Трогать нельзя (СИ)

- Давай, - хриплю в поцелуе и она опускает руку мне на ширинку.
Рычу ей в рот и толкаюсь бедрами.
- Я тоже скучала, - отрывается от губ и шепчет мне на ухо.
Хочу увидеть ее лицо, а она прячет его. Усмехаюсь. Все еще стесняется.
- Достань его, - шепчу я ей тоже в ухо и прикусываю мочку. – Давай, девочка. Достань.
Замирает. Я жду. Хотя давно готов расстегнуть все нахер, чтобы освободить ноющий в тугих боксерах член. Но хочу, чтобы она сделала это.
И она делает.
Кладет и вторую руку мне на ширинку и борется с ремнем. Я слышу лишь лязг ремня и замка. Продолжаю целовать Алину в шею и мять задницу руками.
Наконец, она справляется. Я громко выдыхаю, почувствовав свободу. Замечаю, как взгляд Алины скользит вниз. На него. На мой член. Торчащий, с набухшей головкой и дергающийся от неловких прикосновений тонких пальчиков.
- Привстань, - хриплю нетерпеливо и сам приподнимаю ее за задницу.
Отодвигаю трусики и приставляю член. Ох, сука, это пиздец. Головка трется о влажную нежную кожу и крышу просто рвет мне от ощущений.
Алина тоже стонет и нетерпеливо водит бедрами. Хочет тоже. Тоже скучала.
Впиваюсь в ее губы, прикусывая нижнюю губу, и резко опускаю ее на себя.
И мы оба стонем в поцелуе. Какое-то время Алина так и сидит на члене. Потом начинает кружить попой.
- Тесно как, - шепчет мне в губы.
- Очень тесно, - соглашаюсь я отрывисто. – Девочка моя.
И собираюсь начать толкаться бедрами, но охуеваю от кайфа, когда девчонка сама вдруг начинает приподниматься и опускаться. Сама! Она скользит по моему члену. И эти звуки, сука. Как же они вставляют меня! Хлюпанье, шлепки, стоны.
Она трахает меня. Не я ее, а она. И мне это нравится.
Сначала ее губы скользят по моим губам. Вверх-вниз, вверх-вниз. Как и ее складки по моему члену.
А потом Алина откидывает голову назад и я впиваюсь в тонкую шейку. Прикусываю ее. Языком вывожу круги. Спускаюсь губами ниже. Платье, сука, мешает. Пытаюсь расстегнуть его. Матерюсь. И, в конце концов, просто пальцами сжимаю воротник с хитровыебанными застежками и резко дергаю вниз.
Раздается треск. Еще один охуенный звук. Усмехаюсь, видя испуганный взгляд Алины.
- Чего остановилась? – рычу я, задирая вверх лифчик и сразу же впиваясь в упругую грудь.
- Платье… Марат… - пищит девчонка.
- Новое куплю, - хриплю я и языком вылизываю сосок.
- Ох… - стонет Алина и запускает пальцы мне в волосы.
И начинает скакать на мне. Уже быстрее.
Не могу сдержаться и хриплю с рыком прямо ей в грудь. Да и ее стоны становятся громче. Но силы, похоже, оставляют ее. Слабая еще. Тренировать и тренировать.
Вместе хочу.
Поэтому беру ее за талию и начинаю насаживать на себя в нужном темпе. И бедрами толкаюсь.
И мы кончаем. Вместе кончаем.
Я чувствую, как заполняю ее. Как член дергается в ее спазмах. И как она вся дрожит.
И сердце ее слышу. Бешено стучит.
- Малина. – шепчу я, опять возвращаясь к груди.
Целую ее, обхватываю губами и посасываю сосок.
- Охуенная моя Малина.
А она лишь вздыхает. Постанывает и вздыхает.
Сидим так несколько минут. Молча. Я прижимаю ее к себе.
Еще немного, блять, и у меня член опять встанет на полную, находясь в ней. Трахну еще. Но не здесь.
Приподнимаю ее с себя, целую и пересаживаю на сиденье. Заправляю член. Алина пытается поправить разодранное платье.
- Придется держать, - произносит тихо.
Наклоняюсь к ней и целую.
- До дома быстро, Малина. Ты охуенная. Правда. Едем? – подмигиваю. – К школе готовиться? – чмокаю ее и завожу машину.
Глава 74. Марат
Я целую ее едва она успевает выйти из машины. Сжимаю тонкую талию и толкаю в дом. И сразу к стене.
Не отрываясь от губ, руками тяну то, что осталось от платья. Дорываю его и отбрасываю. И лифчик туда же. И трусы. Провожу пальцами ей между ног и Алина постанывает мне в рот. Усмехаюсь.
 
Обхватываю ладонями груди и сминаю их.
- Хочу тебя, - шепчу в губы.
Спускаюсь вниз и засасываю сосок, а сам быстро спускаю брюки и боксеры. Член тут же пружинит до самого живота.
Эта девчонка пиздец как действует на меня. Все время стоит рядом с ней!
Беру ее за задницу и поднимаю. Прижимаю спиной к стене и, удерживая одной рукой, второй приставляю член. И сразу вхожу. Без лишних ласк. Девчонка готова. Хочет не меньше меня.
И опять обхватывает меня там. Стискивает. Я рычу, прикусывая грудь. И сразу же вылизываю место укуса. А потом ставлю метку. Что моя.
Отрываюсь и довольно смотрю на красное пятно на подрагивающей груди.
И начинаю трахать Алину. Жестко. Резко. Рваными толчками. Вбивая ее в стену. Удерживая руками.
- Марат, - стонет Алина, обняв меня ногами и прижимая мою голову к себе руками.
Чувствую ее ногти на загривке.
Я оказался прав на ее счет: она реально кайфует от секса. Создана для него. Любит трахаться. И только со мной. Я ей показал, как это охуенно. Я!
От осознания этого сносит крышу. Еще быстрее вбиваюсь под хлюпающие звуки и звонкие шлепки.
Вздохи и стоны Алины прорезают комнату. Да я и сам не могу сдержать эмоции.
- Ах, блять! Да! Да, блять! Так! Так, блять! Малина! Блять! – выкрикиваю, ощущая спазмы вокруг члена. – Да… да… - хриплю, толкаюсь и опять заполняю ее. Выстреливаю. И еще толчок. Чтобы до конца. – Да, блять…
Сердце заходится. По виску стекает капля пота. А член дергается в попытках выжать все до упора. До последней капли.
Чувствую, как тело в моих руках расслабляется. Сейчас отпущу Алину – и она упадет. Рухнет на пол. Ноги у нее дрожат. Глаза полузакрыты и слабый язычок облизывает губы.
- Малина моя, - хриплю я, целуя в эти самые губы.
- Марат… - и голову мне на плечо кладет.
Оглядываюсь и сажаю ее на тумбочку, а сам избавляюсь от мешающих брюк. И снова подхватываю Алину и несу наверх.
Трахаю ее в душе. На кровати. На полу, когда она стоит на четвереньках и послушно подмахивает мне задницей. На подоконнике, пока она любуется садом. И опять на кровати.
Мы прерываемся только, чтобы перекусить. Но и на кухне я ее тоже трахаю прямо на столе.
В какой-то момент она вырубается на кровати после очередного оргазма. И я даю ей отдохнуть. Пару часов. Оставляю одну, ухожу из комнаты.
Но не могу долго без нее. Не могу.
Опять прихожу, ложусь рядом. Алина как раз просыпается.
Забираюсь под одеяло и целую опухшую от ласк грудь. На ней уже несколько моих отметин. Улыбаюсь довольно.
Обвожу языком сосок.
- Марат, - хнычет Алина, потирая глазки, - не могу больше. Ты меня убить хочешь?
Вылезаю из-под одеяла и смотрю на нее сверху вниз.
- Я хочу, чтобы ты ни на кого смотреть не могла завтра, - усмехаюсь. – Чтобы даже не думала об этом.
Алина улыбается. Берет вдруг мое лицо в свои руки и улыбается.
- Мне и не надо ни на кого смотреть, - тихо произносит. – У меня уже есть мой Марик. Мой котик.
Замираю. Это она обо мне, что ли?
- Котик мой, - повторяет она и гладит меня по щеке.
И от этих ее слов я взорваться готов. Меня наполняет какое-то странное чувство.
Кто меня так называл раньше?
Никто.
Кто ко мне так относился?
Никто.
Смотрю ей в глаза. А она кладет ладонь мне на голову и гладит по ней.
И ничего, казалось бы, в этом жесте нет такого, а меня так штырит с него. Это, сука, круче минета.
Тянусь к ее губам.
- Что же ты делаешь, Малина? – шепчу в них. – Ты понимаешь, что делаешь?
Ну, как не трахнуть ее? Такую ласковую? Такую улыбающуюся? И такую желанную?
И я трахаю ее. Тоже нежно. Не отрываясь от губ и вдыхая все ее стоны и всхлипы.
И, кончив, просто лежу на ней, покрывая поцелуями лицо, шею, грудь. Потом перекатываюсь, ложусь рядом и прижимаю ее к себе.