Рыжий (СИ)

Отдаленный свет фонарей, и густые хвойные заросли, не давали возможности разглядеть или сосчитать их. Примерно человек семь или восемь. Стояли кучкой, ко мне спиной и слушали горячечный бред их товарища. Который соловьём заливался про эту рощу-кладбище и бродящих по ночам фашистов.
Я стоял за две ели от них и офигевал от полёта фантазии мальчишки. Внезапно в голову пришла прикольная мысль. А почему и нет? Накинул одеяло на голову, поплотнее закутался, и начал шумно ломится в их сторону. Попутно, громко и хрипло выкрикивал немецкие слова. Все подряд что пришло в голову — тревога, внимание.
На «Der Ruf an die Waffen» (призыв к оружию), лес содрогнулся от мощного вопля ужаса. Компания ломанулась в разные стороны не разбирая дороги. Прямо передо мной, двое мальчишек столкнулись, рухнули на четвереньки и так и рванули в глубину рощи на карачках.
Я же, внутренне ухохатываясь от проведенной диверсии, отправился назад к домику. Но попасть в него сразу, не получилось. На дикие вопли из леса, все наши пацаны выскочили из своих комнат и столпившись на крыльце, настороженно вглядывались в мою сторону. Выходить мне было сейчас нельзя, как минимум еще и своих перепугаю. Пришлось обходить домик вокруг.
Подойдя к мальчишкам сзади особого внимания к себе не привлек, так, пара человек всего обернулась, и сразу потеряли ко мне интерес. К моему удивлению, в лесу продолжали орать, причем с трех разных сторон. Да, доприкалывался ты, Саня, очень надеюсь, что ничего страшного с ними не произошло. Тьфу ты, опять сбился на свое старое имя. Ничего, привыкну, второй месяц только в новом теле.
Внезапно появившийся пионервожатый пересчитал нас по головам и разогнал по комнатам. В отличии от пацанов, которые продолжали бурно обсуждать произошедшие, я почти мгновенно вырубился.
С утра весь лагерь бурлил, а слухи и домыслы поражали воображение. К обеду уже почти весь лагерь знал, что на мальчишек из третьего отряда ночью в лесу напали мертвые немцы. Причем нападавшими командовал то ли Мюллер, то ли Борман, а по некоторым рассказам и сам Гитлер.
Пацаны героически сопротивлялись, но понесли потери. Один сломал ногу, второй пропорол задницу об гвоздь на заборе, а третий получил сотрясение мозга и выбил пару зубов, столкнувшись в темноте с сосной.
Был еще и четвертый, он в одних трусах и кедах добежал до автобусной остановке на трассе, где его и нашли взрослые. По одним слухам, в основном среди мелочи из пятого и шестого отрядов, его туда притащили немцы чтобы выяснить главную военную тайну. По другим слухам, от старшаков, он очень испугался и бросив своих товарищей, решил сбежать домой.
На тихом часе пацаны, собравшись в нашей комнате, бурно обсуждали что нам делать и как защитится от фашистов. Ибо следующей жертвой должны были стать мы, из-за близости рощи. Страсти кипели нешуточные, половина отряда уже во всю смазывали лыжи к реальному бегству домой. Я уже несколько раз мысленно проклял вчерашнюю свою выходку. И тем покой и здоровье угробил, и этим отдых испортил. Надо бы спасать положение, а то так и до массового побега недалеко.
— Пацаны! Нам нужен тот, кого фашисты боятся, — выдал я свою наскоро обдуманную новую идею. Мальчишки притихли и вопросительно уставились на меня.
— Нам нужен Сталин! Он в войну их победил и поэтому они должные его боятся.
— А кто это, Жень? — спросил меня кто-то сбоку.
— Ты чё, дурак? — вмешался другой мальчишка. — Сталин — это младший брат Ленина. Они даже в одном мавзолее лежали. — И видя не верящие взгляды пацанов, поклялся. — Да чтоб я сдох, мне дедушка рассказывал, а он у меня майор.
— Так Сталин же грузин, — не выдержал еще один. — Это значит Ленин тоже грузином был?
— Да пофиг, где мы Сталина искать будем? Он же помер давно, — подал голос мой дружбан Ким. — Колись, Лис, чего придумал?
— Нам нужно изображение Сталина. Картинка или фотография. Надо всем в библиотеке покопаться и стянуть если найдётся. И клей нужен будет. Мы потом над входом, под коньком крыши её приклеим. И тогда фашисты точно в наш домик не войдут.
 
Пацаны облегченно зашумели, замелькали улыбки, проблема, считай решена. Распределили роли — кому в библиотеку, а кому в пионерскую комнату за клеем.
Я же лежал на кровати и офигевал. Мальчишки почти наизусть знают ближнее окружение Гитлера — благодаря телесериалу «Семнадцать мгновений весны», который крутят по советскому телевидению каждый год. А Сталин для них один из персонажей киноэпопеи «Освобождение». И то могли этого персонажа мимо сознания пропустить. Что-то знают на уровне слухов и небылиц. Мрак.
К вечеру, наши поисковики притащили трёх Сталинов. Два портрета и одну небольшую киноафишу. На портретах, явно вырванных из каких-то книг, был именно он, а на афише — актер сыгравший его в фильме «Падение Берлина».
Время до ужина провели очень занимательно, в попытках пристроить портрет под конёк крыши. Сначала пытались с тумбочки, потом притащили кровать и водрузили уже на неё тумбочку. Но сетка прогнулась и высоты опять не хватило.
Были предложения залезть на крышу и даже построить гимнастическую пирамиду. Но тут, кто-то вспомнил про деревянную лестницу возле бани. Быстренько сгоняли и с деловым видом, у всех на виду, лестницу утащили. Её высоты наконец хватило, чтобы приклеить генералиссимуса к нам на домик.
Второй портрет решили оставить в тумбочке на входе. Чтобы тем кому приспичит в туалет ночью, брали его с собой для защиты.
— Вы, главное, в темноте не перепутайте бумажки и не подотритесь им. А то до утра от страха в тубзике сидеть будете, — предупредил их я.
Все дружно посмеялись над подобной перспективой и повинуясь командам нашего вожатого, который соизволил появится, начали строится на ужин.
У нашего «Молотка» в лагере явно была любовь. Он постоянно пропадал. И днём и ночью, бросая нас на произвол окружающего мира. Но мы не жаловались а, наоборот, радовались внезапной свободе.
После водружения Сталина на наш домик, пацаны успокоились и всё потекло в прежнем русле. Я как мог, скрашивал свой досуг. И книги в библиотеке брал и во всяких конкурсах и соревнованиях участвовал, но свободного времени все равно оставалось прилично.
Пацаны сами себя занимали. Играли в нехитрые игры, ловили насекомых, плавили полиэтиленовые пакеты на медальоны-сувениры. Мне же с ними было откровенно скучно. Нет, я конечно и в общеотрядной жизни участвовал. И в спортивных соревнованиях тоже. Но, подобрать сучок похожий на пистолет и носится вокруг домика, играя в войнушку, или собирать жуков для аэродинамических опытов — я просто не мог.
Валяясь на песочке пляжа и пытаясь перечитывать Лескова, поймал себя на мысли, что страдаю хернёй. Ведь у меня есть куча времени, которое можно потратить с большей пользой, создав задел на будущее. Найти в лагере немецкоговорящих и практиковаться? Вряд ли я здесь найду достойного собеседника.
Тогда что? Изучать предметы за предстоящие классы? Хорошая идея, но не в лагере. Пацаны не поймут, такое надо дома, вдали от посторонних глаз. Может экономику по изучать? В той жизни, финансами нашего турагентства супруга занималась. А в этой видимо мне самому придется отдуваться. Но как её изучать? И есть ли учебники по ней в лагерной библиотеке?
Учебников не нашлось. Нашлась странная книга — «Экономическое учение Карла Маркса» авторства Карла Каутского. Карл о Карле. Смешно. И знакомая фамилия. «Я не про Маркса, а про Каутского.» По моему из далекого курса краткой истории КПСС, что преподавали нам в институте.
С сомнением взял эту книгу и неожиданно увлекся. Все двести двадцать пять страниц осилил за несколько дней. А потом пошел перечитывать и анализировать прочитанное. Хорошо, но мало. Надо будет поискать в городе подобную литературу.
С повешенной на меня обязанностью по стенгазете, справился за пару дней. В той жизни, в седьмом классе меня записали в редколлегию школьной газеты и я кое-что еще помнил. Плюс, не прошло даром обучение в ЛЭТИ* и навыки писать шрифтами и рисовать.