Ворон из пустого гроба
* * *– Что значит «отменили отречение»? – гневно пролаял Нацука, но телохранитель, только что принесший ему эту новость, был невозмутим.
– То и значит: верховный жрец заявил, что не признает передачу престола. Поскольку нынешний правитель так и не выходит из покоев, судя по всему, это единоличное решение Белого Ворона. Ну и переполох при дворе, наверное!
Рокон не выказывал ни малейшего беспокойства. Белому Ворону подчинялись все жрецы, он когда-то объявил младшего брата Нацуки истинным Золотым Вороном и сам же посоветовал Нацуке отказаться от престола. Именно этот человек энергичнее всех ратовал за восхождение молодого господина на трон. Так о чем же он теперь думает?!
– Его Высочество сейчас в городе, к нему уже едет посланник. Господин Нацука, что вы решили?
– Известно что. Пойду во дворец. Какой смысл сидеть тут и ломать голову?
Нацука встал и быстро накинул верхнее кимоно, поданное прислугой.
– Встречусь с Его Высочеством, и навестим Белого Ворона, пусть объяснит. Передай ему, чтобы подготовился и вышел к нам. И до нашего прихода не позволяй ему общаться со всяким сбродом.
– Понял.
– А ты иди со мной.
Пока Нацука добирался до дворца, от молодого господина вернулся слуга. Оказалось, что и Его Высочество отправился к Белому Ворону: видимо, подумал о том же, что и брат. Молодой господин со своим телохранителем прибыл к воротам Оо-мон – главному входу во дворец – одновременно с Нацукой.
– Надзукихико!
– Братец! Что происходит? – Наследник соскочил с седла, лицо его было сурово.
Заметив их, чиновники зашумели, и Нацука встал, загородив собой младшего брата.
– Я велел молчать жрецу, передавшему послание, а Белому Ворону – выйти к нам.
– А что министры?
– Пока ничего не слышно. Но посланники четырех домов уже осаждают старшего жреца, так что он скоро сдастся.
Молодой господин помолчал и тихонько вздохнул, словно признавая невозможность долго скрывать новость.
– Жаль тратить время на доклады. Пойдем прямо во дворец, к воротам Кин-мон.
– Согласен.
Сумио, телохранитель молодого господина, который слушал их разговор, повел их вперед. Братья двинулись за ним, а их окружили Рокон и его подчиненные.
В самой глубине дворца за тронным залом находились личные покои воплощения Золотого Ворона. Вообще-то туда не пускали без приглашения самого правителя, однако сейчас братьям было не до церемоний. Они шли не к трону отца, а к запретным воротам, которые прятались еще глубже в горе.
Дворец вырублен внутри горы Тюо. Ятагарасу считают ее вершину божественной землей, где обитает Ямагами-сама. Говорят, отсюда есть выходы во внешний мир, а на границе дворца и священной земли стоят запретные ворота Кин-мон. Перед этими воротами Золотой и Белый Вороны слушали волю Ямагами, отправляли церемонии и властвовали в Ямаути. Вот почему дворец повелителя построили как можно ближе к Кин-мон, а верховный жрец Белый Ворон обычно тоже находился рядом, чтобы оберегать священный вход.
Когда спал замок и двери тронного зала распахнулись перед молодым господином, личный секретарь правителя и подскочившие дамы подняли крик. Конечно, войти разрешалось не всем, поэтому вместе с братьями пропустили только Сумио и Рокона, остальные телохранители ждали у дверей.
Обычно полагалось доложить о себе главе ведомства и запросить аудиенцию Белого Ворона, но сегодня не было времени. Нацука и наследник почти вломились во дворец, как грабители, и направились прямо к границе со священной территорией.
– Ваше Высочество! Господин Нацука! Кто бы мог подумать, что вы пожалуете с этой стороны!
Когда они прошли почти весь дворец, их наконец-то встретил ятагарасу в белых одеждах, непохожий на чиновников. Это был один из жрецов Белого Ворона.
– Далее, кроме Золотого Ворона и Белого Ворона, могут заходить только чиновники, получившие разрешение.
– Истинный Золотой Ворон как раз здесь. К тому же у нас срочное дело. Белый Ворон уже должен был получить наше послание, – заговорил Нацука, не успели Сумио и Рокон ртов раскрыть. Нацука понимал, что гости могли опередить посланника и лучше не упоминать об этом.
Жрец растерялся. Сзади к нему подошли и прошептали что-то на ухо, и лицо у него вытянулось от изумления. Перешептываясь со вторым жрецом, он то и дело поглядывал на прибывших и наконец, что-то решив для себя, вновь направился к ним.
– Прошу прощения. Белый Ворон ждет вас у запретных ворот. Я вас провожу.
Миновав роскошные дворцовые помещения и деревянный коридор, они попали в проход, выложенный камнем. Справа и слева разветвлялись и стремились во все стороны каналы. Идя навстречу течению, они добрались до огромного зала, вырубленного в скале. Потолок был поразительно высок, а комната имела форму круга. Напротив входа находилась огромная дверь, и приходилось задирать голову, чтобы увидеть ее всю. Вдоль каменной стены стояли камни – каждый величиной с человека. К удивлению пришедших, вода, что бежала по каналам, била как раз из этих камней.
Сам Нацука впервые оказался так близко к запретным воротам. Он застыл, поглощенный атмосферой этого места, и вдруг в центре помещения увидел знакомое лицо.
– Старший жрец!
Пожилой мужчина с печатью глубоких дум на лице последние годы распоряжался дворцовыми церемониями вместо тяжелобольного Белого Ворона.
– Почему ты здесь? А где Белый Ворон?
– Ему нездоровится, поэтому первым к вам вышел я. Он скоро пожалует, но я и сам мог бы передать вам его волю.
Старший жрец низко поклонился, и Нацука с молодым господином переглянулись.
– Что ж, выслушаем. Почему вы выступаете против передачи трона?
– Ведь больше десяти лет назад Белый Ворон сам предложил возвести на престол молодого господина. Странно, что сейчас он просит подождать, – подхватил Нацука мысль брата.
Старший жрец ответил:
– Я понимаю вас.
Он снова поклонился.
– Однако прошу снисхождения. Это решение заставило всех поломать голову. Мы не хотели делать это заявление.
– Тогда почему? Объясни причину! – приказал молодой господин, но жрец с мольбой взглянул на него.
– Вы позволите сначала обратиться к вам с просьбой?
– Какой?
– Не могли бы вы, Ваше Высочество, своей рукой открыть запретные ворота?
Нацуку потрясла неожиданная просьба, но сам молодой господин послушно сделал, как его просили. В воротах торчал огромный ключ – крупнее человеческого лица. И он был уже повернут.
На первый взгляд дверь мог открыть кто угодно. Первым делом молодой господин толкнул ворота рукой, как обычную дверь, но те не шелохнулись. Нацука не утерпел и присоединился к брату. Он уперся в дверь плечом и надавил на нее всем телом, но все бесполезно.
Жрец поник головой:
– Я так и думал.
– Но что это значит? В чем смысл? – начал злиться Нацука, ничего не понимая.
Молодой господин тоже смотрел на жреца в замешательстве, и тот покорно заговорил:
– Девятнадцать лет назад, когда родился Его Высочество молодой господин, в доме роженицы зазвенели колокольчики и в запретных воротах сам по себе повернулся ключ. Все произошло согласно описанию, которое передается от верховного жреца к верховному жрецу из поколения в поколение. Мы решили, что вы и есть истинный Золотой Ворон.
Вот почему Белый Ворон тогда возвестил об этом повелителю и по всей стране. Нынешний правитель был тогда еще наследником престола и не получил свой титул воплощения Золотого Ворона. Престол собирались передать напрямую молодому господину в день его совершеннолетия. Если бы не случилась одна непредвиденная вещь: запретные ворота не открылись.
– То есть…
– По преданию, если ключ повернулся, даже жрец сможет открыть запретные ворота. Однако кто бы ни пытался, уже вроде бы открытые ворота так и не распахнулись. Даже вы сейчас убедились в этом. Кстати, не помните? – уныло спросил жрец. – Мы как-то раз привели вас сюда еще малышом. Надеялись, что если сам наследник коснется двери, то все получится, но ворота не шелохнулись. Вот тогда-то мы впервые усомнились в том, что вы истинный Золотой Ворон.