Игры скучающих купидонов (СИ)
Спасибо, хоть Галка на смех не поднимает.
Утро в аптеке было таким же напряженным. Много больных. Очередной вирус косил налево и направо. Маску меняла почти каждый час, столько было красноносых и кашляющих, стремящихся поделиться со мной заразой.
Когда наплыв покупателей иссяк, я заглянула в закуток, именуемый у нас кухней: холодильник, микроволновка и маленький стол на два посадочных места. Второе тут же заняла баба Зоя.
— Спрячь бутерброд, попробуй моих блинчиков.
Из микроволновки появилась вкусно пахнущая горка блинов. Пока баба Зоя шелестела пакетами, доставая домашние соленья, я опять уткнулась в телефон.
Заветное имя было вбито, и я ожидала, когда откроются картинки. Здесь антенна ловилась не ахти как.
— На вот.
Я взяла протянутую вилку и откусила свернутый рулончиком блин. От удовольствия закатила глаза.
— Ну хоть в таком состоянии их вижу.
Я непонимающе уставилась на уборщицу.
— Твои глаза. А то вечно пропадаете в своем интернете и сами не понимаете, что едите. Я давеча младшему сыну на колбасу повидло намазала, а он и не заметил. Сжевал…
Я с подозрением посмотрела на откушенный блин. Мясо. Без повидла. Но горкой наложена горчица. Ой!
Из глаз хлынули слезы, и баба Зоя участливо протянула чашку с чаем.
— С сахаром? Или соли намешали? — я не стала хлебать сразу. Не хочу наступать на одни и те же грабли.
— С сахаром, с сахаром, — успокоила меня баб Зоя. — И чего ты там такого интересного вычитала?
При любопытной уборщице я не стала рассматривать фотографии семьи Замкова, перешла на страничку, где описывались свойства роз.
— Пишут, что чай из розовых бутонов очень полезен.
— Тю! Сейчас все что ни попадя суют в чай. Раньше, кроме индийского, того, что со слоником на желтой пачке, который можно было достать только по блату, мы и не знали. А тут пошла мода: то с фруктами, то с цветами. Пьешь и не понимаешь, то ли компот, то ли одеколон…
Самое главное — запустить динамо-машину, потом она будет молотить без твоего участия. Бабе Зое влетела в уши благодатная тема, и теперь она надолго была занята хулой современных нравов и воспоминаниями из чудесного советского прошлого.
— А медицина? Во что она превратилась? Раньше, бывало, пойдешь в поликлинику…
«Бутоны роз». Я взглянула на картинку, где в чашке лежали близнецы моей розочки.
«Согласно древнегреческой легенде, Эрос, бог любви, случайно пролил цветочный нектар, который даровал богам бессмертие, и там, куда упали драгоценные капли, выросли розы».
Эвона как все хитро закручено! Не зря прикоснувшись к бутону в тот самый момент, когда меня поцеловало Чудовище, я ощутила столь чувствительный взрыв. Оказывается, за это нужно Эросу сказать спасибо!
— А взять тот же самый космос! Что ни запуск, то ракета падает. Нет, раньше к этому делу относились ответственно, а тут дырку в обшивке чуть ли не жвачкой залепили…
Я кивнула, соглашаясь с бабой Зоей. Ей хоть какое-то участи в разговоре требуется.
Читаем дальше.
«Красная роза появилась благодаря Афродите, которая порезала палец об острые шипы цветка. Древние римляне, ожидая в гости близких друзей, украшали розами дом. Выражение «сказанное под розами» с тех пор стало означать нечто интимное, то, что не должно было быть разглашено».
— Или операции эти? Губы накачают, кожу за ушами соберут, лицо словно неживое становится. Куклы куклами.
— Муклы муклами, — думая о своем, выдала я. Баба Зоя озадаченно замолчала. Мы обе уставились на пустую тарелку. Когда кончились блины, не заметила ни она, ни я.
— Баба Зоя, купите мне, пожалуйста, в «Китайском доме» розовых бутонов. Вот таких, как на этой картинке. Мне самой не вырваться, а магазин закрывается в пять. Тут написано, что розовый чай помогает нормализовать сон и снижает уровень плохого холестерина.
— Да? — баба Зоя призадумалась. Видимо, ее тоже волновал плохой холестерин. — Давай деньги. К вечерней уборке принесу.
— Динь-дилинь!
Я с сожалением закрыла телефон. Не знаю, удастся ли мне еще на работе посмотреть вкладку о Замкове, но думать о нем буду точно.
Глава 14. Тары-бары-растабары
В людских городах слишком много болтливых птичек!
Кто-то знал, кто-то сболтнул, кто-то услышал и начал действовать.
— Женька, привет!
— Привет, Галчонок. Как дела? — я отмеряла чайной ложкой лаванду. Успокоительный сбор номер один уже занял свое место в ковшике. — Доделала свои эскизы?
— Эскизы да, успела. Но не об этом я хотела тебе рассказать в одиннадцать часов ночи.
Ложка дрогнула, и пачка лаванды опрокинулась, щедро раскрасив пол сухими цветами.
«Черт!»
— Ты сидишь? — поинтересовалась Галка. Она зря спрашивать не будет. Я, плюнув на веник, за которым потянулась, быстро пристроила попу на стуле.
— Теперь да.
— Твой Замков ушел из дома!
— В смысле?
— В прямом. Собрал вещички и скрылся в неизвестном направлении.
— Когда? И почему? — я плотнее прижала телефон к уху, чтобы не пропустить ни слова.
— Сначала отвечу на твое «когда», — Галка поняла важность момента и перестала тараторить. — Представляешь, великий исход случился сразу после скандала с Винтиком и Шпунтиком.
Илюша Самоделкин и Сашенька Винт удостоились великой чести получить новые имена.
— И наши планы выловить сына владельца ресторана в «Боярской усадьбе» изначально были провальными, — подытожила я речь Галины. Но тут же захотелось узнать, откуда она раздобыла такую сугубо внутрисемейную информацию. Я закинула удочку: — Ты сегодня с москвичами встречалась?
Мои сомнения, что владелец сети ресторанов вот так возьмет и выложит подробности личной жизни некой Галине Романовой, каким бы хорошим гончаром она не была, тут же подтвердились.
— Думаешь, сам Замков распахнул передо мной дверки своих шкафов, чтобы я рассмотрела хранящиеся там скелеты? — хмыкнула Галка. — Была проведена сложнейшая операция. Сбор инфы с миру по нитке. В итоге на нужных людей меня вывел Никита.
— Ты и ему позвонила?!
— Ради подруги чего только не сделаешь. Но это и к лучшему. У меня появился весомый повод. Иначе никогда не решилась бы позвонить первая. Знаешь, как он обрадовался? Кит говорит, что у него камень с души свалился, ведь он думал, что я его до сих пор не простила. А теперь мы опять друзья.
— Здорово, Галина! Я так рада за тебя. Надеюсь, ты ему ничего лишнего не сказала?
У меня до сих пор все болело после нашего последнего с Китом свидания. Я о душе, сердце и совести. Нехорошо получилось. Мне стыдно за то, что я бежала от друга, словно он прокаженный. Нет, чтобы поговорить…
— Не бойся, подруга. Я твои тайны ему не выдала. По-хитрому поступила. Сказала, что ты в беде.
— Что?!
— Вот и он также закричал.
У меня опять заболело сердце. Друг переживает за меня, а я дверь перед его носом захлопнула.
— Хорошо, что ты не скрыла, как Никита к тебе относится, иначе не получилось бы, — Галка вздохнула. Ее тоже можно понять. — Короче, я ему сказала, что ты нечаянно продала Замкову-младшему не то лекарство и теперь умираешь от страха и не знаешь, как поступить. Я выложила, что о новом снотворном нет никаких сведений, и ты ужасно боишься, а вдруг это наркотик. Никита сразу поверил. «Чем я могу помочь?» — спросил он. «Кит, миленький, — проскулила я, — у тебя столько знакомых в Москве! Найди кого-нибудь приближенного к семье Замковых, чтобы мы могли убедиться, что с Павлом Алексеевичем все хорошо».
— И нашел?
— Строители — дружная семья. Кто-то где-то строил, кто-то что-то слышал, и вот тебе номер телефона подруги Нинель. Таких еще называют заклятыми. Стоит перейти им дорогу, и они обязательно отомстят.
— Как я понимаю, Нинель пошла на красный свет?
— Совершенно верно. Тот, кто дал мне номер телефона еще не знал, что Иудушка перешла в разряд бывших подруг. Мне пришлось поклясться жизнью, что я никогда не раскрою источник информации. А еще я пообещала подарить ей сервиз на двенадцать персон, который стоит где-то у тебя. Такой, в японском стиле. С пагодами и веточками бамбука. Похожий я продала Замковым. Зависть — великое дело.