Трогать нельзя (СИ)

- Нравится? – спрашиваю я, обнимая ее за талию и прижимая к себе.
- Да, но… зачем? Я не ношу такое… Это же дорого?
- Это мой подарок тебе, - наклоняюсь и целую ее в шейку. – У красивой девочки должны быть красивые вещи.
Поднимаю руки вверх и сжимаю грудь. Алина без лифчика и я подцепляю соски и чуть тяну.
- Так соскучился, Малина, - хриплю ей в ухо. – Ты мне еще за утро должна. Зачем сбежала? Просыпаться мы должны вместе.
Одной рукой сжимаю грудь, а вторую веду вниз.
Но девчонка тут же перехватывает ее за запястье и пытается убрать.
- Ну, что такое, Малина? – шепчу нетерпеливо и трусь ширинкой о ее задницу.
- Я не хочу, - опять заявляет она и разворачивается ко мне.
Что за хуета?! Хочет! Я знаю!
- А я хочу, - усмехаюсь я и толкаю ее на кровать. Берусь за ремень, глядя на нее сверху вниз.
- Ты теперь всегда будешь делать это, когда только ты хочешь? – холодным голосом спрашивает она, приподнимаясь на локтях.
Руки застывают на бляшке ремня.
Сука. О чем она?
- Хорошо, - опять ложится и отворачивается к стене. – Быстрее начнем – быстрее кончим.
Я стою и злюсь. Что она себе позволяет?!
- А ты торопишься куда-то? – спрашиваю с усмешкой.
- Да. Мне надо готовиться.
- К чему это?
- Я на следующий год поступать буду заново, - поворачивается и смотрит на меня.
Я хмурюсь и сжимаю губы.
Вот упертая!
Щелкаю ремнем, разворачиваюсь и выхожу.
Иду к бару и заглушаю злость виски. Это пиздец какой-то!
Ни одна девка меня так не выводила.
И любую другую я просто поставил бы раком и трахнул. Или в рот выебал. И плевать на слезы или равнодушный взгляд.
А тут… словно останавливает что-то. Не дает так поступить. Потому что будет хреново потом.
Но что?
Делаю еще глоток. Прямо из горла.
Нихера не понимаю. И зачем-то достаю из ящика стола ненужную карточку, которую давно стоило выбросить. Но сейчас достаю и кручу ее в руке.
Глава 71. Марат
- Что же случилось такое, что вы вытащили меня из постели?
Бесячий психолог садится в мою машину, когда я паркуюсь возле его дома и прошу выйти. И нахера я здесь? Сам не понимаю. Но вместо того, что поехать к той же Леонке и трахнуть ее, я сижу и смотрю на слащавую морду этого придурка.
Злюсь. И на себя за это. И на него. Но особенно на Алину.
- Как Алина? – спрашивает он.
- Нормально, - бурчу, вцепившись в руль и глядя на него.
- Значит проблемы у вас.
Вот, почему так бесит его догадливость? Почему каждый раз хочется дать ему в морду, но я сам приехал сюда и позвал его. Чтобы набить морду? Нет.
- Чего ей не хватает, а? – поворачиваюсь к нему.
- А что вы ей дали?
Этот вопрос сбивает меня с толку. В смысле?
- Все, - отвечаю, хмурясь. Мне не нравятся его вопросы, но он, сука! что-то знает. После разговора с ним Алина всегда ведет себя по-другому. Поэтому я и здесь.
- А конкретно?
- Ты дурак? – спрашиваю прямо. – Что мужик может дать девке?
- Девке – догадываюсь, - вполне серьезно произносит он. – А что Алине?
- У нее все есть, - отвечаю хмуро. – Я для нее стараюсь. Ей ни о чем думать не надо. У меня не было так раньше. Понимаешь ты это? – опять смотрю на него.
- Конечно, понимаю, Марат. Поэтому вы и здесь. Потому что все не «как раньше». Я же вам уже говорил, что Алина другая.
- Слушай, хватит мне выкать, а? Раздражаешь, - говорю откровенно. – Давай выпьем.
Достаю из бардачка начатую бутылку, из которой уже делал пару глотков по дороге, и протягиваю ему.
Как ни странно, но он берет. И даже отпивает. Морщится и просит закусить. Слабак.
- Так что ты там про другую пиздел? – напоминаю ему.
- Марат, скажи честно, она тебе нравится? – вдруг спрашивает он.
И я задумываюсь. Хмурюсь и смотрю на руль. Что значит «нравится»? Это когда как?
- Если сейчас приедешь домой, а ее нет, что испытаешь? – копается он во мне.
- Убью, - говорю я.
- Кого? – испуганный голос.
- Охранника. Что позволил ей уйти. А ее – найду. И к кровати наручниками! – выпаливаю и забираю у него бутылку. Тоже отпиваю.
 
Легче не становится.
- Наручниками? – спрашивает Александр. – И что это даст тебе?
- Не мне, а ей, - поворачиваюсь к нему. – Это даст ей защиту.
Он хмыкает.
- Она хочет учиться дальше, - сам продолжаю я уже тише.
Молчит. Ждет?
- Я против.
- Почему?
- Потому что… - начинаю и обрываюсь. Задумываюсь. Сказать ему об истинной причине? Или наврать? Как и Алине?
- Потому что боишься, что она влюбится в кого-то другого? – этот наглец опережает меня.
И я смотрю на него сначала круглыми глазами, а потом, наоборот, сощурившись.
- Боишься, что она обратит внимание на другого мужчину? – продолжает добивать меня он. – Что ей будут оказывать внимание. Ведь так, Марат?
Хмурюсь и отворачиваюсь к окну.
- А знаешь, почему так?
Блять! Вот, почему его вопросы всегда как будто нож по свежей ране? Почему так неприятно-то?
- Потому что ты, Марат, боишься потерять ее. Алину. Боишься, что останешься без нее.
- Я не хочу, чтобы ее обижали, - цежу я, не глядя на него. – А ее постоянно кто-то обижает. Постоянно! – стучу ладонью по рулю. – Она не может постоять за себя! И как магнит для уродов!
- Может, потому что ей просто надо придать уверенности? Чтобы она чувствовала, что кому-то нужна. Что у нее есть защита. Что ее никто не обидит. Уверенности, Марат. Понимаешь? Дать ей уверенности.
- И кто же ей ее даст? – усмехаюсь и поворачиваюсь к нему.
- Ты, - запросто отвечает он.
Смотрю на него удивленно.
- Ты, Марат. Только ты, - повторяет он. – Ты же и сам этого хочешь. Скажи, что хочет мужчина? Что доставляет ему удовольствие?
- Ты издеваешься? – усмехаюсь я, поглаживая рукой руль. – Ты сам мужик и спрашиваешь меня, что доставляет нам удовольствие?
- Я не о том, что ты подумал, - улыбается он. – Настоящее удовольствие – это когда с тобой рядом счастливая женщина. Счастливая, понимаешь? Но у каждой, конечно, свое представление о счастье. Ты выбрал Алину. Осталось понять, что приносит счастье ей.
И замолкает. И я молчу. Так и сидим в тишине.
Я думаю.
Разве сейчас она не счастлива со мной? Разве я не стараюсь для нее?
Да я могу купить ей все, что она захочет!
Каждый раз, трахая ее, я думаю о ней! Чтобы она кончила! Когда такое было?
Этого мало?
Ей мало.
- Нихера не понимаю, - мотаю головой. – Сука. Почему так сложно?
- Потому что ты выбрал не просто девушку на одну ночь, - слышу голос Александра. – В этом вся сложность, Марат. А если Алина будет вести себя так, как ты привык, то тебе самому это наскучит очень быстро. Да и Алина не будет самой собой в этом случае… Она потеряет себя. Уже теряет. И чувствует это. Поэтому так и ведет себя. Ей это не нравится. И она не будет счастлива. А значит и ты тоже, Марат.
- Так что же? – не понимаю я. – Дать ей возможность учиться? А она потом и работать захочет?! – резко перевожу на него взгляд.
Пожимает плечами и улыбается.
- И другие мужики будут пялиться и дрочить на нее? – рычу я, злясь на его спокойствие.
Я-то горю!
Кивает. Он, сука, кивает!
- Но у нее же будет кто-то, ради кого она не будет отвечать взаимностью другим. Кто-то, ради кого она будет бежать домой. Кто-то, кто будет смотреть на эти взгляды других мужчин и понимать, как они ему завидуют.
- Кто-то, - бурчу я. – Кто-то, кто-то. И кто?
- Ты, Марат. Неужели ты до сих пор это не понял? Ты. Она уже сделала выбор. Так, помоги ей убедиться, что она не ошиблась. Что все правильно.
Молчу. Откуда у него такая уверенность в ней? Почему у меня ее нет?
Потом мы еще сидим какое-то время и выпиваем. Немного. Мне же еще домой ехать. Но Александру хватает. Его развезло конкретно.