Роман с квотербеком (ЛП)

Переводчик: Александрия
Редактор: Иришка
Обложка: Wolf A.
1
Палмер
Я положил ноги на пуфик перед собой и попытался отвлечься от громкого смеха, доносящегося из холла шикарного отеля.
За окнами кружились огромные снежинки. Мир за этими стенами казался гораздо более спокойным. Внутри было тихо и спокойно, пока не появилась группа женщин, чтобы зарегистрироваться. Я уже собирался бросить чтение газеты и отправиться в свою комнату, когда в дверном проеме появился мой приятель Слейт.
— Вот ты где. Мы с Пейшенс тебя искали.
— Закончили кататься на склонах на сегодня? — я сделал глоток какао, сожалея, что не смог пойти с ними. Пока я еще не решил, что делать дальше, но был не настолько глуп, чтобы рисковать сломать ногу и поставить крест на прибыльной карьере профессионального футболиста.
— Да, мы все еще ужинаем? — спросил Слейт.
— Я не нужен тебе в качестве третьего колеса. Сегодня выходные в День святого Валентина. Побалуй свою жену романтическим ужином наедине.
Не хватало еще, чтобы я сорвал их поездку, хотя Слейт никогда бы не стал меня за это корить. Именно он настоял на том, чтобы я прилетел в Тахо на отдых.
Я пробыл здесь уже несколько дней и, наверное, должен был отправиться домой, но пока не был готов к встрече с прессой. Не каждый день квотербек приводит свою команду к завоеванию самого желанного кубка в футболе и не остается рядом, чтобы отпраздновать это событие.
Слейт понимал меня. Он сам пережил нечто подобное, когда несколько лет назад ушел из лиги. Мне повезло, что он был на моей стороне.
— Наш столик заказан на семь, и даже не думай о том, чтобы не прийти. Если такое случится, Пейшенс будет против нас обоих.
— Этого не может быть.
Ревность пронзила мое нутро. Я завидовал Слейту и его жизни, которую он построил для себя вдали от всеобщего внимания. Он был отъявленным сукиным сыном, когда бросил свою карьеру. Благодаря Пейшенс у него теперь была прекрасная жизнь, которую он хотел и которую заслужил.
Слейт указал своим толстым пальцем на центр моей груди.
— Не опаздывай.
Если бы он не был одним из моих лучших друзей — я бы испугался.
— Я спущусь, чтобы выпить и перекусить. Потом вы вдвоем сможете поужинать при свечах.
— Да, посмотрим, что получится, — он махнул рукой, разворачиваясь. — До скорого.
Я подождал, пока он уйдет, допил остатки какао и поднялся со стула. Даже тепло дровяного камина не смогло прогнать мой озноб.
С прошлых выходных я пребывал в подавленном состоянии. С тех пор как я достиг вершины своей карьеры и понял, что мои достижения ничего не значат. Теперь я не знал, что с собой делать. Хорошая новость заключалась в том, что у меня было время разобраться во всем. Плохая новость — я понятия не имел, как вывести себя из этого состояния.
После пары часов пролистывания спортивных каналов и получаса под обжигающим душем я почувствовал себя немного лучше. В конце концов, я надел костюм, который был на мне, когда я приехал сюда. Может, внутри у меня и не все в порядке, но снаружи по крайней мере я мог выглядеть презентабельно.
Когда я вышел с интервью, которое приняло неожиданный оборот, то не знал, куда себя деть. Потом позвонил Слейт и поздравил с крупной победой. Должно быть, я находился в ужасном состоянии, потому что через несколько минут он забронировал мне билет на самолет до Рено. Он сам встретил меня в аэропорту и настоял, чтобы я поехал с ним и его женой на выходные.
Если бы я не был так чертовски потерян, то ни за что не согласился. Но теперь, когда я был здесь, вдали от тех мест, где кому-то придет в голову искать меня, тяжесть в груди ослабла.
Я обошел несколько групп, ожидающих посадки, и вошел в ресторан. Весь зал сверкал от мерцания свечей, пляшущих по бревенчатым стенам. Над головой висели старинные светильники, а за столиками на двоих сидели десятки пар. В воздухе витала любовь.
Слейт и Пейшенс сидели за столиком у окна. Их лбы соприкасались, и казалось, они увлечены глубокой беседой. Я чувствовал себя придурком из-за того, что вообще здесь оказался. Не хватало еще, чтобы я вломился на их ужин в честь Дня святого Валентина. Можно было бы заказать обслуживание в номер и поесть перед телевизором.
  
Я повернулся, намереваясь уйти, пока они не заметили меня. Жаль, что я не заметил фигуристую блондинку, стоявшую позади. Мой локоть ударил ее в грудь, и из ее рта вырвалось громкое «О-о-о-оф», удивив нас обоих.
— Черт, мне жаль, — я потянулся к ее руке, но она отшатнулась, врезавшись в стоящего за ее спиной официанта.
Поднос с бокалами упал на пол, вместе с кувшином, пахнущим сангрией. Жидкость забрызгала мои брюки и платье женщины. Она посмотрела на меня, ее карие глаза расширились.
У меня сжалось нутро. Я не знал, что делать: хватать салфетку, чтобы помочь ей, или убираться отсюда к чертям собачьим, пока кто-нибудь не узнал меня. К счастью, несколько женщин вскочили со своих мест за столиком позади нее и промокнули ее платье своими салфетками. Официант присел и потянулся за разбитым кувшином. Я наклонился, чтобы помочь.
— Я разберусь, сэр. Сейчас же все уберу.
— Привет, Палмер. Рад, что ты решил присоединиться к нам, — Слейт стоял над нами, его широкие плечи загораживали тусклый свет от светильника позади него.
Я встал.
— Что за способ заявить о себе, а?
— Ты никогда не делаешь ничего наполовину, не так ли? — в его глазах мелькнул юмор, прежде чем он повернулся лицом к столу с женщинами. — Дамы, мы сожалеем о причиненных неудобствах. Мы с моим другом оплатим вам следующую порцию напитков. Надеемся, вы хорошо проведете вечер.
Я поискал глазами блондинку, чтобы извиниться… еще раз… но она исчезла. Похоже, в последнее время я ничего не мог сделать правильно.
— Пойдем, мы здесь, — Слейт жестом указал на столик, где нас ждала Пейшенс.
— Знаете что? Я просто закажу еду в номер.
Может, я и тупой спортсмен, но даже я умею читать мысли в комнате. Негромкий гул разговоров неловко затих.
Несмотря на то, что я привык быть в центре внимания, чувствовать на себе коллективные взгляды всех присутствующих в зале было слишком тяжело.
— Увидимся утром, прежде чем вы улетите.
— Уверен? — Слейт наморщил лоб. Он был хорошим парнем. Мы дружили с тех пор, как нас обоих призвали в армию после окончания колледжа и мы начали играть в футбол в Сан-Франциско.
— Да, — я потянулся и сжал его плечо. Хотя он больше не играл в футбол, у него все еще было телосложение линейного игрока. — Приятного вам ужина.
— Спокойной ночи, Палмер, — Пейшенс сочувственно улыбнулась мне.
— Счастливого Дня святого Валентина, — я кивнул Слейту, с нетерпением ожидая возвращения в свою комнату и избавления от промокших штанов. Для человека, который старался держаться в тени, у меня это получалось не очень хорошо.
— Увидимся утром, чувак, — Слейт заключил меня в крепкие братские объятия, а затем похлопал по спине, после чего вернулся к жене за стол.
Я не стал больше тратить время на болтовню в ресторане. Не успел официант вернуться с веником и совком, как я уже был на полпути к лифту. До сих пор персонал и другие постояльцы оставляли меня в покое, но если я продолжу устраивать сцены, кто-нибудь раскроет мое прикрытие. Последнее, что было нужно, — это появление прессы и попытки заставить меня рассказать о том, почему я не давал интервью после нашей большой победы.
Моя приемная мать всегда говорила мне, что утром после хорошего сна все выглядит лучше. Мама Мэй всегда делилась со мной и моими приемными братьями своей мудростью. Лучше всего было подняться наверх, свернуться калачиком в огромной двуспальной кровати и постараться хорошенько выспаться.
2
Мина
Что за идиот. Я держала юбку платья под сушилкой в туалете, пытаясь заставить большие мокрые пятна исчезнуть. Несмотря на то, что грубиян в костюме отправил наши коктейли на пол, сегодня меня ничто не могло расстроить.