Отдана в долг (СИ)

Договор с Булаевым. И всё.
Я не вспоминал о ней. Выкинул из головы, как мимолётное влечение. А сейчас моя жажда вернулась… Я принял решение молниеносно! Я понял, что хочу красотку! Немедленно!
Хочу её…
В уплату долга.
Как одержимый!
Пусть Виктор деньги себе в задний проход засунет, а мне нужна ОНА.
Я предложил утырку сделку, от которой он точно не сможет отказаться. Его жизнь в обмен на его жену.
Безруков плакался, что его вырвали чуть ли не со спальни, испортив его первую брачную ночь. Мои глаза загорелись ещё ярче! Неужели девственница до сих пор?
— Жена твоя! Чистая?
— Зачем вы с-с-спрашиваете?
— Отвечай!
— Да… Из знатной семьи. Но сирота.
— Девственница?
Он таращит на меня свои уродливые глазки, медля с ответов. Понял, на что я собрался посягнуть, сам не прочь залезть на такой лакомый кусочек! Испугался, что отберу.
— Отвечай немедленно или сдохнешь!
— Невинна, как дитя…
Прекрасно.
То, что нужно.
Я всегда считал, что случайности не случаются.
Не зря мы тогда на балу встретились и меня к ней как к магниту тянуло.
Я схватил Виктора за шкирку, как следует встряхнул:
— Значит так! Я говорю, а ты делаешь!
Быстро-быстро закивал.
— Жену твою мне отдаёшь! Она должна будет выносить и родить мне наследника.
— Но…
Он весь позеленел, удивившись.
— Я что сказал? Никаких лишних вопросов, иначе кастрирую!
Виктор быстро защёлкнул пасть.
— Со здоровьем проблем нет?
— Идеальная…
Я это уже понял, по его глазам и слюням, которые летели во все стороны, когда он о жёнушке своей ненаглядной распинался.
Ну что ж!
Было ваше, станет наше.
— Сейчас отдам приказ, чтобы её ко мне немедленно доставили. Зовут как?
— Аврора…
Идеальное имя.
— Пошел! — я пнул лузера гребаного под зад и на выход. — К ней пойдёшь, как привезут! Расскажешь всё. И прямо сейчас мне на почту анализы её все отправь.
Выхватил у него телефон, открыв ещё раз фото блондиночки в скромном свадебном платье с нежным букетом лилий в руках.
Я почувствовал резкий прострел в члене, в штанах всё запекло. Давно не испытывал такой тотальной эрекции! Тяжёлой и стальной! Хотя я только на фото посмотрел, уже завелся с пол-оборота, а что же будет, когда сладкую конфетку в живую увижу?
Она наверно очень узкая…
Я в нетерпении облизал губы, мысленно выругавшись от нетерпения.
Ну что ж Аврора…
Приступим к зачатию прямо сегодня.
  
Глава 20.
 
Настоящее время.
— Простите, мисс, господин приказал всё забрать и подготовить для вас другую комнату.
Дверь без стука распахивается, в спальню входят человек пять, примерно. Я резко поднимаюсь с кровати, растирая слёзы по щекам, начинаю рассеянно наблюдать за тем, как слуги принимаются здесь всё тормошить.
Дорогие наряды, косметика… и прочие личные принадлежности фасуются по контейнерам и выносятся на лестницу. Мне лишь оставляют самую маленькую коробку с самым необходимым.
— Вот, — Елена протягивает мне её в руки. — Спускайтесь вниз, я покажу вам вашу новую комнату и выдадут новую одежду. 
Она даже мне в глаза не посмотрела и скривилась, будто съела целый лимон. Теперь со мной начинают обращаться как со служанкой.
Я покидаю комнату, кусая губы, иду за Еленой. Остальные работники с каким-то подозрением поглядывают мне в спину и тихонько перешёптываются между собой.
Мы спускаемся на первый этаж дома, затем длинным коридором идём в заднее крыло и там замираем напротив не примечательной бесхозной двери. Ничего не сказав, Елена просто ткнула в неё пальцем, развернулась и исчезал, а за её спиной вырос здоровенный амбал. Он скрестил ручищи на груди, приняв грозную позу, будто собрался меня караулить. Так и есть.
Чувствуя, как на меня начинают давить стены этого дома, я всё же открываю дверь, вхожу внутрь, осматриваясь.
Комната выглядит очень маленькой, но чистой. Непривычно простой. Здесь нет ничего, кроме кровати, шкафа, небольшой тумбочки и окна, на котором висит самая простая полупрозрачная занавеска.
 
Похоже, здесь раньше жил кто-то из обслуги, а еще раньше, возможно, здесь была кладовка.
Открыв шкаф, я обнаруживаю там невзрачную одежду свободного кроя в тусклых тонах. Не знаю почему, но мне правда становится очень больно и горько, глядя на всё это. Ведь такими действиями Демьян даёт мне понять, насколько сильно он во мне разочаровался и что моё место, в лучшем случае, на этаже с прислугой. Но Демьян не будет наказывать меня работой, так как я в положении, он будет наказывать меня отсутствием внимания, заботой. Теперь я догадалась, почему он переселил меня в другую часть дома, в крыло для персонала — чтобы я не попадалась ему на глаза.
Не успеваю осмотреться, дверь открывается, в проходе появляется Елена.
— Немедленно переодевайтесь. Хозяин велел забрать вашу старую одежду. Велел, чтобы я лично всё проконтролировала.
— Хорошо, сейчас…
— Я жду, — служанка скрещивает руки на груди, недовольно постукивая каблуком по полу.
Беру в руки серое платье, длиной ниже колен, свободного кроя, прижимаю к груди. Опять направляю взгляд на Елену.
Жду. Молчу несколько секунд.
Она не шелохнётся даже.
— Вы не могли бы выйти?
— Переодевайтесь, быстрей! — зло рявкает она. — У меня ещё уйма дел! Нянькой я не нанималась!
Отворачиваюсь.
Моя жизнь опять изменилась.
И не в лучшую сторону.
А я уже начала привыкать к тому, что в ней появился хоть какой-то просвет.
И вот опять.
Всё рухнуло в пропасть.
Эти изменения ощущаются очень сильно, особенно, в отношении персонала.
Сбрасываю старую одежду, которую мне дарил Алаев, ещё тогда, в супернавороченном торговом центре, вместо неё натягиваю через голову простое, однотонное платье. Этот цвет навевает тоску…
Недовольно вздыхая, с недовольным выражением лица служанка выхватывает из моих рук брендовые вещи и выходит, хлопнув дверью. Напоследок произносит:
— Скоро принесу ужин.
Я сажусь на кровать и просто смотрю в одну точку.
Кажется, будто внутри меня не осталось ничего живого…
Через несколько минут Елена возвращается, ставя передо мной поднос. Не сказав и слова, уходит. Только смотрит как на помойного таракана.
Я беру вилку, смотрю на большую порцию ароматного жаркое. Алаев поменял в моём образе жизни почти всё, кроме еды. Потому что еда — это важно. Аппетит пропал, мне не хочется есть вообще, но
я делаю это через силу, ради здоровья малышей.
Поужинав, выключаю свет, забираюсь с головой под одеяло и пытаюсь уснуть. Ночь кажется мне бесконечно долгой…
* * *
Проходит несколько дней. Я живу практически как затворница, в плане того, что со мной никто не желает общаться и в плане того, что проход в центральную часть дома и центральную часть сада мне запрещен.
Прислуга перебрасывается со мной лишь парой слов, а хозяина дома, такое чувство, что я будто бы больше не увижу его никогда.
У меня отняли все излишества, кроме еды и прогулок. Без этого никак! Питание осталось вкусным и сбалансированным, также, следуя режиму, мне необходимо регулярно гулять на свежем воздухе для благополучного течения беременности. Как раз-таки рядом с моей скромной комнаткой находится запасной выход в сад.
Днём большую часть времени я провожу там. Ведь делать мне вообще нечего! Телефон у меня отобрали, телевизора в комнате нет. А попросить о чём-то у ворчливой и вечно недовольной карги Елены я не рискую. Хотя бы о какой-нибудь книжке… Самой старой, самой ненужной в доме, я была бы и этому рада.
Пока что моё положение остаётся более чем печальным. В каждом уголке дома до сих пор чувствуется железобетонное напряжение, пронизывающее до самых костей. С моим приездом сюда атмосфера здесь была немного другой, а сейчас… как будто я нахожусь в мрачном замке, битком набитым полтергейстами.