Найди свою мечту
— А о детях ты когда-нибудь думаешь? Питер вздохнул и посмотрел на свой «Ролекс».
Он мог потратить на этот разговор еще минут десять.
— Ты всегда ожидала от меня большего, чем я мог дать в этой области.
— Они — не «область», Питер, они — дети! Лора резко повернулась к нему и с трудом подавила желание выплеснуть все свое возмущение, всю накопившуюся горечь. Она просто смотрела на его лицо. Такое красивое. Такое холодное и сдержанное. Такое совершенное.
— Питер, ты ведь не любишь их, правда? И никогда не любил…
— Если я отказываюсь носиться с ними и баловать их, как ты, это еще не значит, что я не понимаю свой долг!
— Я не об этом спрашивала. — Сама удивляясь своему порыву, она положила ладонь на его руку. — Питер, мы здесь одни, без свидетелей. На этой стадии нам обоим нечего терять, так что мы можем говорить откровенно, честно. Давай все проясним, чтобы каждый раз не возвращаться к одному и тому же и всегда безрезультатно.
— Это ты возвращаешься, — напомнил он.
— Хорошо, не спорю. Но мне необходимо понять! Теперь уже не имеет значения, какие чувства ты испытывал или не испытывал ко мне. Но Али и Кейла — наши дети! Помоги мне понять, почему они тебе не нужны!
Питер опустил взгляд на ее ладонь. Изящная ладонь. Изящество Лоры всегда привлекало его. Но когда он в свое время обнаружил под ее внешним изяществом железную волю, это его смутило и разочаровало. Слава Богу, теперь все позади. И может быть, если они сейчас все выяснят, она прекратит постоянно требовать, чтобы он менял распорядок своей жизни в соответствии с ее ожиданиями?
— Лора, я много думал об этом и понял, что не создан для отцовства. И не считаю это недостатком — просто фактом.
— Хорошо. — Она согласно кивнула, несмотря на резкую боль, пронзившую сердце. — Я принимаю это объяснение. Но, Питер, ты же все-таки отец…
— Да, и, согласись, не отказываюсь от обязанностей. Я выполняю свой долг, — непреклонно сказал он. — Ты каждый месяц получаешь алименты на детей.
«И откладываю их на обучение девочек в колледже — на счет, который ты очистил перед разводом!»
— И это все, что они для тебя значат? Финансовое бремя? Долг?
— Ты же знаешь, я — не ослепленный любовью отец и никогда им не был. Я думал иногда, что, может быть, к сыновьям относился бы иначе. Потому что хотел иметь сыновей, — он развел своими холеными руками. — Но простая истина заключается в том, что теперь это совершенно не важно. У нас не было сыновей, и я не хочу заводить новых детей. Дети Кэнди, слава Богу, не посягают на мое внимание. Не думаю, что я очень нужен Алисон и Кейле. У них есть все необходимое: их хорошо воспитывают, у них отличный дом…
«Он говорит о дочерях, как о комнатных собачках», — с неожиданной жалостью к нему подумала Лора.
— Иными словами, ты их не любишь.
— Я действительно не чувствую той связи с ними, которой ты от меня добиваешься. — Питер начинал терять терпение. — Лора, пожалуйста, и ты будь честной. Они больше Темплтоны, чем Риджуэи. Больше твои дети, чем мои. И так было всегда.
— Представь себе, мне даже жаль тебя, — прошептала она. — Они такие красивые, такие чудесные девочки! Мне жаль, что ты не способен взять то, что они могли бы тебе дать.
— Тут уж ничего не поделаешь. И могу добавить, что нам лучше оставить все как есть. Вначале, когда ты начала настаивать на разводе, я был разгневан, — разгневан в основном тем, что потерял положение, которого добился в империи Темплтонов. Но в последние месяцы я стал понимать, что это было неизбежно. Более того — все к лучшему! Мне нравится управлять собственным отелем, мне нравится риск. И, честно говоря, Кэндас как женщина гораздо больше подходит мне — моему характеру, моим желаниям…
— В таком случае, я надеюсь, что ты будешь счастлив. Правда! — Лора судорожно вздохнула. — Питер, ты действительно хочешь, чтобы девочки присутствовали на свадьбе? Или это только для проформы?
— Если они не захотят ехать, очень просто придумать приличный предлог.
— Ясно… И все-таки я поговорю с ними. Давай оставим решение им.
— Я хотел бы услышать ответ до конца недели. Ну, если мы все обговорили, мне пора на деловую встречу. — Разрядив атмосферу, Питер решил проявить великодушие. — Должен сказать, твой магазин производит отличное впечатление. Надеюсь, он приносит доход.
Глядя на его удаляющуюся спину, Лора вдруг вспомнила одну волшебную ночь, обещавшую исполнение всех желаний — лунный свет, проникавший сквозь ажурную решетку, аромат цветов…
— Питер, постой! Скажи мне одну вещь… Ты когда-нибудь любил меня? Мне очень нужно это знать. Я хочу кое-что понять в своей жизни.
Питер оглянулся. Лора стояла спиной к морю, солнце золотило ее волосы. Хрупкая фигурка, бледное лицо… Он не собирался говорить ей правду, но слова сами собой сорвались с его языка.
— Нет. Нет, я не любил тебя, Лора. Но когда-то ты была мне нужна.
«Оказывается, сердце может разбиваться снова и снова, — поняла она, отвернувшись к морю. — Сердце может разбиваться бесконечно…»
Как только Лора вошла в магазин, к ней подлетела Кейт.
— Наверх!
— Что?
Сокрушенная усталостью и горем, она не сопротивлялась, когда Кейт буквально подтащила ее к винтовой лестнице.
— Немедленно в постель! Ты же на ногах не стоишь!
— Но ведь магазин открыт, в будуар может кто-нибудь войти…
— Закрыт до конца дня. — Кейт толкнула Лору на огромную кровать, застеленную атласным стеганым покрывалом, и опустилась на колени, чтобы снять с подруги туфли. — Спи и ни о чем не думай. Ни о чем! Особенно о том, что этот подонок наговорил тебе.
Лора впадала в забытье, чувствуя, как сужается поле зрения — от краев к центру, словно изображение на экране.
— Кейт, он никогда не любил их. Он сказал мне. Он никогда не любил моих детей! И он никогда не любил меня…
— Не думай об этом. — От жалости у Кейт на глазах навернулись слезы. — Не волнуйся. Засыпай.
— Знаешь, мне жаль его. Жаль нас всех… Я так устала!
— Я знаю. Я знаю, милая. Лежи. — Суетясь, как наседка над больным цыпленком, Кейт расправила одеяло. — Спи.
Она присела на край кровати и взяла Лору за руку.
— А ведь когда-то я так мечтала о нем, о том, как чудесно у нас все сложится…
— Тсс, — прошептала Кейт. — Мечтай теперь о чем-нибудь другом. Ты должна найти себе новую мечту.
— Она заснула? — спросила появившаяся в дверях Марго.
— Да. — Кейт шмыгнула носом и стерла слезы со щек. И подумала о мужчине, за которого вышла замуж и который нежно любит ее и еще неродившегося ребенка. — Я ненавижу проклятого Питера Риджуэя!
— В таком случае, тебе придется встать в очередь. — Марго подошла и положила ладонь на плечо Кейт. — Когда она вернулась, то выглядела такой… разбитой. Я могла бы убить его за это затравленное выражение ее глаз!
— У нее все будет хорошо, — откликнулась Кейт. — Мы проследим за этим.
Когда Лора вернулась домой, ее голова еще кружилась от усталости. Она подумала о горячей ванне, о прохладных гладких простынях… Но ей было необходимо, просто необходимо немедленно увидеть своих детей, и она отправилась в конюшню.
Первым ее приветствовал Бонго. Щенок бросился к ней, высунув от счастья язык, резко затормозил у ее ног, уселся на задик и поднял лапку.
— Что это?! — Очарованная, Лора присела на корточки и пожала лапку. — Да ты трюкач! Я вижу, Майкл повозился с тобой. Ну, а что еще ты умеешь делать? Ложись!
Бонго мгновенно растянулся на земле и заглянул ей в глаза, ожидая одобрения и награды.
— А ты умеешь кувыркаться? Притворяться мертвым?
— Учимся, — раздался невозмутимый голос Майкла. Он подошел и угостил щенка крекером.
— Девочки наверняка в восторге.
— Они учат его кувыркаться, и он делает успехи. — Майкл не сводил глаз с лица Лоры, с теней под ее глазами. — Ты только что вернулась?
— Да. Я пришла повидать девочек и взглянуть на Лулу. Как она?