешь делать из меня дурака? – Полковника явно таращило от злости, однако он упорно хотел сохранить лицо.
Слишком много вокруг свидетелей. Нельзя допустить, чтоб все эти люди заподозрили самого Сергея Сергеевича Романовского в неприличном поведении, а в проявлении эмоций – тем более.